Страница 35 из 101
Феликс остановился, не зная, идти ли дальше или вернуться обратно. Он вдруг почувствовал себя лишним — чужим среди чужих.
— Лишние утилизируйте, — сказала Клавдия, не повышая голоса, но в её интонации не было сомнений, только усталость. — Всё равно никто не пользуется.
Феликс задержал взгляд на списке: среди вычеркнутого — стоматологические зеркала, зажимы, пинцеты. Те самые инструменты, которые он только что вываривал в кипятильнике, вымывал до блеска, надеясь хоть как-то приблизить эту реальность к привычной чистоте. Теперь они станут «лишними» — просто потому что протокол не предусматривает. Потому что проще выбросить, чем объяснять, зачем всё это нужно.
«Утилизируйте, — отстучало у него в голове глухо. — Похоже, здесь утилизация — универсальный метод. Не понравился — вычеркнули. Не вписался — списали».
Игорь догнал его у двери, тяжело дыша, будто весь день не выходил из этого запаха карболки и пыли.
— Ну что, доктор, привыкай, — сказал он тихо, но твёрдо, будто не жаловался, а констатировал. — Здесь не наука, а выживание. У нас всё по протоколу, шаг в сторону — и сразу крайний.
Феликс посмотрел на него долго, почти изучающе, потом перевёл взгляд на мутное окно. За стеклом по полосам таял иней, оставляя прозрачные дорожки — будто сама больница пыталась отплакать что-то, что не случилось, или не могло случиться никогда.
— Протоколы, — выдохнул он. — Да, я понял.
Он медленно вернулся в кабинет, осторожно закрыл за собой дверь. Кипятильник всё ещё шипел на плитке, пар стлался по комнате, цеплялся за потолок, за обои, за трещины в полу, будто сама больница дышала — тяжело, устало, с каждым днём теряя надежду, но всё ещё живя из упрямства, а не из веры.