Страница 28 из 79
- Я думала, вы поймете, что я не хочу вас больше видеть, Борис, - говорит мягко, но я все равно слышу упрек. - Лиза, я... - Вы. Меня. Ообманули.
До этого мы были, разумеется, на ты. И этот переход к официозу, этот холодный равнодушный голос рвет башню похлеще любых истерик и предъяв. - Конечно, обманул, - отвечаю по возможности спокойно. Лиза не терпит, когда я повышаю голос. Плавали, знаем. Однажды наорал на нашего идиота юриста в ее присутствии, так она вся сжалась и попросила высадить ее прямо на обочине, отказалась ехать со мной дальше. Потом извинялся, обещал работать над собой, и даже работал, чего уж. Раз сейчас могу сдержаться и не кричать.
- А как мне было сказать правду? Разве ты бы стала слушать меня и то, что на самом деле у меня с женой уже ничего нет? Что я глубоко несчастный человек, что у меня депрессия, которую не замечают самые близкие люди, что только рядом с тобой я снова чувствую жизнь. Разве ты бы согласилась встречаться со мной, зная все это? Она молча смотрит на меня, и, кажется, что все понимает. От того еще больнее слышать ее слова.
- Нет, не стала бы. И сейчас не стану, Борь.
Вижу ее обиду. Вижу, как она отстраняется. И понимаю, что нельзя ее сейчас отпускать. Уйдет и все, больше мне ее не получить. - Лиза, я благодарен тебе за то, что Аниса все узнала. Потому что только так я сам смог узнать, с кем все это время жил. - говорю тихо, подходя ближе. – Моя жена... показала свое настоящее лицо. Украла деньги. Улетела к любовнику на Мальдивы. Угрожает мне. И если до этого я, идиот, берег ее чувства, то теперь это точно развод. Она замирает. В ее глазах мелькает что-то... не испуг, нет. Скорбь. Она смотрит куда-то мимо меня. - Значит, я разрушила твою семью, - шепчет еле слышно. Сердце сжимается. Нет, она не должна так думать. - Бред! - резко говорю я, беря ее за руки. Они холодные. - Ты ничего не разрушала. Ты просто... появилась. Как солнце. Семья разрушилась сама, просто мы не могли признаться себе в этом, но теперь я свободный мужчина, по-настоящему, Лиза. И нам больше ничего не мешает быть вместе. Она не отнимает рук, но и не смотрит на меня. Я вижу, как она сомневается. Как достаточно какого-то слова, жеста, чтобы мой личный палач, наконец, вынес вердикт.
- Неужели, ты не хочешь узнать меня по-настоящему? - спрашиваю я, наклоняясь к ней, ловя ее взгляд. - Увидеть, как я живу? Ты же обо мне почти ничего не знаешь. Или тебе не интересно? Тогда, получается, ты тоже обманывала, когда согласилась быть со мной? И как ты можешь в чем-то обвинять меня? Она думает всего секунду, а кажется, что всю жизнь. Но все-таки кивает. Согласна.
Она согласна! В машине молчим. Я чувствую ее запах - тонкий, цветочный. Чувствую ее тепло. Руки на руле дрожат. Меня, как пацана, трясет от того, что она вот здесь, рядом, и я могу к ней прикоснуться. Дома провожу ее по комнатам. Она осматривается, не задает ни единого вопроса. Я смотрю на свой дом ее глазами - ухоженный, дорогой, каждая вещь на своем месте. И внезапно понимаю, что это все от Анисы, ее порядок, ее вкус, ее заслуга. И пугаюсь, вдруг это оттолкнет Лизу от меня? Ну не идиот, привести одну женщину туда, где все создавала другая? Лиза останавливается в гостиной, проводит рукой по спинке дивана. - Здесь так... уютно, - говорит она тихо. - Такая забота в каждой детали. - Она поворачивается ко мне, и в ее глазах неподдельное восхищение, смешанное с грустью. - Аниса... прекрасная хозяйка. Уверена, что и женой она была замечательной. Чего же тебе не хватало? Вопрос повисает в воздухе. Честный. Прямой. От него не отвертеться. Я смотрю в ее серые глаза, в эту бездонную глубину, и отвечаю то, что чувствую всем нутром. Единственную правду, которая сейчас есть. - Тебя, - выдыхаю я. - Мне в ней всегда не хватало тебя.