Роман

Шарлотта наконец чувствовала себя больше собой, чем за последние два дня, о чём она вообще узнала только потому, что Григори сказал ей об этом.

Два дня! Она до сих пор не могла поверить, что пропала сорок восемь часов назад и за это время успела пережить два похищения. Печальнее всего было то, что, кроме Авы — если с той всё в порядке, — и Кейт, её пропажи, по сути, никто бы и не заметил. Она всегда слишком много работала, чтобы у неё оставалось время на общение.

Как только Роман отошёл от неё, оставив её в полном смятении, к Шарлотте, как ни в чём не бывало, подошёл Григори, с голым торсом.

Здесь вообще кто-нибудь носит рубашки?

На нём были чёрные кожаные штаны и армейские ботинки, чёрные волосы до плеч мягкими волнами спадали вокруг красивого, по-мальчишески озорного лица, озарённого нагловатой улыбкой. Он стоял, его тёмно-карие глаза окидывали её взглядом сверху вниз, и в них искрилось веселье.

Готова поспорить, девушки при виде него тут же теряют голову и трусики, — подумала она. Шарлотта всё ещё не могла отойти от собственного поведения. Она не верила, что Роман сумел так на неё подействовать.

— Я Григори, и для меня абсолютное удовольствие познакомиться с тобой.

Он поклонился, взял её руку и легко коснулся губами.

— А теперь пойдём, приведём тебя в порядок.

Он полностью проигнорировал то, что велел ему Роман, и провёл её вверх по самой потрясающей чёрной мраморной лестнице, какую она когда-либо видела, — в красивую комнату. Вид на город был таким же восхитительным, как и в столовой внизу.

Я в Холмах.

Эти мужчины были не просто богаты, они были неприлично богаты. По одному только виду было ясно, что она находится в особняке на одном из самых высоких холмов Западного Голливуда.

Григори дал ей один из самых мягких халатов, которые она когда-либо трогала, и буквально выпихнул её в ванную. Потому что она их пленница. При этом он рассмеялся и показал в воздухе кавычки пальцами, произнося это слово. Он настоял, чтобы дверь оставалась открытой, но сам сел на кровать так, чтобы не видеть её. Всё это время он громко рассказывал из комнаты о том, какие потрясающие вещи собирается приготовить ей на завтрак.

Когда Шарлотта закончила принимать лучший душ в своей жизни, Григори проводил её обратно вниз, усадил за мраморный стол и ушёл на кухню, где во всё горло распевал песню.

— Тебе кофе с сахаром и молоком? — крикнул он из другой комнаты.

Это какой-то ебанутый цирк, — подумала она, чувствуя, как до неё доносится божественный аромат кофейных зёрен. Просто плыви по течению, — велела она себе, позволяя запаху полностью захватить чувства.

— Да, пожалуйста, но только одну ложку сахара, — ответила она так, словно они делали это каждый день.

Шарлотта не могла дождаться, когда выпьет кофе и хоть что-нибудь съест. Её желудок надрывался от голода, а ещё ей нужно было вернуть себе силы. Пока она была в душе, она решила, что стерпит всё и станет, как сказала бы Ава, крутой сучкой, которая выйдет из этого дома так, что её никто не остановит. В противном случае она найдёт телефон, вызовет копов и дождётся, пока те заберут её из этого цирка уродов.

Теперь, чувствуя себя немного лучше, она сложила последние дни воедино. Её похитили те, кого эти люди называют «демонами». Они с ними сражались и спасли её, только затем, чтобы держать здесь по непонятной причине. Григори казался милым и вёл себя чертовски дружелюбно. Может, он сможет дать мне ответы, — подумала она, когда он вышел из кухни и поставил перед ней чашку кофе.

— Дай мне две секунды, и я вынесу тебе королевский завтрак, достойный самой богини, — подмигнул он и вернулся на кухню, напевая по дороге. Она проводила взглядом его крылатую татуировку и задумалась, у всех ли у них такие рисунки на спине.

Запах еды донёсся до неё, и у Шарлотты в предвкушении заурчало в животе. Она не могла вспомнить, когда ела в последний раз, и вдруг поймала себя на том, что искренне радуется предстоящему приёму пищи. По запаху было понятно: будет вкусно.

Она отпила глоток кофе и закрыла глаза от чистого блаженства. Аромат и так был восхитительным, но вкус… Невероятно. Это был лучший кофе в её жизни, и она тихо застонала, делая ещё один глоток, наслаждаясь ощущением тёплой жидкости, стекающей по горлу.

— Вкусно, да? Я заказываю зёрна прямо из Италии, — Григори бесшумно вернулся, застав её врасплох, неся большой поднос. Он поставил его на стол, стал снимать блюда и расставлять перед ней.

— Да, спасибо, — кивнула Шарлотта с небольшой улыбкой.

Она не могла поверить своим глазам, глядя на всё это.

Круассаны, вафли, панкейки, всевозможные сиропы, джемы и великолепная тарелка с нарезанными фруктами.

— Ты всё это приготовил? — её желудок заурчал ещё громче.

— Разумеется. Приятно хоть раз приготовить что-то не для этих неблагодарных ангелов, — усмехнулся он. — О, подожди.

Он улыбнулся и снова умчался на кухню.

Ангелов? В памяти всплыли размытые силуэты гигантских крыльев, Армарос с его светящимися фиолетовыми глазами. Чёрт, она уже несколько раз видела, как у Романа загорались глаза. Потом её сны и разговоры о демонах. Если демоны реальны, тогда, наверное, логично, что и ангелы существуют. Может, я всё-таки не схожу с ума.

Шарлотта решила, что пора принять то, что она видела и слышала. Слишком много странного случилось, чтобы просто списать всё это. Сам факт, что Армарос оказался реальным человеком, был доказательством того, что всё, что она видела и слышала, должно быть правдой.

Ей нужны были ответы. Ей нужно было выяснить, что именно Григори имел в виду под «ангелами», спросить его о демонах и понять, какое отношение она сама имеет ко всей этой безумной истории. А потом выбраться отсюда нахрен и найти Аву.

О нет, Кейт. Паника накрыла её. Шарлотта не вышла на утреннюю смену, значит, всю вину свалят на Кейт, и её могут даже уволить. Шарлотте позарез нужен был телефон.

— Теперь можно и поесть, — Григори вернулся с ещё одним подносом, и в этот раз расставил блюда с хрустящим беконом, хашбраунами, яйцами-пашот, тушёной фасолью и маленькими сосисками, дополнив всё это разными соусами, солью и перцем.

— Боже мой, всё это выглядит просто невероятно. Я даже не помню, когда в последний раз ела, Григори. Спасибо, — просияла Шарлотта, искренне благодарная за его доброту.

Григори застыл, потянувшись за двумя пустыми тарелками, его брови слегка сошлись в задумчивой морщинке. Он быстро мотнул головой и снова ослепил её улыбкой.

— Prego¹⁰, пожалуйста. А теперь ешь. Голодать — грех.

Это было по-итальянски? — задумалась она, вспомнив одного из бывших ухажёров Авы, туриста из Италии.

— Григори, могу я попросить об одолжении? — тихо спросила Шарлотта.

Брови Григори снова чуть сдвинулись, он замер и уставился на неё:

— Зависит от того, что именно и в моих ли силах это выполнить, сладкая.

— Одна из моих подруг на позднем сроке беременности. Я должна была выйти и подменить её на смене, но меня… забрали. Мне нужно позвонить ей или на работу и убедиться, что на неё не слишком сильно накричат. Наш босс ужасный человек. Пожалуйста? — взмолилась она, надеясь, что он согласится ей помочь.