Страница 35 из 70
— Рикс пропал, — отрывисто бросил он. — Вместе со всем Корольчатником, кроме кухни. Связь — не знаю, но вифон Пьера работает, только что говорил. С поварёнком, — он поморщился. — Пьер исчез тоже. Занимайтесь. Жду у себя через час.
И отключился. Времени было восемь утра. Два часа разницы с Новой Англией.
Корольчатник стоял в сетке вещания образовательных программ, программ светской жизни, детского и юношеского спорта. Запись с огромного количества камер подавалась на специально отстроенный центр, составляющий предмет особой гордости Президента. Начиналось всё это в автоматическом режиме с 9 утра новоанглийского времени. Так что у Президента и Генерального Штаба до того момента, когда полВселенной прилипнет к экранам и увидит пустой Корольчатник, было часа три.
До этого момента всё должно было закончиться.
Посадка прошла безупречно. «Янги» сели на космодроме как влитые, точно вписавшись в заданные координаты.
— Новая Англия — «Корольчатник»! — гордо сказал Лемм. — С прибытием!
— Рииикки!!! — счастливую рожицу Тонио нужно было видеть. Я передвинула кепон на левый глаз и усмехнулась:
— Ну что — двигаем?
И тут с неба вплотную к «янгам» посыпались челноки.
— Что они творят, Рик? — недоуменно спросил Тонька. — Так нель…
Нда, — подумал Президент. — Вот так просто взяли и лишили Империю кучи наследников во главе с будущим Императором.
И усмехнулся. То, через что ему предстояло пройти, он представлял хорошо. Пропажа наследников огромных состояний, детей наместников и крупнейших политических деятелей — скандал на всю Империю.
Дети начальника Генштаба тоже были Корольчатами. Землю будет рыть…
Поздние дети. У всех — поздние. Да ещё по одному-единственному. Президент прикрыл глаза: хорошо подрубили начавшую наглеть элиту.
…Рикс, старый друг и враг. Возрождать школу без него было некому. Президент потёр лоб.
…Незачем. Пока незачем. Хозяином Корольчатника теперь становился Маляр. Очень обязательный человек был этот племянник Рикса.
Сведения о взрыве неисправного «янга» на Новой Англии, разнёсшем весь космодром, прошли почти незамеченными, затенённые трагедией Корольчатника. Компания-поставщик послала было туда страховых агентов, но Новая Англия объявила карантин в космопорту в связи с повышением радиоактивности после взрыва и отказала в допуске на планету всем, кроме спасателей. Население планеты — а на Новой Англии работало всего несколько сотен человек, — было в считанные часы эвакуировано на Новую Шотландию.
Несколько лет спустя, по распоряжению Президента, «Корольчатник» был выкуплен у вдовы Маляра, погибшего при невыясненных обстоятельствах. Работа школы возобновилась. Директором был назначен Део-старший.
Mar. А может, они передумают?
Я делал то, что ненавидел всей душой с детства — пылесосил ковры. Квадратные километры ковров, бежевых, зелёных, розовато-серых.
Пылесос в моих руках почти бесшумно пожукивал, тихонько дыша отработанным воздухом, легко скользил от одного края зала до другого. Вторая моя лицензия была оформлена на ремонт посудомоечных агрегатов — но эту работу, предоставленную мне службой занятости как эмигранту с Земли, я ненавидел ещё больше. Потому что посудомоечные машины на Ашаре ломались с завидной регулярностью.
Ни одной женщине на Земле никогда бы не пришло в голову мыть в посудомоечной машине местный аналог фена для волос или мужскую бритву со всеми лезвиями. Ашариек же не смущало ничто. Ну да — при таком-то уровне жизни!
Стандарты Ашара — домишко в тридцать-сорок комнат на пару тысяч квадратных метров, да парк, в котором непременно должны быть понатыканы статуи из местного розоватого карракса. И кто только их приучил к такому дерьму, а? Я просто смотреть на эти статуи не мог — то столбы в обвивку друг с другом, то верёвки какие-то. Хорошим тоном было и в доме что-то подобное иметь.
Я зло дёрнул пылесос, объезжая скульптурную композицию из трёх столбов. И замер в недоумении.
Следующая зала была вроде театра, с подиумом. По расписанию уборки зал должен был быть пуст. Но хорошо известный мне по тивор-ным передачам ашариец стоял в центре, и все кресла были заполнены. Лиц сидевших мне видно не было.
Зато кисло-озабоченная физиономия л’Гора явно исключала моё появление на сцене. Я тихонько отключил машинку и сел на пол так, чтобы меня не было видно.
— Правильно я понял вас, господин Выз, что вы предлагаете решение сложнейшего правительственного вопроса (господин л’Гор воздел очи к куполу зала) переложить на женщин? Что-то не понимаю я вас! Нашли, кому доверить проблему, от которой зависит жизнь планеты…
Резкий, немного сварливый голос исходил из глубины кресла справа, голос, который прекрасно знала вся Ашар.
— Мы специально собрались, чтобы послушать ваши предложения, межпартийную встречу устроили, а вы нам всякую чушь излагаете, — едко говорил господин Нов. — Наша партия возьмётся и решит эту проблему сразу и без вопросов!
— Однако, женщин в вашем доме нет, сударь, — с достоинством раздул усы л’Гор. — И не только в доме. Говорят, что в ваших партийных списках не осталось ни одной настоящей женщины.
— Мы что, на политических выборах? — Оль’фич поднялся из кресла. — На следующих выборах — и я это вам говорю в лицо, в лицо говорю — мы одержим сокрушающую победу, потому что женщины поддерживают нашу партию, однозначно, и у нас нет никакой необходимости, чтобы женщина была членом партии. Зачем женщине членство в партии? Она и так знает, за кого голосовать: за нас, все голосуют за нас…
Л’Гор поморщился.
— Я бы хотел продолжить, — недовольно сказал он. — Собственно, мы уже взяли на себя ответственность за запуск программы, которая воссоединит семьи и позволит за двадцать лет восстановить потерянное население. Не думаю, что кому-нибудь удастся избежать этого. Чего хочет женщина — хочет бог, так что, если наша идея сработает…
— Нет, вы мне объясните, — Оль’фич сел на край подиума. — Вы запускаете программу, ни с кем не посоветовавшись… Мы что тут, мальчики все? Зачем нам на нашем уровне эти ваши женщины? Что такое — «никому не избежать»? Зачем они мне в доме?
Тяжелое лицо л’Гора приобрело подобающее выражение.
— Всё согласовано с Президентом, — веско сказал он.
Дальше поднялся крик и шум, но я уже не слушал. Дом был огромный, работы хватало. В конце концов, самое главное я понял. Оставалось наблюдать за развитием событий.
(запись телефонного разговора)
— Ласточка, ты представляешь, мне не продали машину! Мне предложили ту модель, которая у меня уже была сто лет назад.
— Наглость какая! А ты что, слишком много им должна?
— Нет, там другое. Ты можешь поверить, что современное программное обеспечение автомобиля способно работать только с мужскими токами мозга, ты можешь поверить в эту чушь?! Они говорят, что технология развивается таким образом, что иного пути нет. Я чуть не убила этого урода.
— Милочка, не переживай. Купи себе другую модель.
— Ласточка, на всех современных моделях стоит ЭТО. Я либо должна ездить на своём старье, либо — ездить с мужчиной.
— Бедненькая!
(запись телефонного разговора)
— Алё, папа? Ты меня помнишь? (трубка повешена)
(запись телефонного разговора)
— д’Жо, это Лайла. Мне очень нужна твоя помощь (продолжительное молчание в трубке).
— Очень. Я готова вернуться. Навсегда. Я БУДУ… (трубка повешена).
(запись телефонного разговора)
— Ласточка, представляешь…
— Да, солнышко. Они мне ТОЖЕ не смогли продать новый телефон, сказали, что современное программное обеспечение требует ежедневной подзарядки муж-чи-ной. Логическая цепочка нового поколения. Но какой дизайн… А для подключения следующей модели потребуется детский писк. Кошмар. Я на них в суд подам!