Страница 9 из 34
Глава 8
Я глубоко вдохнул и наконец решился:
Её пальцы остановились.Тишина упала в ррсалповторилаон, как гранит.
Она отвернулась вперёд, медленно провела рукой по лицу. Я видел по жесту — она злится. Но сдерживается.
— Я хочу поговорить с ней. — Я смотрел ей прямо в глаза. — Это важно. Она моя мать.
— Хорошо, Марат. Как хочешь.Она включила поворотник.— Езжай к своей матери. Но потом ты едешь со мной. ПОНЯЛ?
Она больше ничего не сказала всю дорогу.Но её руки сжимали руль так, что костяшки побелели.
Я вышел из машины.Дом был всё таким же — серым, уставшим, словно он тоже отсидел со мной эти годы.
Дверь открылась рывком.
Она замерла, увидев меня.Секунда. Две.
— Что ты здесь делаешь?
— УХОДИ.Голос резкий, чужой.
Она ударила ладонью по дверному косяку.
Я застыл.
— Мам… я хочу начать заново…
— Заново?
— Мне просто нужно поговорить…
И закрыла. дверь перед моим лицом.
Позади послышался сигнал.
Она знала.Знала, что так будет.
Сел. Закрыл дверь.
— Ну что, Маратик… осталась только я.
Я молчал всю дорогу.Во мне всё перекручивалось: злость, пустота, боль.Как будто мать выбила из груди то единственное, что ещё держало меня живым.
— Ну… — она растянула слово, — как прошла встреча?
— Никак.
— Могла бы и догадаться, — сказала она, глядя вперёд. — Мать, которая не приезжала в суд, не передавала передачки… Ты думал, она тебя обнимет?
— Заткнись, Рита.
— Хорошо-хорошо, Маратик. Не буду. Но ты должен понять:люди вроде нее не ждут таких, как мы.
— Вовсе не при чём, — она наклонилась ближе, её духи почти резанули нос. — Просто помогаю тебе принять правду. Мне же теперь о тебе заботиться.
— А я и не спрашивала.
Я отдёрнул.
Когда мы подъехали к огромному пятэтажку она на вышла первая, хлопнула дверью и обошла машину.
Я посмотрел на её ладонь, протянутую мне, как будто она вытаскивала меня из какого-то болота.
— Справишься? — она наклонилась ближе, глаза блестели. — Марат, ты даже ночевать сегодня негде.
Я молчал пару секунд.Потом всё же вышел.
Рита закрыла дверь на два замка и повернулась ко мне.
— Не надо.
Я снова оттолкнул её.
Она замерла.А потом… улыбнулась так мягко, что это было страшнее любого крика.
Я кивнул, прошёл по коридору.
— Никуда ты от меня не денешься, Маратик… ни сегодня, ни потом.
— Ну что, — она подняла взгляд, — стало легче?
Она похлопала по дивану рядом.
Я присел — на расстоянии, но она тут же подтянулась ближе.Пальцы коснулись моей руки, медленнее, чем надо.Специально.
Она положила ладонь на мою щёку и подтянула лицо к себе.Её дыхание — тёплое, сладкое — коснулось моих губ.
И я… не отстранился.