Страница 7 из 9
— Никто ничего мне говорил. Я разобралась во всем сама. Чего я не могу понять, так это почему ты до сих пор ей не сказал.
Я стону, запуская руку в волосы.
— Послушай, это не так просто, как ты думаешь.
— Нет, — Сераф хватает меня за рукав и разворачивает, чтобы я посмотрел на нее. — Это точно так же просто. Просто скажи ей.
— Сейчас неподходящее время, понимаешь? У меня сейчас не может быть выводка. Я не могу сблизиться с ней здесь, вот так. Как только я войду с ней в воду, я заявлю на нее права, и она забеременеет, и тогда какого хрена мне делать со своим бизнесом? Ты знаешь, что все по-прежнему делается традиционным способом. От меня по-прежнему ожидают, что я буду присматривать за нашими детьми. Тебе легко. Ты женщина. Ты просто откладываешь выводок и возвращаешься к работе.
Ее взгляд убийственный. Она сердито машет пальцем у меня перед носом, и я хочу взять свои необдуманные слова обратно. Затем начинают течь слезы, и я замираю.
— Может быть и нет.
— А? — я смотрю на свою сестру, в кои-то веки совершенно не понимая, о чем она говорит.
— Возможно, она не забеременеет. Возможно, она никогда не забеременеет. Я, вероятно, не забеременею.
— О, Сераф, — я заключаю ее в объятия, и она рыдает у меня на груди. — Встреча с врачом прошла не так хорошо, как ты надеялась?
— Ммм. Доктор сказал, что вероятность составляет пять процентов, и это немного, не так ли? И это генетическое, Рош. У тебя тоже может быть также. Так что вместо того, чтобы слишком беспокоиться об этом и позволять этому мешать настоящему счастью, почему бы не смотреть на это как на благо? Черт возьми, если ты не хочешь выводок, я сама их выращу!
О, черт. Богиня, я бессердечная задница. Я крепко обнимаю сестру, пока слезы не утихают.
— Мне так жаль, Сераф. Я не знал. Я должен был догадаться.
Она фыркает и отстраняется.
— Теперь мне нужно пойти подправить макияж, — она хлопает меня по груди. — Просто подумай об этом, хорошо? Я даже не очень хорошо ее знаю, но уже вижу, что она тебе подойдет. И никогда не знаешь, что может случится. Но действительно ли твой бизнес важнее?
Я вздыхаю.
— Нет. Полагаю, ты права.
— Конечно, я права. А теперь иди и найди свою пару, пока она от тебя не отказалась.


Гидрошкрука
У меня неприятное чувство в животе, когда я вхожу в беседку и не нахожу никаких следов Шелли. Я опоздал. Я уже все испортил, и она ушла. Боже, я идиот. Не имеет значения, если жизнь станет немного беспорядочной. Важно, чтобы люди, которые тебе дороги, были рядом.
Маленькая ручка тянет меня за рукав, и я смотрю вниз, чтобы увидеть, как моя младшая племянница пытается привлечь мое внимание. Она молча указывает на пляж.
— Она пошла туда?
Косса кивает.
— Спасибо! — быстро наклоняясь, я целую ее в макушку и выбегаю на пляж. Прилив высокий, и пляж представляет собой темную узкую полоску суши. Луна высока и полна. Ночь прекрасна, но меня это не интересует. Мне нужна моя пара. В нетерпении я сбрасываю одежду и вхожу в воду, мгновенно преображаясь. Я издаю протяжный стон, когда соленая вода проникает мне под кожу и мои щупальца расправляются. Затем раздается еще один, более продолжительный стон, когда вкус чистого рая проникает ко мне сквозь песок и богатый домашний аромат моей семьи. Это она. Правильность этого наполняет каждую пору, ускоряет мои движения, заставляет мою кровь быстрее бежать по венам.
На восьми конечностях я двигаюсь быстрее, скользя по песку к крошечному участку морской травы, где за дюной прячется темная фигура, скрытая от беседки.
— Шелли!
Она поднимает голову и ахает, когда замечает меня. Надеюсь, я не совершил ошибки. Я не почувствовал от нее страха при виде моего истинного облика, когда трансформировался ранее, но, возможно, в темноте..
— Рош! — Шелли вскакивает. Делая шаг ко мне, она спотыкается в отступающей волне. Мне даже не нужно думать. Я спешу вперед и заключаю ее в объятия, прижимая к груди и наслаждаясь долгим, глубоким вкусом.
Богиня Луны, я мог бы довольствоваться этим почти вечно. Мог бы утонуть в ее солнечном свете и аромате хрустящих яблок.
Мои щупальца и мой член говорят об обратном. Четыре конечности поддерживают мой вес, в то время как четыре другие обвиваются вокруг Шелли и прижимают ее ко мне, пока мой член набухает и твердеет, прижимаясь к ее животу. Удовольствие пронзает меня, и я вздрагиваю. Возможно, я недооценивал, как долго я смогу вот так себя контролировать.
— Рош, я думала, ты сердишься на меня..
— Ш-ш-ш, — я прикладываю палец к ее губам и задерживаю дыхание от ощущения ее рта на своей плоти. — Я не сержусь. Мне жаль, что ты так подумала. Мне не следовало избегать тебя.
— Но я рассказала твоей сестре! Она узнала, что я всего лишь твоя фальшивая девушка.
— Это не имеет значения. Это больше не фальшивка. По крайней мере, не для меня.
Шелли качает головой. Я совершил ошибку?
— Что ты имеешь в виду?
Я протягиваю щупальце дальше вокруг нее, пока не показывается кончик. Он светится серебристо-белым, как луна в ночном небе.
— Оно сияет, — она смотрит на меня безучастно.
— Кракены светятся, когда находят свою настоящую пару.
Ее глаза расширяются, и она смотрит мне в лицо.
— Ты хочешь сказать, что я..?
Я киваю.
— Будешь, если согласишься принять меня.
— Конечно, я согласна. Я думала, ты меня не хочешь. Зачем такому человеку, как ты, хотеть кого-то вроде меня?
Взяв ее за подбородок, я заглядываю глубоко в ее глаза.
— Шелли. Не говори так. Конечно, я хочу тебя. Помимо судьбы или феромонов, называй это как хочешь, я вижу тебя. Я хочу тебя. Я хочу веселую и дружелюбную женщину, которая сжалилась надо мной и согласилась отправиться в безумное путешествие в последнюю минуту, чтобы помочь мне. Я хочу женщину, которая вылила весь свой бокал мне на колени, потом принесла мне сменную одежду и сказала, что никто не видел моего члена, хотя я определенно поймал твой взгляд.
Она краснеет.
— Э-э, извини за это.
Я ухмыляюсь.
— Не извиняйся. Можешь смотреть на него. Когда захочешь.
Ее взгляд немедленно опускается туда, где соприкасаются наши тела, и я отодвигаюсь назад, чтобы она могла посмотреть. Мой член делает одолжение нам обоим, еще больше набухая под ее пристальным взглядом.
Я стискиваю зубы. Радужная влага уже собралась бисеринками и блестит на кончике.
— Шелли, я..
— Могу я прикоснуться к тебе?
Сладкие океанские приливы, я собираюсь кончить в ее руках просто от ее голодного взгляда.
— Шелли, я не уверен, как долго смогу сдерживаться. Как только образуются брачные узы, для моего вида.. мы.. — я пытаюсь найти способ сказать это деликатно. Все, о чем я могу думать, это о том, как она обхватывает своей маленькой ручкой мой ноющий член, пока я ощущаю ее аромат в своей душе. У нее вкус любви, желания и возбуждения.
— Что? Пожалуйста, скажи мне, что кракены занимаются сексом, как люди, потому что мне бы очень, очень понравилось, если бы это было так.
Мой смех звучит немного дико в моих ушах. Я беру ее руку и провожу ею по своему члену, едва удерживаясь, чтобы не кончить прямо в этот момент.
Вместе мы медленно поглаживаем вниз и вверх, и я наслаждаюсь несколькими мгновениями рая, прежде чем мне снова приходится отстранить ее.
— Мне жаль разочаровывать тебя, Шелли. Кракены занимаются сексом не так, как люди. У нас это получается намного, намного лучше.


Шелли