Отверженный

Пока строители делали дорогу, остальные занимались разворовыванием уворованного. Ноэль пришёл в себя и теперь с огромным удовольствием сам ломал дорогую технику, показывал, где и чего ещё не украли, помогал систематизировать, в общем – оказался своим парнем. Когда пошли первые дожди, мы уже отправили одно судно с грузом, и сейчас принимали ещё пять. Система потихоньку налаживалась. Кузнецы в Великом осваивали манипуляторы роботов, ремесленники и строители прилаживали к делу детали от глайдеров, особенно всем понравились откидные крылья, из которых получились замечательные ворота для укреплений в горах, да и в целом тоже. Поэтому в ход шло всё. По заказам из города мы вырезали части конструкций, направляющие, даже служебные лестницы из глайдеров, всё шло в дело.

Перечислять досконально содержимое баз и ремонтного цеха не было никакого смысла, единственное, что мы считали – это ядра. Три двушки, размером с баскетбольный мяч, пять трёшек – примерно как футбольный, около двадцати четвёрок, примерно тысяча, считали приблизительно, пятёрок (из анализирующих станций, больших роботов, всяких передатчиков и тому подобное, и просто несметное количество ядер нового типа – шестёрок, размером как мячик для гольфа. Тики сказала, что это ядро после установки скорее всего будет поглощено разумом человека, и управлять им можно будет разве что на уровне врождённых инстинктов, даже подвергнуть серьёзной модификации такого реципиента будет непросто, а скорее всего невозможно, поэтому огромную кучу таких орешков мы оставили впрок, впрочем, как и такую же кучу контроллеров. Что можно сказать о продвинутой дрели или электролебедке? Вот то же самое можно сказать и контроллере, он лишь позволяет исправить недостатки, делает небольшие изменения в организме и снаряжает его наннитами, вот и всё. Выяснив такой факт, мы как-то ночью обездвижили Айсун и добавили ей наннитов, пожертвовав несколько орешков. На них нам наплевать, а вот увеличить колонию у нашей подруги – вполне правильная мысль.

К середине весны все процессы были полностью отлажены, и мы засобирались в город, оставив одного толкового строителя Эдварда Ралли, главным на базе и Юсуфа с ребятами в качестве охраны и помощников. С малой дружиной, только чтобы хватило народу на две смены, мы отправились в город. Нагостились мы на Сицилии по ноздри, и хотелось уже попасть домой.

Глава двадцать пятая. Новый Город. Кнут и пряник.

Третьи сутки в море, весной Тирренское море не спокойно. Первые двое суток мы шли вдоль южного побережья Сицилии, прикрываясь им от непогоды, сегодня немного штормило, но этот маршрут мои вояки давно уже освоили. Я, как всегда, стоял на мостике, Ноэль отдыхал. Я начал приучать его к навыкам кормчего, рассказал, как пользоваться навигатором, в отличии от меня, принц достаточно быстро обрадовал интерфейсом, потому, что раньше у него были биологическая нейросеть, поэтому я и не нашёл её в останках. С таким смышлёнышем я чувствовал себя немного легче, но многие на моём месте посчитали бы что я слишком приближаю человека, который может быть кровно заинтересован в моей смерти. Но мне думалось, что этот романтичный юноша, а он умер именно молодым, слишком привержен чести и справедливости, чтобы, принеся клятву дважды затем предать, и опять-таки код подчинения. Хотя нет такого кода, который нельзя было бы взломать.

Ночь заканчивалась, мы обогнули Сицилию и вышли на прямой курс домой. Впереди ещё четверо суток пути. Я услышал характерный стук каблуков. Ноэль пришёл сменить меня, почему-то раньше, чем нужно.

- Привет! Ты рано, – я поздоровался со сменщиком, – Чего не спишь?

- Привык так вставать, заняться тут особенно нечем, – Ноэль улыбнулся, – галанета нет, новости не почитаешь, занятий на корабле особо никаких нет, вот думал может поболтаем о чём-нибудь.

- Можно и поболтать, – я улыбнулся, вот ведь чудак человек, ему двенадцать часов весло держать, а ему поболтать не с кем, – я вот давно хотел тебя спросить перед тем, как показать охрану главной рубки, ты сказал, что уверен в смерти бывшей невесты.

- Дайны, да говорил, – Ноэль опёрся о поручни мостика, – только мы потом занялись роботами, и как-то забылось.

- Может сейчас расскажешь? – надо же с чего-то начинать беседу, – всё интереснее, чем волны считать.

- А ты не понял ещё? – принц посмотрел на меня, – я не актировал и не привязал базу, иначе в рубку зайти практически нельзя, там же один пульт, лишь один разумный может заходить в любое время в рубку, если войдёт кто-то другой и без правильного сопровождения, то его тут же уничтожат.

- То есть ты активировал свой схрон? – мне всё стало понятно, – и этой своей Далиле не сказал?

- Дайне, нет не сказал, – Принц некоторое время молчал, а я не стремился его перебивать, – почему-то я последнее время перестал ей доверять, не открыто, а на уровне чувств.

- Ага, понимаю, случайные словечки, неаккуратные действия, – я вспомнил свою жизнь на земле, – иногда так бывает, что ты видишь только то, что хочешь видеть, а на самом деле всё совершенно по-другому, и вот эти случайности постепенно открывают тебе глаза.

- Ты прав, Тан, – Ноэль замолчал, минут пятнадцать он просто смотрел на воду, а потом выдал мне ещё один вопрос, – А ты как умер? Там, в своём прежнем мире?

«Интерфейс, ты можешь выделить видеоряд из банка памяти?»

«Да, что вас интересует?»

«Последние пятнадцать минут жизни и смерть в прошлом мире»

«Вы уверены?»

«Последние пятнадцать минут статичны. Фиксировались только звуки окружающего мира»

«Почему?»

«Ваше сознание было выключено, работали только рецепторы и органы осязания, обоняния, слуха, вкуса»

«Что в этом видеоряде?»

«Боль, вкус крови, запах испражнений и свежего мяса»

«Последние пять секунд?»

«Свет в глазах, резкий шум, боль, конец записи»

«Когда картинка двигалась до этого?»

«Тридцать пять минут до смерти»

«Тогда последние пятнадцать минут движения и последние десять секунд»

«Вы уверенны?»

«Да»

«Выполнено»

«Можешь передать?»

«Да, какова интенсивность сигнала?»

«Индивидуально»

«Требуется контакт»

- Ноэль, подойди ко мне, – я продолжал держать руль, – Прикоснись к моему лбу своим.

Принц всё выполнил так, как я ему велел, я ощутил лёгкое головокружение, потом меня отпустило, и я разорвал контакт.

«Исполнено»

«Отбой»

Некоторое время Ноэль стоял, держась за поручни. Ветер развивал густые чёрные волосы принца. Волны разбивались о крутой форштевень забрызгивая гребцов, которые были только рады освежающему душу, от их спин валил пар. Мерное поднимание вёсел опускалось одновременно с ударом по барабану. Гребцы хорошо держали ритм и сами, но им уже нравился этот звук, поэтому просили оставить барабанщика. Моя смена уже закончилась, но я продолжал нести вахту. Внезапно Ноэль перегнулся через поручень и его вырвало прямо в море. Какое-то время он ещё стоял, держась за поручень, затем развернулся и сел на пол мостика.

- Тан, я никогда не стану таким правителем как ты, – Принц повесил голову, – чтобы идти на такие жертвы нужно или очень сильно любить свой народ или сильно ненавидеть жизнь, но в тебе нет ненависти к жизни, значит ты любил свой народ.

- Я не думал об этом, – я вспомнил последний день, значит я был ещё жив. На чём же держалась эта жизнь? – мне было жаль своих сослуживцев, моих солдат, было противно от того, что кто-то хочет топтать мою землю, и я просто делал свою работу.

- Вот и я об этом, – Ноэль встал, подошёл ко мне, – Моя смена, мне нужно делать свою работу.

- Ну делай, если нужно, – я передал весло напарнику, – смотри внимательнее, ветер часто меняется, может сносить, поправляй курс по кампасу.