Спасение Веракко

Если бы королева и её армия стали пытаться найти каждый тайный объект, информация могла бы быстро дойти до мятежников, и они смогли бы уничтожить улики — в частности, самих людей — до того, как их разоблачили бы как предателей.

Стратегия, которую они выбрали, чтобы освободить этих людей, вызывала больше разочарование, чем надежду, но они не могли оставить их взаперти. Веракко содрогнулся, думая о том, что могли уже сделать с этими пленниками. Кровь в нём закипала от злости, ведь он не мог найти способ выяснить местоположение всех этих тюрем.

— Я почти готов впустить Элис, — сказал Веракко, активировав тревогу в конце коридора и наблюдая, как последний из охранников вышел, чтобы всё проверить. Когда охранник ушёл на безопасное расстояние, в неиспользуемый коридор, Веракко запер единственный выход и оглядел свою работу. Многие из пойманных охранников колотили в свои двери, а некоторые из них, находившиеся в контрольных комнатах, даже не заметили, что их заперли. За его спиной не было слышно никаких движений, так что он повторил: — Тебе нужно привести сюда Элис.

Нахмуренный взгляд Луки совпал с его собственным. Он ничего не сказал. Было ясно, что Лука крайне недоволен присутствием Элис здесь, но убедительная женщина явно имела сильное влияние на этого упрямого мужчину.

Если бы у меня была пара, я бы никогда не позволил ей быть так близко к опасности. Никогда.

Когда Лука всё ещё не пошёл за Элис, Веракко задумался, стоит ли попытаться повлиять на мужчину. Обычно попытки воздействия считались недопустимыми, но в этой ситуации небольшой толчок не выглядел бы слишком жестоким. Правда, было непонятно, примет ли разум Луки это воздействие. Умение его народа, Свадет, влиять на мысли других людей было уникальным и, как и многие уникальные вещи, часто пугало тех, кто не понимал этот процесс.

Веракко отбросил эту идею. Хотя Лука был рассеян и, вероятно, напряжён, что идеально подходило для успешного воздействия, было бы… нехорошо, если бы Лука понял, что Веракко пытался это сделать.

— Я готов. Позови её. Ей нужно поговорить с женщинами и объяснить, как сбежать.

Крики снаружи заставили обоих резко повернуть головы к выходу. Лука бросил встревоженный взгляд на экраны, затем на дверь.

— Беги! — крикнул Веракко, инстинктивно добавив немного влияния в команду, но Лука уже выбежал из маленькой каюты.

Тревога сжала ему горло, когда он начал получать доступ к системе связи в первом объекте. Сколько у меня времени? Эхо ударов кулаками и болезненных криков раздавалось из дверного проёма, и Веракко напрягся. Не было времени говорить с каждым человеком индивидуально, как они планировали.

Кто-то или что-то ударилось о стену здания с громким стуком, как раз когда Веракко сосредоточился на задаче.

Первоначально они планировали, что Элис будет говорить с людьми, потому что голос и лексика Веракко казались слишком инопланетными и, следовательно, ненадежными, чтобы довериться. Плюс, не было гарантии, что всем людям установили переводчики языка. Если когда-либо и был момент использовать его дар, то это был он. Он быстро настроил системы связи, чтобы соединить их, и потратил драгоценные минуты, чтобы убедиться, что звук будет идти только из динамиков в камерах людей.

Громкий рёв снаружи сопровождался резким треском.

— У них перчатки Юло! — крикнул мужчина снаружи.

Он закрыл глаза и сделал глубокий вдох, чтобы успокоиться, приказывая своему разуму сосредоточиться.

— Привет, люди. Я ваш друг. — Вспышка раздражения пронзила его, когда почти все двадцать заключённых вздрогнули или подпрыгнули при его словах.

Он постарался, чтобы спокойствие просочилось в его голос, когда он давил своей силой.

— Слушайте. Через мгновение ваши двери откроются. Вам нужно будет бежать.

— Найдите винтовую лестницу и бегите на верхний этаж, затем выходите через парадные двери, — сказал он. — Оказавшись снаружи, вам нужно будет уйти как можно дальше отсюда. Постарайтесь найти город и привлечь к себе как можно больше внимания. Скажите, что хотите поговорить с королевой Треманты.

Раздавшийся громкий, полный боли рёв потряс здание. Это могло означать только одно: Элис могла быть в опасности. Он понял, что ему нужно ей помочь.

— Двери открыты. Уходите немедленно! — командовал он, вложив всю свою силу в приказ.

Он с замиранием сердца наблюдал, как заключённые встали и подошли к открывающимся дверям своих камер. Веракко резко повернулся, бросился к двери, рывком открыл её и обнажил зубы. Почувствовав жжение в верхнем нёбе от ядовитого яда, он бросил последний взгляд на экраны, затем бесшумно растворился в ночи.

Он сумел остаться незамеченным, оценивая обстановку, держась в тенях вокруг здания. Его вторичное веко закрылось, скрыв его светящиеся глаза. Один из Стриги летал под густым пологом леса, готовясь выстрелить из крайне нелегальной Юло-перчатки. Двое других крылатых Стриги сражались с Лукой и Кадионом.

Трое против троих? Да ну, пустяки, — Веракко тихо усмехнулся и, двигаясь бесшумно, занял позицию позади одного из Стриги, который целился в Луку.

Стриги были известны тем, что их трудно убить из-за их смертоносных крыльев и способности улетать из зоны досягаемости. Однако их крылья были не только их главной силой, но и слабостью: огромный размах крыльев создавал «слепые зоны» в бою, а неспособность согнуть крылья за спину делала их особенно уязвимыми сзади.

Стриги застыл, почувствовав Веракко у себя за спиной, но было уже слишком поздно. Одной рукой Веракко схватил его за подбородок, а другой наклонил его голову вниз, пока не услышал отвратительный хруст.

Лука бросил взгляд через плечо на Веракко и быстро кивнул, затем бросился в темный лес, где, вероятно, несколько минут назад находилась Элис.

Веракко следил за двумя оставшимися Стриги, которые теперь кружили над головой. Он поднял безжизненное тело того самого Стриги, которому только что сломал шею, чтобы защитить себя и Кадиона от выстрелов из Юло-перчатки.

— Они выбрались? — прохрипел Кадион, пытаясь снять Юло-перчатку с безжизненной руки Стриги.

Разочарование заставило клыки Веракко заныть, и он скривился.

— Я сделал всё, что мог в данных обстоятельствах, — сказал он.

Луч зелёного света пронзил крыло мёртвого Стриги и просвистел мимо уха Веракко. Резкий запах палёных перьев, смешанный с запахом луж крови у их ног, проник в его ноздри.

— Каков план, генерал? — спросил он.

Кадион закончил застёгивать перчатку и бросил на Веракко кривую, усмешку с ямочками.

— Мой план — пострелять.

— Как элегантно, — Веракко закатил глаза и приготовился отбросить крылатого Стриги в сторону. — Подведи их поближе, а дальше я сам справлюсь.

В один момент мальчишеская улыбка Кадиона исчезла, уступив место холодной, суровой отрешённости, за которую этого парня знали в бою. Резкая перемена в его поведении даже заставила Веракко захотеть отодвинуться подальше.

Кадион присел, и струйки крови стекали по его лицу из глубокого пореза на голове.

— Наша цель — обезвредить, а не убить, так что держи свои укусы при себе, если только мы не находимся на грани смерти.

— Понял, — ответил Верракко.

Кадион кивнул, и Верракко, собрав все свои силы, бросил труп Стриги в воздух, что повергло их противников в шок, достаточный для того, чтобы перчатка Юло могла нанести им урон.