Страница 7 из 53
Глава 3.
(Эми)
- Брат, ты рехнулся?! Куда ты лезешь?
- Мардения надо спасать.
- Это катакомбы с нежитью. Ты хоть представляешь сколько он мертвецов поднять успел?
- Я аккуратно и далеко заходить не буду.
Эх, и это меня он называет самоубийцей.
- Пошли уже. Дальше первого уровня не спускаться не будем.
Пропустив брата вперед, я вешаю на него щит и спускаюсь следом. Осмотрев помещение, вижу книгу на постаменте.
- Брат стой. Здесь чьи-то записи.
Из записок мардения:
"В древние катакомбы уже много лет не ступала нога живых существ,и даже я, Мардений, не осмелюсь войти туда. Я велел своим ученикам запечатать вход, ибо почувствовал зловещие эманации, исходящие недр катакомб. Никто из храбрецов не вернулся. Чтобы рассказать о природе зла, поселившимся там. Но в самом дыхании подземелий есть признаки волшебства некого могущественного волшебника.
Я отписал герцогу Ферола в штормовой замок и просил отправить несколько отрядов в Алерот, что бы разобраться с этой напастью. Увы, герцог игнорирует мои послания.
Эта книга должна стать посланием каждому кто идет сюда. Возвращайтесь, пока не поздно! Пытаясь разгадать тайну этого ужасного места, мы потеряли полдюжины достойнейших людей. Пусть эти смерти будут последними на счету этих катакомб. И да упокоят боги души усопших!"
- Лик, ты точно уверен, что хочешь туда спустится?
- Конечно да! Давай очистим это место от нежити во имя семи богов!
Опять! Духи за что...
Нет, я точно когда-нибудь сбегу к своему темному рыцарю в его круг от этого паладина с кодексом вместо мозгов.
Нажав на рычаг в стене, отпираю решетку входа.
- Прошу.
Машу брату рукой на проход. Подобравшись, он осторожно заходит внутрь.
Пройдя по коридору, выходим в помещение с пентаграммой на полу. Рядом лежит свиток.
"Слуга Роланд, обвиненный в предательстве своего господина, был по приказу Фелерона, подвергнут пыткам. Преступник отказывался признавать свою вину и тогда Фелерон велел, выжечь ему глаз каленым железом. Зубы негодяя выдрали один за другим, а так же отняли правую руку. В конце концов, предатель сознался в содеянном, ипалачу было дозволенно прекратить страдания преступника, сварив его в кипящей смоле. Позже выяснилось, что Роланд был невиновен и таким образом дал ложные показания. Фелерон постановил, что всякий слуга, что найдет в себе наглость бесстыдно лгать своему господину, тем более находясь под пыткой, разделит участь Роланда".
Убираю свиток подальше от глаз брата. Он и так, кажется, еще не отошел от стычки с орками.
Пройдясь по помещениям, натыкаемся на волшебную сферу. Осторожно подхватываю её и убираю к себе в рюкзак. Затем подбираю ключ и второю сферу. Пока нам везет и нежить внутри катакомб самая низшая.
Из дневника Фелерона:
"1207 сембтен 24
На подготовку ритуала оживления требуется гораздо больше времени, чем я предполагал. От мыслей о том, сколько мне придется пролежать бездыханным, прежде чем меня воскресят, кровь стынет у меня в жилах! У меня слишком много покойных врагов, которые только и мечтают о том, чтобы увлечь меня в Преисподнюю. Совершенно необходимо посвятить все время, отпущенное мне, на поиски рецепта бесконечной жизни.
1207 сембтен 31
Как глупо было с моей стороны обсуждать свои изыскания в области смерти и воскрешения с недальновидными глупцами из Алерота! Они обозвали меня безумным живодером и отказались продолжать дискуссию. Разве не понимают они, что без экспериментов над низшими животными (кошками, кроликами и холопами) невозможно движение истинной науки? Глупцы! Они еще узнаю мощь моих воскрешающих заклинаний. Я восстану из праха, что бы поразить и раздавить их всех!"
- Сестренка, хватит читать. Бери сферу, и идем дальше.
Поставив книгу обратно на полку, я подхожу к Лику и убираю светящийся синими молниями шарик.
Интересно, этот некромант уже встал или что-то в ритуале пошло не так? Судя по Мардению, второе.
Блин, орки!
- Эй-эй, человек. Смарук хочет поговорить с тобой.
Ложу брату руку на плечо и отаскиваю его назад.
- Чего тебе надо орк?
- Я и эти други.
Он показывает на десяток орков поменьше, рядом с собой.
- В поиск волшебный топор. Ясно! Имя топор рубило. У нас нет рубило! Мы хотим рубило. Ты в помощь?
Мои уши. Что это за рубило кстати?
- Да мы принесем его, если увидим.
- Иди, ищи. Я и други здесь подождем.
Утаскиваю брата за собой в проход.
- Эми ты рехнулась! Какой топор?
- Ты предлагаешь драться с этим громилой? Да ты меч в руках еще еле держишь придурок. Я тебя для чего к целителям тащила.
- Но это же орки!
- Лик, то, что мы сейчас сцепились, не отменяет того факта, что раньше мы лет 600 уживались вместе. И вообще тебе хоть кто-то из других рас нравится?
- Эльфы.
Ну, кто бы сомневался.
- Пошли уже эльфийколюб, ты мой.
- Эй. Я в отличие от тебя не встречаюсь с отморозком, который первые призывы кидался на меня с мечем в руках.
- Нас обоих это устраивало. Да и мы договорились, пока катакомбы чистили.
Хм, статуя.
- Что-то не припоминаю эту женщину среди богов.
- Лик, там вроде дневник есть.
Осматриваю статую тетрадь.
Из дневника Георга барсука. Солдата ставшего наемным телохранителем:
"Сильвану смертельно ранили из-за моей трусости. Бандиты забрали деньги и просто проткнули её мечем. Оставив умирать. Когда я вернулся, она все еще была жива. Хотя жизнь утекала из неё на глазах.
Почувствовав мое приближение, она протянула ко мне руку. Я склонился к ней, желая поддержать. Но стоило мне приблизится к ней, как она схватила меня за волосы и медленно, с превеликим трудом проговорила ужасное проклятие.
Ты оставил меня на произвол грабителей, Грегор. Ты не исполнил долга и не защитил меня до конца. И я проклинаю тебя. За подлое предательство ты заплатишь суровую цену. Ты будешь охранять мою статую так, как не сумел охранить меня саму. Ты останешься при моем изваянии и при жизни, и после смерти. И если только ты найдешь кого-то, кого ты сможешь защитить, проявляя храбрость и не заботясь о себе, мое проклятие спадет".
- Этот трус был телохранителем и бросил свою нанимательницу в бою. Она мертва. Статуя видимо её. О, тут еще записи есть.
"С момента её смерти каждый день влекло к её могиле со статуей. Теперь жизнь моя близится к концу, и я пишу эти строки, зная, что они станут последними. Боюсь, что даже смерть не освободит меня от моего обязательства. Я молю, чтобы однажды я смог проявить доблестьи, освободившись от проклятья обрести забвение".
Лик подходит к статуе и активирует её.
- Мой страж услышь меня и явись на мой зов. Однажды ты уже подвел меня, но я даю тебе шанс проявить доблесть.
появляется зомби.
- Мой страж поведешь ли ты меня опять. Сможешь ли ты защитить её и освободиться от проклятья?
- Нет... никогда...
Ох, ты ж блин. Только зомби в телохранителях мне не хватало. Ладно, он все равно сдохнет в катакомбах.
-Клянись, что в этот раз ты приложишь все силы для защиты своей подопечной. Не убежишь и закроешь её своим телом. Оставаясь с ней до конца.
- Я... клянусь...
- Ну, идем что ли. Лик убери меч.
- Да уж лучше бы, твоего темного рыцаря вызвала.
- Ты его сам призвал, так что терпи.
Пройдя в комнату с тремя пентаграммами на полу, останавливаюсь у каменного постамента.
"Дражайший Гораций
что бы ничтожные лекаришки не проникли в мои рабочие кабинеты, я создал при входе в катакомбы три пентаграммы. Для открытия прохода в тайные покои нужно разместить в каждую пентаграмму волшебную сферу.