Спасение Веракко

— Если бы я сказал тебе, ты бы никогда не пошла со мной. Я пытался уговорить тебя вернуться в Треманту в первый же день, но ты отказалась.

— Ты пытался, — она усмехнулась. — Ты пытался, объяснив, что если я пойду в другой город, кроме Треманты, у меня отберут свободу и заставят выйти замуж за какого-то незнакомца? Или ты просто потребовал, чтобы мы пошли в Треманту? В город, который был на неизвестном расстоянии в противоположном направлении от Алекс? — Она поставила руки на бёдра и изучила его напряжённые плечи.

— Пошла бы ты в другую сторону и бросила бы Алекс, если бы я всё объяснил? — ответил он.

Лили стиснула челюсти, зная, что он прав. Она бы всё равно продолжала идти по реке.

Веракко наклонился, чтобы быть на уровне её глаз.

— Именно. — Он вернулся к экрану и начал снова вводить на нём символы. — Что мне было делать? Оставить тебя жить в лесу, пока ты не умерла бы там? Как долго, по-твоему, ты могла бы там выжить?

Лили отпрянула назад.

— Дело не в этом. Ты отнял у меня выбор. Если бы ты объяснил всё с самого начала, я бы могла сама решить, вернуться в Треманту или остаться в лесу. Неважно. Даже если каждый из возможных вариантов был паршивым, у меня было право делать собственные паршивые решения!

Дверь открылась, и на платформе ждали. Лили вошла, слишком сосредоточенная на выражении лица Веракко, чтобы обратить внимание на внезапное движение вверх.

— Ты права. Мне следовало всё рассказать. В тот момент всё казалось логичным. Я просто пытался сохранить тебя в безопасности.

Слова застряли у неё в горле, эмоции охватили её. Она доверяла Веракко больше, чем когда-либо кому-то другому. Она понимала, почему он соврал о законах своего города. Даже если она не согласна, она понимала, что он просто пытался защитить её. Слёзы разочарования затуманили её взгляд, но она продолжала моргать, стараясь их отогнать. Она не чувствовала себя в безопасности. Она чувствовала себя уязвимой и бессильной. И тот, кому она доверяла, чтобы ориентироваться в этом страшном новом мире, скрыл от неё так много. Была ли её жизнь вообще её собственной? Или эти инопланетяне решали всё за неё?

Платформа снова остановилась, но двери не открылись сразу, как раньше. Веракко смотрел на экран, который показывал роскошно оформленный коридор, в котором находились худой голубой мужчина и ребёнок. Они шли медленно, беседуя о чём-то, чего Лили не могла расслышать.

Когда они исчезли из виду, Веракко приложил палец к губам, показывая, чтобы она молчала. Он открыл двери и повёл её за собой. Коридор, как и странный складской этаж, был изогнутым и окружал невероятное зрелище. Башня воды, падающей через центр здания, как и описывал Веракко, виднелась за стеклянной стеной.

Они подошли к одной из немногих дверей слева, и Веракко отпустил её, приложив руку к поверхности. Жужжание и гудение, и дверь распахнулась.

Когда они вошли в тёмное пространство, маленькие плавающие шарики света начали светиться под потолком, как серебряные пузыри. Комната была большая, наполненная множеством кремовых подушек и мягких диванов, широких и глубоких, как королевские кровати. Какой-то скрежет с правой стороны заставил её подпрыгнуть, и она с удивлением увидела, как стеклянная лестница из сверкающего металла спустилась с потолка. Её глаза проследили за лестницей на второй этаж, находящийся далеко вверху.

Дом был красивым и прекрасно оборудованным. Мебель была безупречной. Везде сверкали серебряные отделки, а странные скульптурные украшения были расставлены повсюду.

Лили нахмурилась; этот дом был красив, но не казался похожим на дом Веракко. Он был слишком… идеальным. Как выставочная галерея идеальной футуристической гостиной.

— Я думала, ты живёшь в Треманте. У тебя здесь тоже есть дом?

Веракко некоторое время смотрел на пол, облизывая клык, а затем взглянул на неё с несчастным выражением.

— О, — едва слышно сказала она, осознав. — Это для неё, правда?

Он пожал плечами.

— Я купил этот дом несколько недель назад после подписания контракта. Нужно было подготовить его к…

— К свадьбе, — закончила она его фразу, чувствуя, как его голос утихает. Она покачала головой. — Я правда не думаю, что мне не стоит здесь оставаться. Я хочу уйти в другое место.

Он глубоко вздохнул и посмотрел на неё.

— Я понимаю, что ты злишься на меня, но ты ещё не готова быть одна. Мне нужно помочь тебе освоиться в нашем городе.

— О, ты имеешь в виду помочь мне, выбирая, какую информацию считать важной, а о чём соврать? — Лили резко ответила, положив руки на бёдра и подняв брови.

— Город ещё не знает о людях. Ты даже не сможешь говорить ни с кем, если тебе понадобится помощь, потому что никто не имеет твоего языка в своих переводчиках. — Он потащил её в коридор, который, как она предположила, был чем-то вроде кухни, затем начал бегать по комнате, вытаскивая различные продукты и инструменты из разных отсеков.

— А как насчёт твоей невесты? — резко спросила она. — Как ты думаешь, она будет себя чувствовать, когда узнает, что в её доме другая женщина? Я знаю, что между вами может не быть романтики, но она, очевидно, приложила много усилий к оформлению этого места, а теперь я пришла и использую это всё первой.

Сжимая глубокую фиолетовую бутылку, он остановился и сказал:

— Я говорил тебе. В моём сознании она больше не моя невеста. — Он сделал большой глоток из бутылки, затем протянул её Лили.

Лили склонила голову, чувствуя негодование из-за его будничного тона.

— Твой контракт всё ещё в силе, да? Это значит, что ты всё ещё обручен. Не важно, что у тебя в голове. Важно, что в головах у всех остальных.

Веракко взял бутылку из её рук и сделал ещё один глоток, затем поставил её обратно; его жёсткий взгляд впился в неё.

— Состояние моего контракта зависит только от тебя.

— Зависит от меня? — переспросила она, чувствуя, как снова нарастает путаница. Она рассмеялась, саркастически подняв свою бутылку. — Ну, что ж ты сразу не сказал?

— Через пару недель я должен жениться. Есть только два способа расторгнуть мой контракт. — Расстегнув большой карман на своём бедре, Веракко достал две бутылки, обе явно старые и пыльные. — Во-первых, я объявляю, что мои глаза изменились, что означает, что я узнал кого-то, кто потенциально может быть моей парой. — Он вылил жидкость из меньшей бутылки на руки, не обращая внимания на капли, падающие на пол, и потер их друг о друга. — Во-вторых, я объявляю, что у меня появились метки, доказывающие, что ты моя пара вне всякого сомнения.

Веракко поднял руки. Она уставилась на ярко-синие узоры, обвивающие его запястья и руки, которых секунду назад не было. Её дыхание застыло в горле. Как могли такие метки появиться из ниоткуда? Есть ли на этой планете какая-то магия? Когда он сказал «пара», он говорил серьёзно? Это не просто фраза для обозначения жены, а реальный честный спутник души? И она — его?

— Я подписал контракт, ещё до того, как мы встретились, — он говорил тихо, мелодичный тон его голоса исчез. — Есть последствия за его разрыв. Если я это сделаю, я больше никогда не смогу жениться ни в одном городе, и меня вышлют. Появление пары не происходило веками. До тех пор, пока Джейд не появилась в начале этого года. Ты не понимаешь, насколько это особенное событие. Насколько редки эти метки, — сказал он, снова подняв руки.

Лили сглотнула и попыталась игнорировать острые вспышки желания, пронзавшие её.