Страница 12 из 68
Заставить заткнуться, взять свои слова обратно, отмотать реальность назад...
И Максим, мой светлый мальчик, выбрасывает белый флаг:
- Понятно. Это меняет дело. Мама, я уеду с тобой. Если Марина хочет, пусть остаётся с папой.
Смотрю на дочь, и моё сердце разрывается от жалости к ней.
Услышав слова брата, она бледнеет, не в силах выдержать двойное предательство.
У любимого, самого умного, самого доброго, самого красивого папы будет ребёнок от другой женщины.
Возможно, маленькая девочка, которую он назначит своей новой принцессой. Станет покупать ей кукол, катать на машине, носить на плечах, расчёсывать тонкие волосики, завязывать бантики…
Старшая дочка выросла и уже не так забавна, поэтому желания возиться с нею больше нет…
Марина отчаянно сжимает в руке чайную ложку. Её костяшки пальцев белеют, превращаясь в твёрдые камушки. Губы прячутся за тонкую, упрямую линию. Она держится из последних сил, чтобы не заплакать.
- Мне плевать! Я останусь в этом доме, а вы валите, куда хотите. И отец пусть тоже сваливает! Родители должны платить алименты на детей. Поэтому будете перечислять деньги мне на карту до совершеннолетия, а я проживу и одна!
Она встаёт и уходит в ванную, включает там воду. Наверняка плачет.
Пойти и утешить я не могу. Ноги отнялись. Сижу за столом, а ощущаю себя в самом настоящем аду.
Столетов своей изменой расколол нашу семью на отдельные части. Нет больше никаких НАС, теперь каждый по отдельности, сам за себя. Спасается, как может.
- Мам, когда мы переезжаем? - трогает меня за руку сын.
Он уверен, что сестра изменит своё решение, но я понимаю – даже переехав с нами, она устроит мне не жизнь, а хождение по мукам. Марина умеет так себя поставить, что все будут плясать вокруг неё.
Она - тонкий диктатор и манипулятор. Газлайтер, получивший свои таланты с генетическим кодом отца. Единственный человек в школе, который до сих пор не поддался её демоническим способностям, это Горгона.
Как говорится, они нашли друг друга…
И я знаю, что не смогу оставить дочь. Да, Марина не ангел, но от этого она не перестанет быть моей девочкой.
- Нет, дружок, пока мы никуда не едем, - встаю и подхожу к сыну. Ласково целую его в макушку, вдохнув любимый запах. - Я что-нибудь обязательно придумаю, родной, не волнуйся.
Максим открывает рот в желании мне возразить. Заверить, что он со мной, рядом. Подставит плечо, поддержит, договорится с сестрой...
Но в прихожей хлопает дверь. Муж вернулся с работы, и мне предстоит ещё одна схватка за право остаться в этой квартире с детьми.
Без мужа и его любовницы…
Без ненависти, что станет разрушать нас день за днём и, в конце концов, приведёт к ещё большей трагедии...
- Милая, я дома, - раздаётся с порога.
Для меня эти слова звучат форменным издевательством.
"Милая"? Он ничего не перепутал? Может мозги заклинило и забыл, что приехал домой, а не к Анжелике?
Максим втягивает голову в плечи, увидев в моих глазах жажду крови. В проёме кухни показывается Вадим и ведёт носом:
- О, как вкусно пахнет! Лер, вы уже поужинали? А почему меня не дождались?
Я сжимаю руку в кулак, скомкав салфетку.
Кажется, муж и дальше решил играть в игру "В Багдаде всё спокойно". Вот только торнадо внутри меня уже набирает обороты.
Я прошу сына:
- Максим, давай ты позже чаю попьёшь. Дай нам с папой поговорить пять минут.
Ребёнок кивает и выходит из кухни без возражений.
- Садись, Столетов. Хочу рассказать тебе, как мы будем жить дальше, если ты не уйдёшь к своей возлюбленной.
Вадим садится на стул Макса, укладывает руки на стол и сцепляет их в замок, отодвинув тарелки.
- Ну-ка, удиви меня? - щурится и насмешливо спрашивает.