Бродяга

Глава 7

Ничего своим друзьям Харл говорить не стал, просто не посчитал нужным этого делать. К тому же кроме них в город собрались ехать ещё несколько деревенских, чтобы купить кое-какие припасы. Такие небольшие караваны собирались часто, не из-за того, что в дороге скучно, просто иногда случались нападения. Вокруг столицы хватало разъездов, но разбойники не переводились, что неудивительно, учитывая то, сколько нищеты собралось в городе. Многие выходили на дорогу даже не ради лёгкой добычи, а потому что хотели есть.

Даже удивительно, почему они не идут на ту же границу, где жили мы, пристроились бы к какому-нибудь дворянину, стали бы пахать землю и честно зарабатывать. Этот вопрос я задал и получил ответ, дворяне берут к себе не всякую рвань, кроме того про лес ходило много самых неприятных слухов, поэтому люди предпочитали жить в нищете и никак не пытались изменить свою судьбу. По крайней мере, очень многие из них.

До столицы мы добирались четыре недели, а ведь она находилась даже не в центре королевства, ближе к нам, довольно большое королевство. На ночлег останавливались не в поле, а в деревнях, их как будто специально располагали в одном дне перехода, а может, это просто мои спутники так ловко подбирали скорость передвижения, чтобы мы в аккурат к ночи подходили к очередной деревне. Впрочем, поселений хватало, и не только деревень, но и небольших городков.

За всё это время я вроде никому не показал своих способностей, мне повезло, что костры не разжигали и на отдых надолго не останавливались. Правда, обнаружил у себя ещё одну особенность. Во время перехода все чем-то занимались, при этом делали это по очереди: готовили еду, кормили лошадей, таскали воду и прочее. Не всегда в деревенских тавернах имелся овёс для лошадей, приходилось кормить своим, взятым с собой в дорогу.

В общем, у одного из друзей кузнеца, бывшего вояки, имелся самый настоящий боевой конь, по деревенским меркам цены немалой. Так вот он слушается только своего хозяина, а если к нему приблизишься, то запросто мог укусить. Хорошо, что не брыкался, но посторонних к себе никогда не подпускал. Во время одной из стоянок он сам ко мне подошёл вместе с четырьмя другими лошадьми. Все они склонили головы, как будто требуя ласки.

— Ну и дела, — проворчал воин. — Даже не думал, что мой Гром сам к кому-то подойдёт.

— Я с детства лошадей люблю, — сказал я. — Может, чувствуют, они же умные создания.

— Но вот тогда ты и будешь лошадей кормить, — заявил Харл. — Мне ещё твой отец говорил, как лошади к тебе хорошо относятся.

Кузнец, похоже, сразу же решил, что лошади неспроста ко мне так расположены, а всё дело в магии, потом полдня сидел в задумчивости. Моего отца он не знал, просто решил подыграть, и это объяснение вполне устроило наших спутников. Дальше — больше, двое из нашего отряда ехали верхом, так их лошади старались держаться рядом со мной, а я ехал в телеге. И их поведение было таким странным, что всадники едва могли с ними совладать. В общем, очень странное поведение, даже наши спутники со временем стали на меня коситься. Явно вспомнят всё это в деталях, если их кто-то станет расспрашивать.

Идти один в книжную лавку я не собирался, всё нужное для меня пообещал закупить Харл. Я в это время буду ожидать его в одном из постоялых домов нищего квартала, куда он придёт позже, постаравшись скинуть хвосты, если они будут. Дальше наши пути разойдутся, я на этом сам настоял. Правда, имелась ещё одна проблема, мы понятия не имели, сколько стоят книги о магии. Кузнец как-то покупал книгу по кузнечному ремеслу, отдал за неё целый серебряный, у меня было одиннадцать серебряных монет и горсть меди. Я отдал ему всё, мало ли, вдруг цена немалая, а такое запросто могло быть хотя бы для того, чтобы простолюдины с даром шли к магам и напрашивались на службу. Тот же золотой ни один крестьянин не потянет.

К моему удивлению, в столице королевства, городе Доллиал, проживало около полумиллиона человек, это по самым скромным подсчётам, но скорее всего, даже больше. Удивительно, как такую ораву можно прокормить в условиях средневековья. А если его возьмут в осаду? Да такая толпа быстро уничтожит все припасы и поднимет бунт. Стало интересно, а в нашем средневековье такие города имелись или нет, как-то не узнавал о подобном, незачем было. Впрочем, какая мне разница, как живут люди в столице, неизвестно, как надолго я там задержусь.

Город Доллиал своими размерами меня впечатлил. Раскинулся он в низине на берегу реки и простирался до самого горизонта. Даже если бы я не знал, что на окраинах нищие кварталы, то сразу бы догадался. Низкие приземистые дома, слепленные из всего, что попадалось под руку, даже некоторые дома в нашей деревне на фоне этих выглядели богатыми особняками, ничего красивого я не заметил. За весь путь на нас никто не напал, что радовало, правда, нашим лошадкам пришлось постараться, потому что мы часто вставали за каким-нибудь отрядом, а все разъезды состояли из всадников. Будь наш караван немного длиннее, сроду бы не угнались.

Перед городскими стенами, хоть и высокими, но изрядно обшарпанными, был пригород, где в основном жили нищие, которые, как мне кажется, просто не поместились в город. Вдоль дороги стояла толпа попрошаек, по самым скромным подсчётам их тут несколько тысяч, все с протянутой рукой. Ума не приложу, что они тут забыли, почему не уходят в менее заселённые места. В нос ударила жуткая вонь от немытых тел, испражнений людей и животных, какой-то гнили и чего-то ещё. К моему удивлению, милостыню просили не только калеки или старики с детьми, хватало и вполне крепких на вид мужиков. Одного из таких наш сопровождающий перетянул плетью, когда он попытался к нам приблизиться. Разумно, тут и глазом не успеешь моргнуть, как с тебя портки стащат.

Ко мне подошла девочка лет пяти и тоже протянула руки, шагая рядом с телегой. Я сунул ей в руку лепёшку и копчёную колбасу, она тут же начала торопливо есть, наверное, могли забрать. При этом не отходила от телеги, а в мою сторону метнулось ещё несколько нищих, но после удара по одному из них кнутом, остальные предпочли отойти.

— Больше никому ничего не давай, — предупредил меня Харл.

За въезд в город мы заплатили символическую сумму, а когда проехали арку, то пришлось зажать нос. Тут было ещё хуже, ветер совсем не уносил вонь, мешали стены, меня чуть не стошнило, уже привык находиться на свежем воздухе. Моё сопровождение тоже было не в восторге. И в этот город бегут из деревень, просто жуть, тут же невозможно жить, хотя люди быстро ко всему привыкают. Здесь тоже было много нищих, но теперь я не допускал предыдущую ошибку, никому ничего не давал.

Остановились мы в таверне у второго кольца стен. Как нам сообщил наш воин на боевом коне, несмотря на близкое расположение солдатской казармы, главными в таверне были бандиты, скорее всего, делятся прибылью с командирами. Но зато не стоило беспокоиться за свою безопасность, на приезжих никто не нападал, а вот если отойдёшь в сторону, то там всякое может случиться. Тем не менее, вещи в номере лучше не оставлять, на всякий случай.

Ночью я просыпался несколько раз. Сначала на первом этаже таверны кто-то долго распивал спиртные напитки, потом дрались, далее горланили песни, всё это хорошо было слышно. И вот вроде бы всё успокоилось, но стали слышны крики, которые доносились из трущоб. Млять, мне даже тут было немного страшно, судя по воплям, там то и дело кого-то резали. Уснул под самое утро, когда всё затихло. Весёлое тут место, ничего не скажешь. И я должен прятаться в этой дыре, как-то совсем не хочется.

Утром следующего дня все мои сопровождающие уехали в ремесленный квартал, по крайней мере, он так назывался, а я остался ждать в комнате. Даже не спускался, чтобы поесть, мне всё приносил Харл, чтобы я лишний раз не светил своим лицом. Мой рюкзак был уже собран, в любой момент мог дать отсюда дёру, что и планировал сделать в ближайшее время. Кузнец сказал, что выйдет из других ворот, потом снова войдёт в город, а может даже покрутится по нищим кварталам, чтобы наверняка сбросить хвост. Всё же он хороший, так сильно рискует ради незнакомого для него человека. Прибыл он ближе к обеду, когда я уже начал беспокоиться.