Страж сумерек

Кнуд Йерде откинулся на сиденье. Тяжелое дыхание его не предвещало ничего хорошего. Ларс дивился про себя, как музыкант нашел в себе силы не только вежливо попрощаться с Реннингенами, но и твердым шагом дойти до коляски. Поистине, этот человек поражал его все больше и больше.

Почему они едут по парку вместо того, чтобы искать доктора, Ларс не понимал. Но когда он попытался задать этот вопрос Эдне, она только покачала головой.

— Нет нужды, — был весь ответ.

Поэтому Ларс помогал и не вмешивался. Последние дни изрядно отбили у него охоту к самостоятельным свершениям. Открывшийся мир оказался слишком непредсказуемым и зыбким, чтобы исследовать его в одиночку и настаивать на своем. Порой Ларсу чудилось, что он вновь стал подростком-рекрутом, который понятия не имеет о солдатской службе и с трепетом прислушивается к наставлениям и приказам капрала.

Не слишком приятно чувствовать себя сопляком, когда тебе скоро тридцать.

Кнуд Йерде выбрался из коляски и медленно побрел по аллее к ближайшей скамье. Сел, достал портсигар и привычным жестом вытянул сигарету.

Ларс остановился чуть поодаль, под старой березой. Эдна села рядом с братом, но смотрела не на него, а себе под ноги. Она горбилась, словно внезапно утратив силы, и тени, что легли на лицо, на миг придали ее коже странный зеленовато-бурый оттенок.

— Мог бы предупредить, — внезапно сказала Эдна. — Я не марионетка, чтобы дергать рукой по чужому приказу.

— Я не знал, что он явится, — ответил Кнуд Йерде. — Иначе не попросил бы тебя играть. Не злись.

— Но ты его искал?

— С чего ты взяла…

— Не отпирайся. Ты его искал. Все это время. Ты для этого здесь и поселился⁈

Последовало недолгое молчание. И короткий ответ.

— Возможно.

Эдна выругалась такими словами, какие Ларс в жизни не ожидал услышать от светской дамы. Да и просто от женщины. Смущенный донельзя, он кашлянул, напоминая о своем присутствии.

— Простите, Ларс, — негромко произнес Кнуд Йерде. — Мою сестру за несдержанность, а меня за то, что втягиваю вас в не относящиеся к нашему делу истории.

— Кто он такой? — напрямик спросил Ларс.

— Никкер. Повелитель водопадов Серебряной реки. Существо, состоящее из воды, магии и музыки.

— Можно сказать иначе, — мрачно добавила Эдна Геллерт, выпрямляясь и складывая руки на груди. — Он зло.

Кнуд Йерде не ответил. Докурил сигарету, глядя на звезды, мерцавшие сквозь листву.

— Пойдемте. Ларс, мы отвезем вас домой, и вернемся в Альдбро.

— В Альдбро? Ночью⁈ Не самая лучшая идея, если учесть ваше состояние. Лучше я провожу вас в гостиницу. Думаю, там еще не спят.

— Мы должны вернуться, — повторил Кнуд Йерде. — Я оставил Лив на попечение жены герсира. Вы думаете, я смогу спокойно спать, думая, что где-то вокруг деревни бродит драугр?

— Вы же говорили, что он не сунется за черту, — напомнил Ларс.

— Он не должен сунуться за черту. Но сердце-то все равно не на месте…

— Ладно, — произнес ленсман. — Раз вы так настаиваете. Но я еду с вами. И не вздумайте протестовать. Как начальник полиции я имею право назначить сопровождение любому жителю герада, а путь по ночному лесу не столь безопасен, как раньше.

Кнуд проворчал что-то себе под нос, но возражать не стал. Эдна тоже промолчала, и ленсман счел, что его доводы приняты.

Проснулся Ларс поздно. Спал он в кои-то веки без кошмаров, голосов и прочей гадости. Не помешали даже горланившие на заре петухи. Полный покой — то, что нужно человеку, когда дни забиты службой, а ночи — нечистой силой.

Но счастье не вечно. Посетовав на сей неоспоримый факт, Ларс в конце концов выполз из-под одеяла. В доме было очень тихо — не один он нуждался в отдыхе. Ночевал Ларс все в той же комнате, что и вчера.

Первым живым существом, увиденным ленсманом, был черный кот. Он мягко запрыгнул на подоконник и невозмутимо наблюдал, как Ларс проделывает привычные гимнастические упражнения, одевается и умывается.

Вторым встреченным обитателем дома оказалась Лив. Она возилась на кухне, взбивая венчиком яичные белки. На доске рядом дожидалась мелко покрошенная зелень.

— Омлет и гренки, — бодро заявила она, поздоровавшись. — Больше я ничего готовить не умею. Будете?

— Обязательно, — согласился Ларс. — Как твои дела? Не простыла после купания?

— Я⁈ — изумилась Лив. — Да ни в жизнь! Я на Цепи дважды купалась в океане и ничего. А тетя Эдна меня напоила какой-то травой…

— Ты бывала на Цепи? — переспросил Ларс. Цепь, или как ее иногда в просторечии называли Хребтина, была островным архипелагом далеко на северо-западе. Можно сказать, краем света. Как могла девочка попасть в столь дикие места?

— А то! Давно, правда, — Лив примолкла и закусила губу, словно что-то вспомнив, и ожесточенно застучала венчиком по миске. — Вы идите, а то у меня всегда все сгорает, когда за мной наблюдают. Я позову, как все сделаю.

Ларс улыбнулся и вышел на крыльцо. Все же непринужденная легкость, с которой Лив общалась с людьми, поражала. Вряд ли ее учителя в чопорной старинной школе были в восторге от такой манеры поведения.

К удивлению Ларса, Эдна Геллерт уже проснулась. Более того, она уже возвращалась откуда-то с улицы, поскольку именно в этот момент закрывала калитку. Завидев Ларса, она коротко улыбнулась, но глаза остались серьезными. Женщина казалась уставшей и чем-то очень озабоченной.

— Я прошу у вас прощения за вчерашнее, — произнесла она после короткого приветствия, — Я вела себя не слишком вежливо, но, поверьте, на то есть причины.

— Все в порядке, — заверил ее Ларс. — Надеюсь, и с гере Кнудом тоже. Вчера он выглядел не лучшим образом.

— Вечернее происшествие выбило его из колеи, — ответила Эдна. — Но, надеюсь, все образуется. До следующего раза.

Она сжала губы, словно сдерживаясь от нового резкого выражения.

— Я в жизни не думал, что музыка может быть такой, — напрямик признался Ларс. — И представить себе не мог ничего подобного.

— Музыка способна на многое. Музыка, слова, краски — был бы человек талантлив. А мой брат слишком талантлив. Боюсь, то, что вы видели вчера, было только разминкой. Если эта тварь появилась, просто так она не уймется. Добром не кончится.

— Я не очень понимаю, где именно опасность, — признался Ларс. — Вы объясните?

— Придется. Но чуть позже. По пути у нас будет время. Вы уже позавтракали? Лив не спалила свою стряпню?

— Еще нет. Она в процессе. Вы сказали, по пути? По пути куда?

— Учитель вернулся. Мы не встречались, но я видела, что его лошадь привязана у ограды школы.

В окне появилась голова Лив, повязанная косынкой, словно у заправской хозяйки.

— Все готово! Идите уже!

Завтрак оказался вполне сносным. Гренки чудом удержались на грани простой румяности, не скатившись к подгорелости. За столом они сидели втроем — Кнуд Йерде, как оказалось, куда-то ушел еще рано утром. Эдну не слишком встревожило это известие — казалось, она была в курсе.

Когда они выдвинулись со двора, Лив, пропустив мимо ушей приказ вымыть посуду, увязалась следом.

— Не желаю упустить ничего интересного! — заявила она. — Вы ведь идете узнавать всякие страшные легенды, чтобы разобраться с драугром. Я собираюсь участвовать.

Ларс даже закашлялся от такого поворота.