Не моргай - I

Лена скривилась от последней фразы.

- Да, я КАК БЫ считаюсь очень привлекательной. Вы правда этого не замечаете?

- Это действует на всех мужчин?

Лена снова впала в ступор. Чем больше она узнавала старого охотника, тем больше понимала, насколько мало человечного в нем осталось.

Старый охотник поднялся с дивана и снова подошел к излюбленному месту возле панорамного окна с видом на город.

- Как… - она вдруг выдала с сочувствием, - как вы вообще живете?

- Фильм закончился, - произнес он, - ложись спать.

Ей стало стыдно. Она все еще плохо понимала его, и часть ее корила себя за сказанное. “Завтра все забудется, - добавила она про себя, - тем более для него.” В тот момент она еще не до конца понимала, что оскорбить или обидеть Влада невозможно. Эмоции давно оставили старого охотника, как и понимание слова “обида”.

Всего за несколько часов пребывания здесь она успела превратить фешенебельную квартиру в свой гараж, разбросав свои вещи, упаковки из-под пиццы, пластиковые тарелочки и прочие вещи. Каждый человек превращает свой дом в себе подобное.

В какой-то момент Лена осознала, что совсем не хотела бы увидеть дом, где до их встречи жил Влад. Скорее всего, бОльшим, что она могла бы обнаружить там, были бы пустые стены и отсутствие электричества. Похоже, только охота на чужих пока ещё вызывала в нём хоть какой-то интерес. “Убивая чудовищ, нужно стараться самому не стать чудовищем. А если слишком долго смотреть в бездну, то бездна начинает смотреть в тебя”. Эти слова как нельзя лучше описывали старого охотника, и Лена почувствовала дискомфорт. Единственная разница, что осталась между Владом и чужими, была в том, что он охотился на них, а не на живых людей. Или же это лишь вопрос времени?

- Ну, я тогда здесь лягу, ага? - с неуверенностью в голосе спросила она.

Влад не ответил. Он продолжал смотреть на улицу, давая лунному свету падать на него, вызывая лишь большую тревогу у Лены.

Она не могла представить себе себя, раздевающуюся в этом помещении при живом чужом рядом. Плюнув на удобства, она просто забралась под одеяло, подоткнув подушку под голову, не снимая одежды. “И почему они поселили нас в одной комнате? - все же промелькнуло в ее голове. - А где он будет спать, если здесь только один диван?”

- Знаете, диван разбирается и раздвигается пополам, - она привстала на локте. - Вам ведь нужно где-то спать, да?

Она старалась наполнить свой голос максимальной услужливостью, чтобы скрыть подступающий страх, который усиливался с приближением полуночи.

- Спи, - все так же без эмоций ответил охотник.

Лена со злостью рухнула назад и отвернулась, закрываясь одеялом с головой.

Она не могла уснуть. Бессонница была вечным спутником охотников, но не в ее случае. Лена не могла вспомнить, когда ей было заснуть так сложно, как сегодня. Она никогда не считала себя человеком, которого так легко напугать, но все же она чувствовала холодок страха между лопаток.

<<Елена Волкова>>

Она отчетливо понимала, что видит кошмар. В этом кошмаре она спасалась бегством в бесконечных кишках старых подъездов. Миллионы однотипных дверей, словно щербатые зубы в пасти мертвеца, неработающие лифты, зигзаги грязных лестничных пролетов.

Лена слышала голоса. Голоса принадлежали тем, кто провоцировал ее чужого явить миру свой уродливый оскал. Один из силуэтов принадлежал мальчику старше нее. Ему было девятнадцать, когда он пригласил ее на прогулку на корабле-ресторане по Москва-реке. Она не убила его, лишь обглодала ногу и оставила его в инвалидном кресле. Второй встретил ее на лестничной площадке. Тот самый, ее единственная жертва. Тогда она считала, что влюбилась впервые. Его челюсть была все так же изуродована, и он смотрел на нее с плохо скрываемой ненавистью в глазах.

Она оттолкнула его и бросилась дальше. Старые жертвы, призраки ее вины, смотрели на нее из открытых дверей безлюдных квартир. Один из последних - тот, кого она оставила слепым после его попытки сблизиться с ней на заднем сидении своей машины. Она была не против, но против было то, что жило внутри. В тот день в попытке остановить зло, что жило в ней, она пробежала несколько километров через лес, пытаясь заставить это устать. Оно оставило глазные яблоки парня в кармане ее куртки как трофей и напоминание для своей хозяйки.

Лена устало поднималась по ступенькам, не в силах проснуться, лишь чувство нарастающей тревоги поднималось в груди. Здесь, среди граффити и заблеванных подъездных ступенек, она увидела их дверь. Роскошную дверь их квартиры с номером триста семьдесят восемь. Она толкнула дверь, пытаясь скрыть дрожь в руках.

Среди мрака она увидела бесформенную фигуру, склонившуюся над собственным телом. Без сомнения, абстрактное чудовище принадлежало Владу. Мириады черных щупалец обхватывали ее спящее тело и впивались острыми иглами. Чудовище питалось. Питалось тем, что было внутри нее. Лена громко закричала. Монстр, услышав ее крик, отпустил спящее тело. Законы физики были чужды ему, он бросился к ней, не касаясь пола, словно грозовое облако.

Дверь захлопнулась сама, а Лена проснулась.

Ее грудь тяжело вздымалась, а сердце рвалось наружу. Волосы были мокрыми от пота, и холодные капельки остатками страха сползали по плечам. Она резко перевела взгляд в сторону Влада.

- Кошмары? - спросил он, не поворачиваясь от стекла.

Она с трудом заставила себя дышать тише. Это был просто сон. Лена не имела права показывать свой страх и выставить себя испуганной.

- Ерунда… - попыталась она скрыть дрожь в голосе, - на новом месте всегда так.

Она спустила ноги на пол, почему-то приятное ощущение прикосновения ковра к босым ногам было успокаивающим.

- Сейчас сделаю себе чай, немного в себя приду - и усну, всегда помогает.

Охотница встала и, оставив охотника позади, направилась к кухне, так и не включая свет. Бесконечные баночки с кофе и чаем стояли на виду и почему-то раздражали ее. Тот факт, что здесь было все, почему-то ее злил сейчас. Запах травяного чая не успокаивал, сердце продолжало биться, что-то было не так. Чужой внутри нее рвался наружу в панике, пытаясь ей что-то сказать. Наконец, она не выдержала и резко повернулась.

Предчувствие ее не обмануло. Владислав стоял позади, лишь небольшая стойка кухни разделяла их. Лена отшатнулась назад и уперлась спиной в плиту.

- Что?! - не нашлась она, что еще можно было бы спросить в такой ситуации.

- Ты боишься… - с прежним спокойствием ответил Влад.

- Нет! - она всегда злилась, когда боялась. - Просто вы подкрались тихо, вот и все!

Влад смотрел на нее прямо в глаза, не отводя взгляд.

- Ему страшно, - подытожил он.

- Кому? - сделала она вид, что не понимает.

Влад поднял указательный палец, указав на нее:

- Почему ему страшно? Похоже… что тебе придется объяснить, что с ним. В противном случае… это может испортить нам работу.

- Объяснить что? - она старалась сделать вид, что не понимает о чем. - Почему ему страшно? Я же говорю, ему вовсе не страшно, просто вы так…

- Говори… - заключил Влад, - в чем его страх?

Лена поникла. Она была прижата во всех смыслах. Табуированная тема среди всех охотников не поднимается без веской необходимости. Он был прав. Если ее зверь не способен работать рядом с ним, то Владу стоит об этом знать.

- Я не знаю, почему он боится… Мои страхи в другом, - она сглотнула. - С самого детства я знаю, кто я, понимаете? У меня все было не так, как у других охотников. Я родилась в этом мире сразу. С малых лет меня обучали, как надо делать то и это, куда не ходить, как сражаться, куда бежать, если они рядом. Для меня это всегда было частью моего мира. Вы понимаете, о чем я говорю?