Ревенант-Х

Я ОСТАВИЛА ЕГО ТАМ, ИСПЫТЫВАЯ ОТВРАЩЕНИЕ. К НЕМУ. И К САМОЙ СЕБЕ. ЧТО БЫ ЗДЕСЬ НИ ПРОИСХОДИЛО, Я БОЛЬШЕ НЕ ХОЧУ ИМЕТЬ К ЭТОМУ НИКАКОГО ОТНОШЕНИЯ. КТО-ТО ДОЛЖЕН УСЛЫШАТЬ О ПРОИСХОДЯЩЕМ, КТО-ТО, У КОГО ЕСТЬ ВЛАСТЬ, ЧТОБЫ ЧТО-НИБУДЬ СДЕЛАТЬ.

А Я СДЕЛАТЬ НИЧЕГО НЕ СМОГУ. КОГДА Я СОБИРАЛАСЬ ПОДНЯТЬСЯ НА ПОВЕРХНОСТЬ, ОНИ ОСТАНОВИЛИ МЕНЯ У ВЫХОДА С НИЖНЕГО УРОВНЯ. ОНИ СКАЗАЛИ, ЧТО Я НУЖНА ВНИЗУ, ЧТО ТАМ МЕНЯ ЖДУТ ПАЦИЕНТЫ.

У НИХ БЫЛО ОРУЖИЕ. МНЕ СТАЛО ЯСНО, ЧТО ТЕПЕРЬ Я ПЛЕННИЦА, ХОТЯ ОНИ ПРЕПОДНЕСЛИ ЭТО ПО-ДРУГОМУ.

ЕСТЬ РАБОТА, СКАЗАЛИ ОНИ. РАБОТЫ ВСЕГДА МНОГО.

ЗАКОНЧИЛИСЬ ЛЕКАРСТВА. НИ АНТИБИОТИКОВ, НИ МАЗЕЙ, НИ МИКСТУР. ВСЕ, ЧТО У МЕНЯ ПОД РУКОЙ, НИЧЕМ НЕ ПОМОЖЕТ ЭТИМ ЛЮДЯМ. У МЕНЯ ЕСТЬ ОБОРУДОВАНИЕ В КЛИНИКЕ, СКАЗАЛА Я ИМ. У МЕНЯ ЕСТЬ АППАРАТЫ, КОТОРЫЕ МОГУТ ВЕРНУТЬ ИМ ЗДОРОВЬЕ И ПОДДЕРЖИВАТЬ ИХ РАБОТОСПОСОБНОСТЬ, ЧТОБЫ ОНИ МОГЛИ КОПАТЬ. ОНИ СМОГУТ ПРОДОЛЖАТЬ КОПАТЬ, ЕСЛИ Я ИХ ВЫЛЕЧУ.

ЗДЕСЬ НИКТО НЕ УЛЫБАЕТСЯ. ЛИЦА ПОКРЫТЫ ПЫЛЬЮ И ГРЯЗЬЮ. РАБОЧИЕ МАЛО СПЯТ И НИКОГДА НЕ ОСТАНАВЛИВАЮТСЯ, ЧТОБЫ ПОЕСТЬ. ОНИ СЛИЗЫВАЮТ ВЛАГУ СО СТЕН, ЧТОБЫ НЕ УПАСТЬ ТАМ, ГДЕ СТОЯТ. ОНИ РАБОТАЮТ ДО ТЕХ ПОР, ПОКА НЕ ПАДАЮТ. А ПОТОМ ОНИ ВСТАЮТ, ХВАТАЮТ ИНСТРУМЕНТЫ И ПРОДОЛЖАЮТ РАБОТУ.

Я УМОЛЯЛА ИХ, ПРОСИЛА РАЗРЕШИТЬ МНЕ ЛЕЧИТЬ МУЖЧИН И ЖЕНЩИН ЗДЕСЬ, ВНИЗУ, ТЕХ, У КОГО ЕЩЕ ЕСТЬ ШАНС. МНЕ СКАЗАЛИ, ЧТО МЕНЯ ПЕРЕВЕДУТ НА ДРУГУЮ ДОЛЖНОСТЬ. Я ПОДУМАЛА, ЧТО, МОЖЕТ БЫТЬ, ВСЕ ЗАКОНЧИЛОСЬ. МОЖЕТ, ОНИ СОБРАЛИСЬ ПЕРЕВЕСТИ МЕНЯ НА ВЕРХНИЕ УРОВНИ ШАХТЫ ИЛИ ВЕРНУТЬ ОБРАТНО НА ПОВЕРХНОСТЬ – ТУДА, ГДЕ Я СМОГУ ПРИНЕСТИ ПОЛЬЗУ. ОНИ СКАЗАЛИ, ЧТО ДЛЯ МЕНЯ НАЙДЕТСЯ РАБОТА, ЗДЕСЬ ВСЕ РАБОТАЮТ.

ОНИ ОТВЕЛИ МЕНЯ К ШПИЛЮ. В САМЫЙ ЦЕНТР ЭТОГО МЕСТА.

МЕНЯ ЖДЕТ РАБОТА, СКАЗАЛИ ОНИ.

КТО-ТО ПРОТЯНУЛ МНЕ ЛОПАТУ.

ПОЧТИ ВСЕ ГОТОВО. ВНЕШНЯЯ ОБОЛОЧКА ЧАСТИЧНО СНЯТА. ОНИ НЕСУТ СЮДА ТЯЖЕЛЫЙ ЛАЗЕР, РОБОТА С БУРОВОЙ ГОЛОВКОЙ, ВЗРЫВЧАТКУ. ДОЛЖЕН БЫТЬ СПОСОБ РАСКОЛОТЬ ОБОЛОЧКУ. ПОКА ВСЕ ПОПЫТКИ НЕ УВЕНЧАЛИСЬ УСПЕХОМ, НО ЧТО-ТО ДОЛЖНО СРАБОТАТЬ. КОГДА МЫ РАЗРУШИМ ОБОЛОЧКУ, МЫ СМОЖЕМ ЗАГЛЯНУТЬ ВНУТРЬ. МЫ УЗНАЕМ, КАК ЭТО ВЫГЛЯДИТ.

ТО, ЧТО МЕНЯЕТ НАШИ ТЕЛА. ТО, ЧТО ЖДЕТ ВСТРЕЧИ С НАМИ. ТО, ЧТО ХОЧЕТ ПОГОВОРИТЬ С НАМИ. ТО, ЧТО ЗАТОЧЕНО ЗДЕСЬ ТАК ДАВНО.

ТО, ЧЕГО БОЯТСЯ ДАЖЕ БОГИ.

Я НЕ ЗНАЮ, КТО СЛЫШИТ ЭТУ ЗАПИСЬ. ЕСЛИ МЫ РАСКОЛЕМ ОБОЛОЧКУ, ЕСЛИ МЫ УВИДИМ ЕГО ЛИЦО… Я ПОСТАРАЮСЬ ОСТАВИТЬ ЕЩЕ ОДНУ ЗАПИСЬ. Я ПОСТАРАЮСЬ РАССКАЗАТЬ, ЧТО МЫ НАШЛИ. ОНИ НЕ ЗАБРАЛИ У МЕНЯ ДИКТОФОН. ИМ ВСЕ РАВНО, ЧТО Я БОРМОЧУ В МИКРОФОН ВЕСЬ ДЕНЬ, ЛИШЬ БЫ Я ПРОДОЛЖАЛА РАБОТАТЬ. ДИКТОФОН НАСТРОЕН НА АВТОМАТИЧЕСКУЮ ЗАГРУЗКУ ЭТИХ ЗАПИСЕЙ В ЛЮБУЮ БАЗУ ДАННЫХ, ДО КОТОРОЙ ОН СМОЖЕТ ДОБРАТЬСЯ. КЕМ БЫ ВЫ НИ БЫЛИ… Я РАДА, ЧТО ВЫ СЛУШАЕТЕ. Я РАДА, ЧТО КТО-ТО СЛЫШИТ МЕНЯ.

НО Я НЕ ДУМАЮ, ЧТО МНЕ БУДЕТ ЧТО ЕЩЕ РАССКАЗАТЬ. Я ДУМАЮ, ЧТО КОГДА ОБОЛОЧКА БУДЕТ ВЗЛОМАНА, МЫ ПОЛУЧИМ ВСЕ ОТВЕТЫ, И ТОГДА НЕ БУДЕТ НУЖДЫ В СЛОВАХ.

МЫ ТАК БЛИЗКО.