Страница 3 из 5
— Мистер Джонс? — он услышал в голосе танцовщицы то, что сразу выдало ее. Она явно занервничала. — Удивлена, что вы здесь, у меня.
— Очень приятно, что вы знаете меня в лицо, — он прошел вглубь гримерной, привыкнув к яркому освещению.
— Было бы странно не знать…
Девушка сидела к детективу спиной у туалетного столика, поглядывая в его сторону через отражение в зеркале. Ее черные волосы были подстрижены под каре и блестели в свете множества лампочек. Из одежды на Черри по-прежнему был сценический костюм, хоть его и очень сложно было таковым назвать. Он представлял собой комплект из блестящих тонких трусиков на узких лямках и лифа, сотканного из прозрачной нити и украшенного сотнями страз. Вишенка сегодня была прекрасна. Впрочем, как и всегда.
Фрэдду еще ни разу не доводилось находиться так близко к звезде «Свит Бэйбис». И только сейчас, присев рядом, он впервые посмотрел в ее лицо и слегка подался вперед. Словно хотел что-то разглядеть, прощупать почву…
Черри не спешила прощаться с косметикой, медленно она стянула длинную ресничку с правого глаза, после проделала это и со вторым. Ватный тампон, смоченный средством для снятия макияжа, так и лежал перед ней. Танцовщица в срочном порядке отложила его, когда в дверях появился такой неожиданный гость.
— Я ведь вас не отвлекаю, мисс Черри? — Фрэдд наблюдал, как девушка отклеивает черную «мушку» с лица. — А вы знаете, что эта мода зародилась в давние времена? Над верхней губой ее приклеивали, чтобы придать себе более кокетливый вид, а ближе к глазам — страсть. Но вы всегда украшаете ею свою щечку, что означает согласие…
— Возмо-ожно, — протянула она. — Я не придавала этому особого значения.
— А зря. Размести вы ее под вашим симпатичным вздернутым носиком… Впрочем, — замолчал он, чтобы не выглядеть занудой в ее глазах, — это неважно.
Джонс заботливо протянул танцовщице влажный ватный тампон.
— Что вас привело сюда, детектив? Хотите приватный танец от меня? Боюсь, не сегодня. Через пять минут за мной заедет жених. У нас с Тэдди сегодня в планах кино.
О том, в чьей кровати засыпала Вишенка, знали не все. Лишь самые приближенные и один очень талантливый детектив, которому уже доводилось иметь дело с предпринимателем Тэодором Уильямсом. Но тогда имя Черри лишь единожды всплыло в досье.
«Мы с мишкой Тэдди», — вот, с чего начиналось ее показание по телефону в прошлый раз. Вишенки на тот момент не было не только в городе, но и в стране. В принципе, в личном присутствии девушки не было острой необходимости, поэтому Джонс был вполне удовлетворен и тем разговором.
— Ну, что вы, Черри… Я к вам по делу. Меня очень заинтересовало ваше тату. На ноге.
Его взгляд скользнул по стройному бедру. Вишенка заерзала на стуле, словно хотела усесться поудобнее. Но Джонс понял, что пришел к ней не зря. Молча он стал наблюдать, как блестки, слой тонального крема и румяна исчезают с лица танцовщицы, оставаясь на ватном комочке. Вслед за ними на новом тампоне осела и черная подводка. Стерев стрелки с глаз, девушка опять потянулась к пузырьку с жидкостью для снятия макияжа.
— Вишня.
— Не понял?
— Татуировка на бедре — это цветок вишни.
— И насколько она может быть популярна? Вы, девушки… У вас ведь глаз наметан на такие детали. Вы всегда подмечаете, если у кого-то есть…
— Вы про одинаковые татуировки? Все девушки любят цветы, мистер Джонс. Это неудивительно, если нам не хочется с ними расставаться настолько, что мы готовы украшать ими наши тела, — наконец, она повернула голову в сторону детектива. — Вы меня в чем-то подозреваете?
— Какого черта? — рука Фрэдда сама потянулась к черному парику. Белокурые волосы тут же рассыпались водопадом, накрывая угловатые плечики танцовщицы. — Миссис Макконахи? Вы?
Не веря своим глазам, детектив подскочил с кресла, которое с грохотом упало на пол. Потеряв на доли секунды дар речи, он продолжал всматриваться в чистое лицо стриптизерши, на котором от косметики не осталось и следа.
— Какого черта?
— Не понимаю, о чем вы, детектив, — более жестко заговорила танцовщица. — Мое настоящее имя — Лизи Пэтсон. Элизабетт.
— Что вы несете, Сьюзан? Какую игру вы затеяли?
— Что у вас происходит? — в дверях появился амбал Тэодор. На милого медвежонка Тэдди, коими в свое время были завалены все детские магазины, он совсем не был похож. Скорее, на гризли. — Лиз, ты еще не готова?
Детектив Джонс не мог и слова сказать, чтобы возразить. Полномочий для допроса у него не было. Те, кто был знаком с законом, прекрасно понимали, что подобное происходит лишь в присутствии адвоката. И Тэодор Уильямс был осведомлен в этом как никто другой.
«Какого дьявола?..»
Фрэдд первым покинул гримерку, окончательно запутавшись в следствии. Весьма популярная стриптизерша Вишенка и девушка из высшего света — один человек? Сьюзан, которую так страстно желал Джонс жила двойной жизнью? Поэтому она убила своего законного мужа? Эндрю Макконахи все узнал?
Чертова неразбериха в активно работающих мозгах детектива отправила его не в участок, не домой, а в бар. Прямо сейчас гризли Тэд ласкал обнаженное девичье тело, о котором мечтал с самой первой встречи он сам — обычный детектив без вороха денег и не имевший никаких ценностей, кроме двухкомнатной квартиры на окраине города и новенького немецкого авто.
На часах было около восьми утра, когда Джонс приволок свое пьяное тело домой. От его дыхания тут же запотело окно в спальне. Проспавшись и игнорируя звонок от начальника, он принял контрастный душ, а после выпил сырое яйцо вопреки вероятности подхватить сальмонеллез. Ноги и колеса «БэЭмВэ» привели детектива прямо к дому покойного.
— Опять вы? — миссис Макконахи была удивлена. По всей видимости, девушка не планировала видеть этого человека так скоро. — Я уже и не представляю, чем вас развлечь, детектив. Вы и так знаете все чуть ли до цвета моего нижнего белья.
— Прекратите это… — рявкнув, оборвал ее надменную речь Фрэдд. Ему казалось, что каждое слово вдовы сквозило насмешкой. Она потешалась над ним!
Он активно жестикулировал, подставлял под нос девушки свой блокнот, говорил о двойной жизни. Талдычил о том, почему Сьюзан прикончила супруга, озвучивая всю теорию вслух. И молил ее ответить на вопрос, который не давал ему покоя больше всего:
— Как такая девушка могла опуститься до танцев у шеста? Как же так?
— Каких еще танцев? — сдержанно ответила вдова. — Вы что-то путаете, мистер Джонс. Вы что, пьяны?
Фаянсовая куколка невероятной красоты сделала шаг к детективу, еще один… сокращая расстояние до критического минимума. Ее манящие губы были от силы в трех сантиметрах от его рта. Казалось, вот-вот он не удержится и осквернит ее губки поцелуем, но Фрэдд из последних сил сдерживал этот порыв.
— Вы же пьяны, — лишь убедилась в своей догадке она. — Проспитесь, бога ради! Я не буду заявлять на вас вашему шефу, — миссис Макконахи демонстративно развернулась, словно детектив был ей неприятен. Ее шелковистые ароматные волосы задели кончик носа мужчины.
— Стоять! — приказал Джонс, схватив Сьюзан за тонкое запястье. Оно показалось ему настолько хрупким, будто рассыпется золотистым песком и утечет сквозь пальцы, сожми он ладонь чуть крепче. — Покажите мне вашу татуировку, Вишенка.
— Да что вы несете? — продолжала отнекиваться вдова и выкручивала руку из стальной хватки мужчины. — От вас я не ожидала подобного поведения. Вы не просто пьяны, вы очередной сумасшедший! Психопат, коих в Чикаго тьма! Этот город сломал и вас!
На глазах девушки засверкали слезы. Джонс прекрасно понимал, о чем она говорит. Чикаго никогда не был простым городком. Здесь всем, кто хотел выжить, приходилось прогибаться под суровые реалии. Просто плыть по течению? О, нет! Где угодно, но только не здесь. Рано или поздно город брал свое, проникая в сердца жителей и наполняя их алчностью, похотью, и убивая в их душах все самое светлое.