Отверженный

И я пулей убежал в свой шатёр, едва не наступив по пути на Айсун.

- Брысь отсюда! Думать буду!

Девушка не стала выяснять, почему нужно «брысь» и что это такое, а просто ретировалась куда подальше. А я уселся на своей кровати в позе лотоса, закрыл глаза и подумал: «Вспомогательный интерфейс, возможные ментальные атаки».

Сразу же перед глазами побежали знакомые закорючки: «Возможны ментальные атаки до 6-ого уровня:

Глава тринадцатая. Большая охота.

Утро выдалось тяжёлым. Голова болела так, что я не мог даже думать, было ощущение, что я сейчас лопну изнутри. Хотелось орать, но не было сил, я просто лежал, уткнувшись в шкуру, и сжимал руками всё что в них попадало. Я не слышал ни чего и никого, если бы мне сейчас предстояло умереть, то пусть это случится как можно скорее! Неожиданно всё прошло, по телу прокатилась волна удовольствия и боль ушла, я с облегчением перекатился на спину и тут увидел перепуганное личико Айсун и Тики, державшую в руке инжектор.

- Вами всё в порядке, господин? – Айсун заметно трясло, она была очень напугана, – Вам лучше?

- Вы повысили свой ментальный уровень, командор? – Тики явно знала о чём говорит, – Это очень опасно и болезненно.

- Сразу два уровня, – я лежал и наслаждался своим эйфорическим состоянием, – теперь у меня третий…

- Вам невероятно повезло, – Тики покачала головой, – вы должны быть благодарны судьбе.

- Третий уровень, это так круто? – я посмотрел на девушек осоловевшими глазами, – Я крут?

- Вы идиот, командор, – Тики выглядела озабоченной, – к переходу на уровень готовятся годами, чтобы не разорвать ментальные каналы, а вы вот так, без подготовки, и сразу на два уровня. Вы могли умереть или сойти с ума.

- А почему ты меня не предупредила? – я разговаривал довольным голосом, как будто самый счастливый человек на земле, – ты же знала, что так нельзя?

- Проповедь не повышает уровень, – Тики задумалась, – Вы сопровождали проповедь ментально?

- Да, ты же сама сказала, что нужна ментальная атака, – я продолжал улыбаться как идиот, но уже начал чувствовать своё тело, – вот я и инициировал ментальную поддержку на основе образов из памяти.

- Всё понятно, – Тики опять покачала головой, – это очень опасная техника, так как передача образа на расстоянии должна производиться очень опытным менталистом с развитыми каналами, а не в первый раз.

- Я не образ передавал, а цепочку образов, – я понял свою ошибку, но не мог закончить улыбаться, – может быть тысячу образов, может больше…

- Извините командор, но я должна это сделать, – Тики подошла ко мне и решительно ткнула меня инжектором, – Вам нужно отдох…

Я открыл глаза, кристалл едва светился, но в шатре было светло, так как стены пропускали свет снаружи. Значит сейчас день. Я попытался встать и у меня это получилось. В шатре кроме меня никого не было. Что-то подобное я уже проходил. Выяснять у интерфейса не стал, всё равно будет опять одна только цифробуквенная чушь, которую я скорее всего не пойму. Проще встать, выйти из шатра и всё разузнать. На выходе из шатра я столкнулся с озабоченной чем-то Айсун. Моя огненная креолка выглядела сейчас как-то бледно, лицо осунулось, под глазами чёрные круги.

- Господин! – девушка буквально кинулась мне на шею, – вы очнулись, вы живы!

- Ага, жив и здоров, – я обнял эмоциональную девушку, – если не задушишь, то буду таким и дальше.

- Простите, господин, – Айсун отпустила меня, и немного попятившись назад поклонилась мне, – я очень переживала.

- Я смотрю ты не спала совсем? – я приподнял голову девушки за подбородок, – Что случилось?

- Вы, господин, – на глазах Айсун навернулись слёзы, – мне никто ничего не говорил, а вы еле дышали и сердце почти не билось. Я каждую ночь растирала вам холодные руки, но они так и оставались холодными. Я боялась, что вы умрёте…

- Ты всё время пробыла возле меня? – я пристально посмотрел в глаза девушки, – сколько времени я был в отключке?

- Почти две недели, господин, – Айсун схватила мою руку и начала её целовать, – я так рада, что вы снова живы!

- Ладно, успокойся, – я прижал к себе девушку и погладил её по голове, – я жив, здоров, и у меня из головы выпало две недели. Ты мне расскажешь, что тут происходило?

- Да, господин, – Айсун ухватила меня двумя руками за руку, как будто боялась, что я куда-то убегу, и так как я решил пройтись по лагерю, то семенила рядом со мной, – после того, как госпожа усыпила вас, я почти не отходила, но что происходит в лагере знаю. Охотники и воины много ездят на охоту, привозят мясо и толстые шкуры, а ещё страшные, рогатые головы. Ремесленники начали эти шкуры обрабатывать, но не здесь, а там дальше, потому что от ям со шкурами ужасно воняет. Ещё начали ковать новое оружие, Вашек говорит оно какое-то особенное, что это вы его научили.

- Вашек пришёл в себя? – я перебил рассказ Айсун, – давно?

- Да, дней пять назад, – девушка говорила в захлёб, – теперь у него есть его женщина, она с ним ночью живёт, Милана, воительница из второго отделения, вредная такая, вечно нос задирает, а наша госпожа ходит грустная какая-то, даже к вам не подходила почти. На в основном у ремесленников сейчас, что-то они там мастерят.

- Мастерят? – я посмотрел туда, где была временная ремесленная мастерская, – Интересно. Рассказывай дальше.

- А нечего больше рассказывать, – Айсун шмыгнула носом, – я всё время плакала и была возле вас, ремесленники что-то мастерят, охотники охотятся. Вот только говорят, что какие-то собаки странные появились возле лагеря. Поэтому сейчас все туры за загородкой.

- Вот как? – интересно что бы это было, – Надо будет посмотреть, что это за собаки такие. Айсун, зайка моя, беги в шатёр, приготовь мне что-нибудь съесть, и сама отдохни. Я сейчас всё быстренько выясню и приду к тебе, поняла?

- Да, господин, – Айсун ещё раз поцеловала мне руку и совсем по-детски, вприпрыжку побежала в шатёр. До чего же она непосредственна. Может правильно я её не казнил тогда?

На окраине лагеря я в самом деле обнаружил загон для туров, наскоро собранный из плавняка, надо будет обязательно разузнать, почему такое нововведение. Вообще у меня возникало странное ощущение, как будто все куда-то пропали. Я ходил по лагерю, но никого кроме Айсун пока не встретил. Чтобы как-то разнообразить себе день, и проведать Вашека. Стука молотка я не слышал, но достаточно густой дым из трубы кузни валил.

В кузне меня ещё больше удивило то, что горн был разожжён, температура, судя по всему, была не маленькой, но никого в мастерской не было. От неожиданности я едва не раскрыл рот, и стоял чесал затылок. Я вышел на улицу из душного помещения и начал рассматривать лагерь с этой точки, но ни чего нового так и не нашёл. Никого. Как будто все вымерли. Корыто всё также стояло на причале, крепко привязанное к берегу, туры в загоне спокойно жевали свежую траву, лежащую в яслях. Значит кто-то недавно здесь был, иначе кто мог дать корм быкам?

Неожиданно для себя я заметил какое-то шевеление возле хижины, которую приспособили под ремесленную мастерскую. На сегодняшний день это была самая большая постройка, так как ремесленников у меня достаточно много, и места каждому тоже нужно не мало. Я не мог слышать, есть там кто или нет, потому, что от кузнечной мастерской до ремесленной было около ста метров, их специально разместили подальше от основных хижин, дабы шумом своим не мешали остальному населению.

Поняв, что меня привлекла открытая створка ворот, или просто одна из дверей хижины, я направился к ремесленной мастерской. И чем ближе я подходим к мастерской, тем отчётливее понимал – весь народ там, ну или почти весь. Собственно сюрприза не получилось, так не успел я пройти и двух третей пути, как из дверей мастерской навстречу мне вышел всё тот же Вашек, в руках у которого была целая стопка каких-то заготовок.