Притча о судьбе

Мои отношения с Далией привлекли бы наибольшее внимание Малахии, учитывая то, как он так остудил нашу связь. Это означало, что наши воспоминания, возможно, будут самыми трудными для восстановления.

Тем не менее, это не делало ситуацию менее болезненной.

Надеюсь, со временем и терпением она вспомнит.

Трещины на потолке моей спальни менялись, сливались, трансформировались перед затуманенным взглядом. Сон ускользал — почти невозможная задача, когда Далия мирно спала по ту сторону смежной двери. Достаточно близко, чтобы прикоснуться.. и всё же до жути далеко.

Я ударил ладонью по подушке и перекатился на бок, устав пялиться в потолок. Сжал веки, но даже они продолжали подёргиваться, несмотря на все попытки расслабиться.

В конце концов, она вспомнит — она должна была. Другого выхода не было. Я мог подождать, пока все решится само собой. Я бы дождался этого, какую бы боль это ни причинило.

Просто находиться рядом с ней было более чем достаточно на данный момент. По крайней мере, я мог видеть её, вдыхать ее запах, прикасаться. Даже сейчас ее аромат пропитывал мою комнату — нашу комнату — ослабляя мою гложущую тревогу.

По другую сторону смежной двери послышались легкие шаги, взывая ко мне. Я оттолкнулся от кровати и подошел к двери, прижав ухо к дереву. Сквозь щели донесся тихий вздох, и мое сердце бешено заколотилось. Я поднес ладонь к двери, и хотя у меня был соблазн дернуть за связующую нить, я этого не сделал.

Я бы не стал заставлять ее приходить ко мне.

Несмотря на то, что я не мог видеть, я мог ее чувствовать. Её ладонь поднялась и легла напротив моей. Моё дыхание перехватило — даже сквозь деревянные доски я ощущал её мягкое прикосновение. Но оно не задержалось. Вскоре её рука исчезла, оставив мою душу разбитой.

Ручка повернулась.

У меня сдавило грудь.

Дверь со скрипом открылась, и я отодвинулся, чтобы дать ей пройти.

Далия пронеслась мимо меня, задев плечом мой торс, когда она, спотыкаясь, ступила в комнату. Она провела ладонями по стене, по картинам, по вазе с цветами. Лунный свет струился на неё, превращая её в силуэт неземной красоты.

— Далия, — прошептал я, мягко следуя за ней.

Ответа не последовало.

— Ты в порядке? — я продолжил, ловя предметы, которые падали у нее на пути.

Я как раз поймал вазу с георгинами, когда это произошло — теплая ладонь прижалась к моей груди, медленно скользя вниз. Мои пальцы обхватили ее запястье, и я схватил ее за подбородок противоположной рукой.

Она ходила во сне. Мои губы растянулись в улыбке, когда я увидел вызванную сном дымку в ее глазах. Войти сюда вне зависимости от потери памяти, она все еще помнила меня, пусть и только во сне.

Копна рыжих с золотом волос каскадом рассыпалась по ее плечам, и блеск позолоченных крыльев привлек мое внимание. Мои руки двигались по собственной воле, пальцы перебирали густые перья.

Розовые губы раздвинулись во вздохе.

— О, жена, — прошептал я ей на ухо, обхватывая руками ее торс и притягивая ближе. — Однажды все будет хорошо.

Она подалась навстречу прикосновению и удовлетворенно вздохнула, и всего на мгновение этого было достаточно. Пустота, щемящее чувство в моей груди исчезло, как будто его никогда и не было.

У моей бедной маленькой вороны остались шрамы. Хотя они и не были видны на поверхности, они врезались глубоко в разум и душу. Уединение было бы лучшим вариантом, но я не был таким существом. Вместо этого я поднял ее на руки и отнес на кровать.

Легкий всхлип сорвался с ее губ, и она уткнулась лицом мне в шею. Мое тело замерло, когда влажность ее языка коснулась отметины на моей коже. Ее знак притязания.

— О, маленькая ворона, — выдавил я, осторожно кладя ее на кровать и проводя рукой по пряди розово-золотистых волос. — Ты делаешь это для меня невероятно трудным, и не только в одном смысле.

Со вздохом я отстранился, напоминая себе, что терпение — ключ ко всему. Однажды она вспомнит меня. Однажды она все вспомнит, и я молился высшей силе, чтобы, когда это произойдет, она все еще хотела меня.

Низкий протестующий стон сорвался с ее губ, когда я прикрыл одеялом ее тело, подоткнув его.

— Скоро, жена, — пообещал я, прижимаясь губами к ее лбу.

Мне потребовалось все мое самообладание, чтобы отстранится, но это было правильно. Бросив последний, затяжной взгляд, я подошел к стулу в углу комнаты, готовясь к долгой и трудной ночи.

Наконец-то она была здесь, со мной, целая и невредимая.

Заснуть оказалось легче, чем ожидалось.

Глава 18

Далия

— Ты должен уйти, — прошептала я Брэндону.

За прошедший день он оживил некоторые воспоминания, будучи единственным, кто описал каждое душераздирающее предательство, с которым я столкнулась. Хотя я была благодарна ему за честность, я услышала более чем достаточно.

— Возьми их двоих с собой.

Брэндон опустил голову и осмотрел сады, убедившись, что никто не подслушал наш разговор. Женщины шли среди цветов, в то время как Редмонд и верховный король Страны Фейри стояли в стороне, их глаза следили за каждым нашим движением. Эйден отправил своих солдат прочь, настояв на том, чтобы оставаться рядом со мной, но, к счастью, Брэндон служил буфером между нами.

Однако им пора было уходить. Верховный король предельно ясно дал понять, что им недолго будут рады, и после краткого изложения того, как закончилась наша дружба, я была согласна.

В то, что я не могла поверить так это в предательство Эйдена.

— Ты уверена? После всего, что они сделали с тобой, после всего, что я сделал.. Ты заслуживаешь возмездия, даже если мне придётся самому за это ответить, — Брэндон нервно поёрзал. — Я тоже предал тебя, Далия. Я сидел сложа руки и молчал, не желая предавать своего короля. Мне искренне жаль. — Он покачал головой. — Ты всё ещё не знаешь всей правды.

Я подняла руку, заставляя его замолчать.

— Я не хочу знать степень ущерба. У меня в голове слишком много всего, что борется за место.

Брэндон открыл рот, но замолчал, когда Райкен окинул его ледяным взглядом с другого конца сада.

Мои глаза метнулись на него, встретившись с его взглядом, когда жар окатил мои щеки.

Прошлой ночью я пошла к нему, ища и спотыкаясь в темноте, следуя по какой-то невидимой нити, которая была спрятана в глубинах моих снов. Хотя ночь была как в тумане, отдельные моменты оставались четкими — глубокий баритон его голоса, мягкие губы, прижатые к моей коже, шепот сладких обещаний. Напоминание обо всем этом заставило мое сердце учащенно биться даже сейчас.

Я чуть не умерла от смущения, проснувшись в его постели, но его не было со мной. Вместо этого он лежал в блаженном сне, его тело было скрючено, чтобы поместиться в маленьком кресле напротив меня.

Было странно признавать, но его присутствие обеспечило мне лучший сон, который у меня был за очень, очень долгое время. Когда я проснулась, мой разум прояснился, а мысли внутри были более стабильными и менее хаотичными. Однако, несмотря на спокойствие, которым он наполнил меня, что-то дикое таилось на периферии его ауры.

Пройдет совсем немного времени, и он сорвется, и я легко могу предсказать, на кого будет направлен его гнев: на Эйдена, Джорджа и Брэндона. Всякий раз, когда кто-то из них переходил ему дорогу, аура Райкена темнела.

Я прервала зрительный контакт с мужчиной и перевела взгляд на Брэндона.

— Я не знаю масштабов предательства, но я уверена. Забирай их и уходи, потому что, если ты этого не сделаешь, этот мужчина уничтожит вас без суда и следствия.