Страница 22 из 75
После всех этих деяний Фредигунда возжелала смерти самой Аудоверы, которая уже несколько лет жила в монастыре в Ла Манше. Бывшая королева была убита, но ее дочери удалось бежать. Жена несчастного Хловиса была сожжена заживо.
Ее следующей жертвой стал епископ Пратекстат, который приютил Меровека и Брунгильду. На него напали в его собственной церкви и жестоко изранили, после чего его посетила лучезарная Фредигунда.
– У нас есть очень хорошие лекари, – сказала Фредигунда, – которые могли бы исцелить твои раны. Ты позволишь, они навестят тебя?
Пратекстат собрал все оставшиеся силы, приподнялся в кровати и промолвил:
– Я чувствую, что Господь призвал меня к себе из этого мира. Но ты будешь предана проклятью во всех грядущих поколениях и правосудие Божье покарает тебя!
Фредигунда покинула его, не сказав ни слова. Епископ вскоре обрел вечный покой.
А Божье правосудие не заставило себя долго ждать и покарало королеву Нейстрии.
Сразу друг за другом от оспы умерли ее сыновья. Несмотря на заботу лекарей, их не удалось спасти. В живых остался лишь Хлотар, которому было несколько месяцев.
Злоба Фредигунды на Гильпериха все возрастала. Он был уже стар, предавался немыслимым порокам и мешал ей на пути к власти.
В сентябре 584 года король находился в округе Хеллеса на охоте. Он убил вепря и был крайне воодушевлен этим. Один из его людей, любовник Фредигунды, предложил ему кубок вина. В следующую ночь король скончался…
Отныне она была единовластная правительница королевства, ее сын был еще слишком юн, чтобы помешать ей в чем-то. Наконец-то власть принадлежала ей!
Время от времени она посылала наемных убийц в Метц, чтобы те устранили ее соперницу и молодого короля Хильдеберта. Из этого ничего не выходило. Всякий раз преступники были узнаны, взяты под стражу и казнены.
Вскоре возникли сложности и в ее собственном государстве. До того, как начался спор между двумя королевами, Париж не принадлежал ни к одному из четырех королевств. К ярости Фредигунды, этот город хотел получить свой статус обратно, тогда как Фредигунда хотела, чтобы город принадлежал ей. Вскоре ее жизнь превратилась в непрерывную борьбу.
С одной стороны, власти города постоянно пытались поднять восстание против нее, с другой стороны – ей все время приходилось отражать нападение армии Брунгильды.
Так прошло несколько лет, и единственное, что было неизменно за эти годы, – ее ненависть к Брунгильде. Затем в 596 году в возрасте двадцати шести лет умер сын Брунгильды Хильдеберт. Он оставил после себя двух сыновей, которые были теперь на попечении бабушки.
Фредигунда всерьез использовала возможность захватить Париж, и вскоре он был в ее руках. Едва была справлена тризна по сыну, как Брунгильда должна была вывести свои войска на поле битвы против Фредигунды.
Обеим королевам было уже за пятьдесят, но их гордость и ненависть были все еще молоды.
Сторону Брунгильды возглавлял граф Лупус, который сохранил свою любовь к ней, Фредигунда же была одинока в своей злобе и коварстве.
Войска встретились на австразийской границе, у Суасона. Враждующие королевы ехали каждая во главе своего войска. Они были облачены в доспехи, а поседевшие волосы прикрывал шлем. С возрастом черные волосы Брунгильды и огненные косы Фредигунды сделались одинаковы. Фредигунду сопровождал ее сын, а Брунгильду – оба ее внука. То был ужасный день для австразийского войска. Отряды Брунгильды потерпели полное поражение, граф Лупус был убит, и лишь благодаря стремительности коней ей удалось избежать плена. Пока Брунгильда уходила от опасности вместе с двумя внуками, она потеряла шлем и ее длинные волосы развевались по ветру. Фредигунда, которая, стоя на вершине холма, наблюдала за происходящим, узнала ее.
– Поймайте ее, – прорычала она, – поймайте, или я прикажу удавить вас всех! Она нужна мне живой, вы поняли? Живой, а не мертвой!..
Удушливый кашель прервал ее. Она склонилась в седле и с жадностью глотала воздух. По краям губ выступила кровь. Фредигунда была больна, так тяжело больна, что у нее не хватило даже времени вкусить наслаждение от победы. Вскоре после этого она умерла мучительной и медленной смертью. Ее тело было похоронено в старом аббатстве Сан-Винсент в Париже, которое вскоре после этого стало называться Сен-Жермен-де-Пре.
Смерть Фредигунды должна была бы свести на нет ненависть и вражду по отношению к Брунгильде. Но этого не случилось. Ее сын, Хлотар, продолжил борьбу. Он был необузданным, коварным юношей, едва ли менее жестоким, чем его мать. Борьба между ним и Брунгильдой длилась семнадцать лет, до 613 года.
После смерти своей соперницы Брунгильда ощутила утрату уважения и почета к себе со стороны подданных. Дабы сохранить свою власть, она совершала преступление за преступлением. В этом ей помогал некто Протад, который был ее старым фаворитом. Ее непомерное честолюбие заставило стравить внуков друг с другом, и она приказала убить одного, чтобы способствовать успеху другого. Мало того, она повелела казнить обоих детей убитого. Но затем исчез и второй внук, после которого осталось четверо детей.
Слишком много крови уже было пролито в Метце и в поместьях, где любила жить королева. Хлотар вновь взялся за оружие, чтобы уничтожить старую соперницу своей матери. Брунгильда была предана бургундцами, у которых она искала спасения, и подставлена под удар. Когда произошло сражение, отряды бургундцев бросили оружие и обратились в бегство. Теперь путь к вилле д'Орбе, где Брунгильда дожидалась исхода битвы, был открыт для врага. Она была схвачена, несмотря на ее возраст и положение, закована в цепи и отправлена в Ренев-сюр-Винжан, где ее ожидал Хлотар. Там и разыгрался кровавый конец этой истории, который будет ужасать людей еще несколько столетий. Хлотар дал волю своей немыслимой жестокости.
По его приказу шестидесятишестилетняя королева была отдана на растерзание палачам и ее пытали три дня. Это происходило в одном деревенском доме, к которому Хлотар часто приближался, чтобы послушать, как его враг кричит от боли. На четвертый день, когда ее тело превратилось в сплошную рану, ее посадили на верблюда и глумящееся войско осыпало ее всевозможными оскорблениями. Наконец, ее привязали волосами, рукой и ногой к хвосту дикого коня и пустили его вскачь. От той, кто родилась на престоле, была дочерью, сестрой, супругой и матерью королевских особ и кому не было равных по красоте, осталось лишь месиво, которое дикий жеребец продолжал топтать окровавленными копытами. Хлотар не подозревал, что в глазах потомков эта мучительная смерть будет казаться более ужасной, чем большинство злодеяний того времени. Вместе со своей матерью он вошел в историю как олицетворение зла и жестокости.
КРОВАВАЯ КОРОЛЕВА
ВУ ЦО ТЬЕН, ИМПЕРАТРИЦА КИТАЯ
Лязганье ножниц заставило ее вздрогнуть. Длинная черная прядь волос скользнула по плечу и упала на землю… за ней вторая, третья. Когда на голове остались лишь совсем короткие волосы, монахиня отложила ножницы, взяла острое лезвие и начисто выбрила ей голову. Тогда Ву Цо Тьен уже не смогла сдержать слез, они падали на грубое платье из белой шерсти, в которое она была облачена. На голый череп ей набросили покрывало, и тем самым были исполнены все предписания. Как и все остальные жены великого умершего императора Тай Цонга, она была обречена провести остаток своих дней в этом монастыре, изнуряя себя молитвами и постом. Тоскливая жизнь без радости и цвета, без смеха и песен; лишь сердитый звук гонга отмерял ритм существования.
Великий император покоился в своей роскошной гробнице среди каменных правителей и коней из гранита. Таков был справедливый закон природы. Он был стар и правил долго и славно. Смерть соответствовала его возрасту. Но двадцатипятилетняя Ву Цо Тьен была слишком молода для того, чтобы хоронить себя заживо.