Заклинатель 1-5

Глава 4

4.

Способность видеть в темноте превращала мрак в серые сумерки, позволяя ориентироваться в подземелье. Однако ночное видение не спасало от других неприятностей. Липкая паутина лезла в глаза, затхлый воздух забивал нос, создавая сухость в горле. Несколько раз не выдержал и громко чихнул, приглушенное эхо прокатилось по коридору, мячиком отскакивая от каменных стен. Вязкая тишина давила на нервы, одновременно успокаивая, что внизу никого нет.

— Сожрала тварь всех, даже крыс, — пробормотал я пнув, подвернувшийся под ноги, непонятно откуда взявшийся обломок ящика. Интересно, а он здесь откуда? Явно не со времен падения форта, с тех прошла не одна сотня лет. Я точно знал это, благодаря отрывкам из памяти тени. В большинстве они носили беспорядочный характер, перемешиваясь с моими воспоминаниями, но кое-что полезное иногда все же проскакивало.

Странно еще, что не сошел с ума от такого необычного состояния. Вторжение чужого разума оставило глубокий след, оказав воздействие на глубинные пласты личности, изменяя характер, словно пластичный материал.

Любопытно, если все-таки удастся вернуться домой, как быстро меня запрут в психушке? С таким пациентом можно диссертации по психиатрии написать. Не говоря уже о самом факте пребывания в чужом мире.

Представив, какая суматоха поднимется вокруг скромной фигуры потерявшегося туриста при возвращении, я хмыкнул. М-да, наверное, точно запрут, если рассказать правду. Лучше помалкивать, если нет желания провести остаток жизни в заведениях психиатрического толка. Или хуже — в секретных правительственных лабораториях.

— Осталась сущая мелочь, найти работающий переход, — по лицу пробежала кривая усмешка.

Память, опыт и знания тени подсказывали, что сделать это будет трудно, практически невозможно. Образование провала в другой слой реальности требует невероятного стечения обстоятельств, направленных на одно — истончить ткани реальности сразу с двух сторон для создания стабильного перехода.

Шанс даже не один к тысяче, а к миллиону. Необходимо чтобы сошлось много разноплановых факторов, но главное — нужна невероятная прорва энергии, скопившейся по обе стороны пробиваемой границы.

Проще говоря, создать туннель, находясь на одной стороне, невозможно, необходимы усилия с противоположного края, иначе ничего не получится. Не знаю, откуда я это знал, но тень была в этом твердо уверена. Путешествия между мирами — явление настолько редкое, что проходило в графе мифов и легенд.

— А значит никакой в ближайшие годы пина-колады, — пробормотал я.

Еще одна странность, при мысли о возвращении домой в душе сохранялось спокойствие. Ни паники, ни страха, лишь твердая уверенность, что от подобных эмоций нет толку. Раньше мог впасть в отчаяние, в первую очередь жалея себя, возможно, даже заплакать, а сейчас отмахнулся, как от бесполезного занятия, мешающего выжить. Такая перестройка сознания даже нравилась. Всегда хотел иметь сильный характер, из тех, что называют стальным.

Между тем главный коридор кончился, влево и вправо вели ответвления, посередине стена с остатками держателей для факелов. Если верить воспоминаниям призрака, следовало идти налево, туда я и повернул. Широкий проход сменился узким, где мог пройти один человек. Изредка попадались пустые комнаты, никаких дверей или перегородок, все давно сгнило, превратилось в труху.

Воздух стал еще более сухой, а тьма вокруг чуть ли не осязаемой, и это несмотря на умение видеть в темноте. Что-то изменилось в окружающем мире, сдвинулось, сделав нижние уровни более мрачными, хотя казалось, это уже невозможно.

— Надеюсь, у сдохшей тени не было приятеля или приятельницы, — я остановился, внутренним чутьем поняв, что дошел до нужного места.

Комнатка, где комендант разместил тайник, не отличалась от прочих. Такое же маленькое тупиковое помещение с одним входом. На полу грязь, по углам паутина, в воздухе пыль. Ничего особенного, точно такие же остались позади, но я точно знал, что золото именно здесь. А точнее, справа, у места, где когда-то находилась дверь, в каменной кладке на высоте полутора метров.

Осталась мелочь — вытащить камень, игравший роль барьера, и завладеть богатством умершего имперского вояки.

Я надавил на нижний правый угол, одновременно потянув на себя верхнюю часть, как было в видении. Серый брусок дрогнул, легко выскальзывая из паза. Подобная легкость сразу вызвала подозрения. Отбросив камень в сторону, я засунул руку в проем, пошарив в углублении.

Проклятье! Так и знал, кто-то уже здесь побывал и забрал золото. Чертова коменданта обокрали, и не удивлюсь, если при жизни, когда в форте началась заварушка. А тень об этом не знала. Тогда его звали Га-Хор Куэль Ас-Аджар, и он был занят более важными делами, чем проверка сохранности наворованного добра жадного вояки.

— Вот и верь после этого призракам, — проворчал я, но вместо того, чтобы уйти, вновь засунул руку в нишу и принялся тщательно шарить. Может, когда воры тащили спрятанное золото, торопясь, что-нибудь выронили, наверняка в тайник коменданта залезли подчиненного из солдат, больше некому. И наверняка спешили, а раз так, то вполне могли обронить пару монет.

Предположение оказалось верным, спустя несколько секунд упорных поисков пальцы наткнулись на металлические кружки, закатившиеся в дальний угол.

Есть! Сколько их там? Раз, два, три… что-то мало, может, еще есть? Однако дальнейшие поиски ни к чему не привели. Тайник был пуст. Только три небольших монетки, размером со среднюю пуговицу.

Вытащив добычу, я внимательно ее осмотрел. Тяжелые. И, судя по всему, действительно золотые. Грязные, в пыли, но угадывался мужской профиль на одной стороне и знак качества имперской чеканки на другой.

Хмм… «знак качества имперской чеканки». Еще один элемент из воспоминаний тени.

Нельзя сказать, что отсутствие основного золота вызвало разочарование. Поселившаяся внутри холодная собранность не позволила разгуляться эмоциям. Но легкая досада все же присутствовала. Она и заставила задуматься, что делать дальше.

Разум заработал быстро и четко, анализируя ситуацию.

Способность видеть в темноте в любой момент могла исчезнуть так же неожиданно, как появилась. Следовательно, далеко уходить опасно. С другой стороны, стало ясно, что понятие полезности и бесполезности у нас с тенью разные, и она вполне могла не посчитать важным то, что могло пригодиться мне. К тому же, и это главное — простота пройденного пути позволяла вернуться обратно даже в абсолютной тьме, главное не потерять ориентир в виде стены, и останется сущая мелочь — добраться до главного коридора, где на другом конце хорошо виден свет, льющийся из дверного проема.

Решено, пройдем еще чуть дальше, без фанатизма, только чтобы оглядеться получше.

Засунув монетки в карман шорт, я двинулся вперед, заглядывая в каждое встречающее на пути помещение. Когда-то в них располагались казармы для части гарнизона, размещенного внизу, но теперь здесь даже не осталось топчанов, на которых спали солдаты. За прошедшие века сгнило все, превратилось в пыль и труху.

В черно-белом зрении заброшенное каменное подземелье выглядело сюрреалистично, вызывая ассоциации с компьютерной игрой. Казалось, сижу дома перед монитором, но стоило вдохнуть затхлый воздух, как наваждение спадало, возвращая к суровой реальности, где тени обладали собственным разумом, умели проникать в тела, завладевая сознанием, и где можно умереть от заражения крови, напоровшись на ржавый гвоздь.

Представив, как буду умирать в катакомбах, я передернул плечами. Жуткая перспектива сдохнуть в подобно рода местах. Как бы потом тоже не превратиться в призрака.