Страница 42 из 53
- Но зачем? – искренне поинтересовался Павловский, барон Юрьев так же с немым удивлением уставился на меня.
- Мне бы хотелось до начала военных действий сохранить в тайне, от всех, особенно это касается иностранных империй, их реальные боевые возможности, пусть все считают постройку этих кораблей неудачной. Как только начнётся война, мы тут же установим уже то вооружение, которое должно быть установлено реально. А пока же у нас есть ещё несколько месяцев чтобы прогнать по крайней мере наш эсминец, во всех режимах работы его машин, а так же научиться использовать его вооружение, как мнимое так и настоящее, практически.
- Сергей Сергеевич,скажите, какое настоящее вооружение, будет установлено на наш эсминец? – задал вопрос более практичный мичманбарон Юрьев.
Три 75-мм орудия, два в носовой части, одно в кормовой,- начал перечислять я, - две 47-мм пушки по бортам, а так же пять пулемётов «Максим». Кроме того будут установлены два сдвоенных минных палубных аппарата, то есть залп мы можем дать из четырёх мин, ещё у нас есть две запасные мины. В крайнем случае, можем взять в перегруз ещё две мины запасных на корму.Ход что мы сможем дать с таким вооружением не менее 26-27 узлов.
- Вот этого я не ожидал, - задумчиво сказал мичман барон Юрьев, - пять орудий, плюс пять пулемётов и залп в четыре мины, да ещё и два раза. То-то мне показалось странным, что мой папа́, так настойчиво настаивал на моём переводе на эсминец, он уже тогда знал весь этот расклад.
- Конечно, знал, - ответил я, - он же присутствовал на его предварительном выходе, эсминец легко набрал скорость 20 узлов, правда, без вооружения. И да, твой папа́, прав, он прекрасно понимает, что собой представляет этот эсминец, и что на нём можно сделать в море во время войны, особенно когда они в паре - эсминец и миноносец. Там просто громадные возможности и действовать они могут в отрыве от основных сил, от сильного противника уйдут, а слабого уничтожат.
Мичман барон Юрьев, обдумывал, то что я ему сказал, его молчание продолжилось несколько минут, только потом он начал говорить.
- Знаете, что Сергей Сергеевич, - проговорил он, - я пожалуй поддержу вас в стремлении оставить в неведении всех на истинные параметры этих кораблей. Да и если честно, хотелось бы посмотреть чем всё это закончиться. К тому же я никогда не стрелял одновременно четырьмя торпедами, даже двумя, для меня это уже представляет огромный практический интерес.
- Вот, вот, - вторил ему мичман Павловский, - и я хотел бы сказать о том же, три средних орудия на борту, плюс две пушки, да ещё и пулемёты, да я о такой практике и не мечтал. Это же должность старшого артиллерийского офицера, как минимум капитана 2-го ранга, а тут я всего лишь мичман. Я так же полностью на вашей стороне барон, и сделаю всё возможное, чтобы прикрыть вас. Ну а что до разговоров, то пусть говорят до войны, потом заткнуться.
- Вот и я так думаю, что это наш реальный шанс прорваться наверх по служебной лестнице, - кивнув головой, ответил я, - тут есть ещё один нюанс, о котором не знает ещё никто.
Отпив кофе из своей чашечки, продолжил, - к началу войны на стапелях верфи моего деда у готовности примерно 70-80 % будут стоять ещё два корабля один эсминец и миноносец. Их введут в строй примерно через несколько месяцев после начала войны. Понятно, что их выкупят и командирами на них назначат людей из уже выгодных правящему клану. Но вот я просто сомневаюсь, что они смогут использовать эти корабли по максимуму, не зная их тактики. Да к тому же подозреваю, что и миноносец они перегрузят, установив на него дополнительно ещё несколько орудий, то есть он практически не будет отличаться от эсминца, по скорости, но будет уступать ему по вооружению. И …?
Тут я посмотрел на сидящих мичманов, чтобы они продолжили за меня, но они не понимали, куда я клоню.
Но это прекрасно понял сидящий с нами капитан яхты «Принцесса» Майет, именно поэтому за меня он и продолжил.
- У первой группы - эсминец и миноносец, к тому времени будет результат, скорее всего хороший, - продолжил Константин Константинович, - там к тому времени будут хорошо подготовленные экипажи, а у второй будет слабый результат, экипажи не подготовленные, командиры не знают, как максимально их использовать, а соответственно начнутся разборки, почему так. Закономерно придут к тому, что чтобы иметь результат надо ставить на должности командиров других людей, которые понимают, как их использовать, а из опытных - только те офицеры, которые имеются в первой группе на эсминце и миноносце.
Высказав свою точку зрения, Майет отпил из своей чашечки кофе.
- Опыт только накапливается со временем, - согласился про себя я, с выводами Майета, -ведь именно к такому выводу, я и подталкивал мичманов сидящих рядом. Лишь бы они это поняли это и начали относится к учёбе экипажа эсминца, серьёзно.
- Папа́ так и говорил, - произнёс мичман барон Юрьев, - что быстрое продвижение по службе бывает только на войне. В мирное время никак - нужно выслужить ценз. А на войне главное результат, тогда награды, звание, продвижение по службе. Все любят хороший результат, а неудачников задвигают как можно дальше.
- Вот и я об этом, - согласился я с мичманом бароном Юрьевым, - тем более у нас с вами есть время на обучение целых два месяца, а потом простой до весны, зима всё-таки.
- Понятно, что вы задумали Сергей Сергеевич, - высказался мичман Павловский, - вы об этом хотели поговорить вечером на банкете?
- Именно, - согласился я с мичманом.
- Я вам так скажу, Сергей Сергеевич, - высказался и мичман барон Юрьев, - у нас на эсминце с первых дней сложился хороший офицерский коллектив, даже надворный советник ГерцогКонстантин Павлович, выходец нашего клана, очень порядочный, добросовестный и просто хороший человек. За подпоручика Кольцова из вашего клана я вообще не говорю. Так что за вечер не переживайте, мы им, с мичманом Павловским расклад расскажем, так что вечером будем просто отдыхать.
- А что касается вашего предложения столоваться на яхте, - добавил мичман Павловский, - то мы все офицеры эсминца только «за».
На это высказывание Павловского, кивнул головой капитан яхты, что понял все расклады по офицерам эсминца, тем более, что он был только «за», яхта не так часто выходила в море, а на её борту ему было скучновато. Сошёлся он позднее более близко только с надворным советником, так как я выяснил, что и ранее он проходил с ним службу.
На том наши посиделки на яхте и закончились.
Дал указание на организацию банкета на вечер капитану «Принцессы» Майету.
Я же направился в машинное отделение, где и пробыл до вечера, натаскивая всю машинную команду во главе с Кольцовым.
О готовящемся банкете мне напомнил прибежавший в машинное отделение Егор, сказав, что до него осталось, всего час, как раз время, чтобы привести себя в порядок.
Посмотрев на свой испачканный костюм, я вынужден был согласиться с отправившим Егора капитаном Майетом, о том, что пора приводить себя в порядок, поспешив на яхту.
К моему приходу на яхту Вероника успела приготовить для меня горячую ванну, попутно забрав мой замазанный костюм, для чистки.
Ровно в семь часов вечера я, как говориться при параде – одетый новый костюм, уже стоял около входного трапа яхты.
Офицеры во главе с мичманом бароном Юрьевым, так же ровно в семь вечера сошли с эсминца и перешли на яхту, чтобы не привлекать лишнего внимания я приказал зашторить все окна на палубе яхты в кормовом помещении, который и предназначался для банкета.
Ещё на входе я представил оставшихся офицеров эсминца, а точнее одного подпоручика Кольцова, капитану Майету, с надворным советником Герцогом, нашим судовым врачом, тот был знаком ещё по своей службе на флоте.