Страница 28 из 28
— Я вообще сомневаюсь, что Лахджа действительно об этом думала, — добавил Бельзедор. — Уж не такими словами.
— Да ладно, я же не вам в упрек, — ухмыльнулся Янгфанхофен. — Просто к слову пришлось.
Дочитав книжку про викингов, Лахджа стала искать другие. Что угодно, лишь бы на понятном языке. Процесс немного ускорялся благодаря аурометру — этакой лозе-рогульке, которая показывала всякие дополнительные сведения. Наведешь на предмет — и сразу видишь его вес, размер, возраст, место происхождения, материал, наличие магии и владельца, если он есть. Лахджа водила им вдоль книжных полок, глядя на одну строчку — мир происхождения.
— Джаханнам, Эри, Парифат, Вайкунтха, Каабар, Кристальная Тьма… о, Земля!
— Привет, — махнула рукой Сидзука.
— А, это ты, — досадливо произнесла Лахджа. — Человек степной, сто пятьдесят восемь сантиметров, пятьдесят килограммов, двадцать шесть лет, город Токио, принадлежит Хальтрекароку…
— Эй, убери от меня эту штуку, — потребовала Сидзука.
— Смертная, — прочла очередную графу Лахджа. — Хм.
Он перевела аурометр на болтающих в другом конце библиотеки демониц.
— Ага, — задумчиво произнесла она. — Абхилагаша. Гхьетшедарий, сто семьдесят шесть сантиметров, шестьдесят пять килограммов, триста сорок один год, Царство Суккубов, принадлежит Хальтрекароку, на пятьдесят процентов состоит из дерьма и на пятьдесят — из стервозности…
— Там и это показывается⁈ — не поверила Сидзука. — Дай посмотреть!
— Нет, это я выдумала. Но, думаю, ошиблась не сильно. Хм… бессмертная. Сидзука, в чем различие между смертными и бессмертными?
— Лахджа, что за тупой вопрос? Смертные умирают, а бессмертные нет.
— Их в принципе ничем нельзя убить или ты имеешь в виду что-то другое? — въедливо спросила Лахджа.
— М-м… нет. Их просто сложно убить и они не стареют… твари.
— Но ты же теперь тоже не стареешь. Ты мне шесть раз хвасталась.
— Ну да, но это другое. Это просто Хальтрекарок так захотел, потому что он меня любит. Его жены не стареют. Но мы все равно смертные, это просто искусственная ситуация.
— То есть мне теперь всегда будет двадцать семь лет?
— Да, пока не надоешь Хальтрекароку. А там, знаешь… на смерть от старости все равно не рассчитывай.
Лахджа снова задумалась. Посмотрела на Абхилагашу, сама поймала ее безразличный взгляд. Номер один в гареме Хальтрекарока не помнила, кто она такая. Тот мелкий эпизод с розыгрышем давно стерся из ее памяти.
Для Абхилагаши существовала только Абхилагаша.
Конечно, она покорно служила Хальтрекароку, но все равно ухитрялась делать это пассивно-агрессивно. Любые приказы исполняла с такой миной, словно оказывает величайшее одолжение.
А среди товарок по гарему она замечала только других высших демониц. Смертных и низших демонов считала челядью, никчемным сором. Даже Мистрильду, которая номер три в гареме, да еще и волшебница.
Демоницы кучкуются вместе. Высшие с высшими, низшие с низшими. Не в смысле дружат — просто между собой у них есть темы для разговоров, а о чем говорить со смертными? Все равно, что пытаться вести светскую беседу со скотиной в хлеву. Они не выражают своего презрения слишком открыто — не при Хальтрекароке, во всяком случае. Но всегда ясно дают понять, что со смертными у них общих дел нет.
Подойди сейчас Лахджа к той компании — сделают вид, что не видят в упор. Абхилагаша разве что нос наморщит, будто унюхала какую-то гадость. Низшие чуть менее высокомерны, но перед смертными все равно выпендриваются, берут пример с высших.
Абхилагаша что-то сказала своим подпевалам, и те угодливо захихикали. Их было три, постоянно ходящих хвостом за Абхилагашей. Лаиссална, Оошона и Нагалинара, две гхьетшедарии и рогатая гохерримка. Вчетвером они обступили пятую наложницу, синекожую демоницу из низших.
Лахджа навострила уши и незаметно подошла чуть ближе. Абхилагаша что-то говорила синекожей, а та хлопала глазами и глупо улыбалась.
— … Вот так ты собираешься ублажать взгляд нашего господина? — донеслось до Лахджи.
— А что не так? — растерялась низшая демоница.
Лахджа тоже не поняла, в чем дело. Девушка была как раз во вкусе Хальтрекарока — очень красивая и очень фигуристая. Более угловатая и коренастая, чем человек, с синей кожей и небывало широкой шеей… но все равно очень привлекательная, если не быть расистом.
Кажется, этот вид демонов называется «храк». В Паргороне они чуть ли не самые многочисленные и стоят в самом низу иерархии. Занимаются в основном сельским хозяйством, кормят всех остальных.
И одета она была действительно как фермерская дочка. В очень простое, как будто домотканое платье с нелепым огромным бантом на спине.
Видимо, новенькая, недавно в гареме.
— Ты одета, как клуша! — наставительно произнесла Абхилагаша. — Словно несушка с хутора твоего папочки! Либо разденься совсем, либо надень что-нибудь более приличествующее!
Девушка неохотно расстегнула одну из бретелек. Ей явно не хотелось раздеваться перед толпой насмешливо скалящихся баб. Это гхьетшедарии, как Лахджа уже поняла, с рождения нудисты и на подсознательном уровне не терпят одежду. Храки, кажется, в этом отношении более стыдливы.
При этом Абхилагаша вряд ли вообще что-то понимает в моде. Просто решила докопаться. Она любит потешаться над новенькими, сразу указывать им их место.
— Быстрее, — требовала она, глядя на медлящую храчку. — Быстрее! Что ты возишься⁈
А та переволновалась и путалась в пуговицах. Абхилагаша нетерпеливо притопывала ногой, а потом вздохнула и сказала:
— Нет, кажется, ты не хочешь быть хорошей женой нашему господину. Тебе лучше вернуться в свой птичник и нести там яйца.
И она прищелкнула пальцами.
Между ней и храчкой будто сверкнула молния, и синекожая девушка заверещала. Вся натужившись, она присела, издала вопль… и на полу осталось крупное белое яйцо!
Абхилагаша криво усмехнулась, ее подпевалы захохотали. Храчка посмотрела на отложенное яйцо, разрыдалась и убежала из библиотеки.
Лахджа нервно сглотнула и постаралась прикрыться книгой. Не дай бог обратят внимание и захотят продолжить развлечение.
Она уже не раз такое видела. Низшие демоны не так уж сильно отличаются от смертных, но вот высшие… все высшие умеют колдовать. У них у всех есть какие-то мистические способности — они это называют демонической силой.
И Лахджа невольно завидовала. Ей тоже такое хотелось. То есть не издеваться над другими наложницами, конечно, а просто уметь… всякое.
На самом деле жить в мире демонов не так уж и плохо… если ты демон. Лучше всего высший. Смертные ищут твоего расположения, тебе доступна эта самая демоническая сила, ты бессмертна и другие демоны в той или иной мере начинают считаться с тобой. По крайней мере низшие.
На самом деле, очень много плюсов. Лахджа уже неоднократно возвращалась к этим мыслям.
— Сидзука, а вот ты бы хотела стать демоном? — спросила она соседку, вернувшуюся к своему симулятору свиданий.
— Нет, — ответила та, проматывая бесконечный диалог.
— Почему не хочешь?
— Ты ж демоном станешь, — постучала по виску Сидзука. — Твоя душа будет проклята.
— И что это изменит в нашем нынешнем положении?
— Так ты останешься человеком и попадешь после смерти в рай. А демон туда всяко не попадет.
— Сидзука, я очень сомневаюсь, что из преисподней, где мы сейчас ублажаем Хальтрекарока, в принципе можно попасть в рай.
Конец ознакомительного фрагмента.
Полная версия книги есть на сайте ЛитРес.