Страница 38 из 44
— Госпожа, пора вставать. Леди Лаура придёт сюда за картиной уже через двадцать минут, — мягко разбудил меня Ирнел.
Адреналин резко жахнул по нервам, и я вскочила.
— Не волнуйтесь так, наша светлая госпожа, всё будет хорошо! — уверенно заявил мой телепат.
Глава 54. «Красота для Лауры»
Натали
Комната Ирнела была с балконом, и мы решили провести вручение картины заказчице именно там — аналогично тому, как это было с Розой. Зная стиль Лауры, мы не стали накрывать картину тканью с кружевом или органзой. И решили не ставить вокруг готовой работы горшки с цветами. Всё просто, строго по-деловому: балкон с видом на непритязательный фонтан, мольберт, картина. Лаура подошла к картине с нечитаемым выражением лица. Замерла и долго рассматривала наше с Джером творение. Мои невольники и даже Винсент Марвин сочли это шедевром, но у министра жилищного хозяйства было своё, несколько специфическое чувство прекрасного. Впрочем, ей же понравилась моя картина у Розы — значит, есть шанс, что одобрит и эту. Молчание затянулось, заставляя меня изрядно нервничать. Немного отлегло от сердца, когда Ирнел мне улыбнулся и едва заметно кивнул.
— Я видела вашу картину у леди Амахи и ожидала нечто похожее, — произнесла наконец Лаура. — Что-то с вазами, цветами, завитушками.
— Если вам не понравилось — я подправлю эту работу, — заверила я, стараясь сохранять на лице маску невозмутимости, хотя в душе расстроилась от таких слов.
Джереми тоже поджал губы, задетый такой репликой.
— Позвольте, я договорю, — махнула рукой блондинка.
Я кивнула.
— То, что я вижу перед собой — это не картина, а.. перенесённое на холст отражение всего самого идеального в моей реальности. Мои симпатичные мальчики, дорогой супруг и любимый дом. Картина леди Розы была красивой. А моя — по-настоящему совершенна. Вам удалось уловить дух этого места, добавить в него красок и запечатлеть. Скажу честно: я потрясена. Вы честно отработали каждую монету из тридцати золотых, — похвалила она меня.
— Спасибо, Лаура, мне очень приятно, что картина вам понравилась. Ради справедливости должна сказать, что большой вклад в эту работу внёс мой помощник — Джереми Талрой, — отозвалась я.
— Это неважно, — отмахнулась блондинка. — Он всего лишь невольник. Можно сказать, ваш инструмент. В любом случае главный создатель картины — это вы. Кстати, я прошу вас её подписать, если вы ещё этого не сделали.
— Подпишу, — заверила я.
— Отлично, — улыбнулась Лаура. — Кошель с деньгами будет вам вручен при отбытии из моего поместья. Если не произойдёт ничего экстраординарного, ближе к ночи вы отправитесь назад в свою таверну — с тридцатью золотыми монетами, титулом гранд-дамы провинции Артильон и документами на поместье Ривас. А также с бумагами на дом на берегу Сантолийского озера с земельным наделом. К этому прилагается пятьсот серебряных монет, которые были положены вашему рабу Ирнелу по завещанию от его бывшей хозяйки. Плюс тридцать пять золотых — для вас, в качестве возмещения морального ущерба. Я потребовала пятьдесят, но леди Мандана рухнула в обморок от этой суммы, и судья сжалилась над ней, уменьшила до тридцати пяти.
— Ого! - в шоке выдохнула я. — Вы уже успели всё устроить?! Но как? Вы же говорили, что Ирнелу нужно будет самому явиться в Королевский суд и предстать перед артефактом правды.
— Этого не потребовалось, — ответила Лаура. — Леди Мандана добровольно признала свою вину и выразила готовность вернуть всё незаконно приобретённое имущество законной владелице. Правда, пришлось её немного припугнуть дознавателями и пытками, — хохотнула блондинка. — Когда нужно, я умею быть суровой.
Значит, вот где она пропадала два дня! Не только на пожарище, но и ездила по моим делам. Я почувствовала большую признательность к этой невероятно ответственной женщине. Императрица недаром назначила её на пост министра.
— Лаура, я перед вами в огромном долгу! Вы моя спасительница! — очень искренне сказала я.
— Не стоит благодарности, — мотнула она головой. — Я всего лишь делаю, что должна. Но мне приятно думать, что я могу назвать такую талантливую художницу, как вы, своей хорошей знакомой. И смею надеяться, что когда-нибудь вы напишете для меня ещё несколько картин. Разумеется, за достойную сумму.
— Буду только рада! — заверила я её.
— Что ж, на этой приятной ноте давайте готовиться к заседанию Совета. Если вам не сложно, подпишите картину прямо сейчас. Я отправлю за ней своих слуг — перенести в среднюю гостиную. Там мы организовали выставочный зал для ваших работ. Дамы из Совета с удовольствием их рассмотрят. Мы уже повесили на стену те картины, что вы привезли с собой. Плюс полчаса назад приехали гаремники леди Розы Амахи — Трей и Годвин, они привезли то полотно, что вы рисовали для их хозяйки. Теперь остаётся добавить в галерею мой шедевр. Кстати, вы его как-то назвали?
— Рабочим названием было «Красота для Лауры». Но вы можете назвать так, как захотите, — ответила я.
— Нет, не нужно менять. «Красота для Лауры». Мне нравится, — одобрительно улыбнулась блондинка.
Глава 55. Гранд-дамы
Натали
В три часа дня началось судьбоносное для меня заседание Совета гранд-дам провинции Артильон. До этого времени мы с парнями успели быстро позавтракать, потом Брендон помог облачиться в лучшее из всех, что у меня были, платье. Полуэльф Микаэль с его врождённым чувством прекрасного сотворил на моей голове изящную причёску, а полуфей Дениз окутывал успокоительными волнами. Ирнел всё это время светился от счастья: он был безмерно рад, что справедливость восторжествовала и дорогой его сердцу домик на берегу Сантолийского озера был изъят у наглой леди Манданы и передан мне. А Джереми вёл себя как обычно, с присущим ему невозмутимостью и аристократическим достоинством. Он тоже решил меня поддержать и произнёс слова, которые успокоили меня даже сильнее, чем мягкая магия Дениза:
— Тебе незачем волноваться из-за дамочек из Совета. Совершенно неважно, чем закончится это собрание. Даже если тебе откажут, у тебя достаточно работоспособности и таланта, чтобы добиться всего самой, с нуля.
— Наш эстет дело говорит, — поддержал его Микаэль. — У тебя уже есть дом на берегу Сантолийского озера, куда мы можем переехать из таверны хоть завтра.
— И крупная сумма в кошельке от двух картин, плюс дар от императрицы и деньги от леди Манданы. И мои накопления, — добавил Ирнел.
— Вдобавок три месяца мы все можем бесплатно завтракать, обедать и ужинать в таверне «Рассвет», а после этого ещё полгода — в трактире «Лаванда», — напомнил Брендон. — Так что кров у нас уже есть, и едой обеспечены как минимум на девять месяцев. За это время вы с Джереми можете нарисовать ещё кучу картин и выгодно их продать.
— Тем более, что у тебя уже, считай, есть новые заказы от Розы и Лауры, — отметил Джереми.
— В общем, даже если откажут — не переживай: пройдёт совсем немного времени, и ты сможешь выкупить Ривас, если захочешь, на обычных торгах, — подвёл итог Дениз.
Я в ответ кивнула, чувствуя, как волнение окончательно отступает.
— Не откажут, — уверенно заявил Ирнел. — Твою кандидатуру на титул гранд-дамы выдвинула министр жилищного хозяйства. Ни одна из дамочек из Совета не захочет портить с ней отношения. Так что всё будет хорошо.
— Спасибо вам всем за поддержку, — искренне улыбнулась я своим друзьям. — Что бы я без вас делала?
— Добилась бы всего сама. Но чуть медленнее, — авторитетно ответил Джереми.
Остальные были с ним совершенно согласны. Когда мы спустились вниз, то увидели уже знакомые лица парней, которых я недавно рисовала в поместье подруги. Розины гаремники — Трей и Годвин — воспринимались уже как старые добрые знакомые. Увидев меня, они заулыбались и приветливо помахали рукой: