Заклинатель 1-5

Внутри и правда потряхивало. Только оказавшись на вершине скалы и проникнув колдовским взором внутрь лежащего внизу подземелья, я смог по достоинству оценить громадные потоки энергии, в данный момент похожие на ленивое колыхание волн гигантского магического источника. Чертовы камни были пропитаны древней магией по самую макушку. Подземные коридоры помнили времена, когда по земле ходили Изначальные, первыми пришедшими в этот мир и построившие свою цивилизацию, когда людей еще даже в проекте не было.

Ощущение причастности к чему-то подобному внушало трепет, одновременно заставляя держаться насторожено. Сейчас не стоит изображать из себя самоуверенного героя, думающего, что справится с любой трудностью. Если все пойдет не по плану, я даже не успею ничего понять, как превращусь в горстку пепла.

— Не самая веселая перспектива, — я тихо пробормотал и в очередной раз бросил взгляд вниз.

Линии пентаграммы абсолютно прямые, проведенные словно по линейке (помогло руководство сверху, откуда прекрасно видно, когда трое воинов старательно вытаптывали в снегу необходимые полосы), на конце каждого луча пьедесталы, сложенные из обломков красных и черных кристаллов, взятые из зала с пленниками.

Лунный песок, Камень Огня и другие ингредиенты расположены в разных частях, формируя внутренний круг. Внешнее кольцо замыкала область энергии, расположенной под землей и сейчас видной только магическим взором.

Солнце зажгло край горизонта, опускаясь и принося с собой холод. Багровая полоса разгоралась все ярче, одновременно вокруг становилось темней. В свои права вступали сумерки, вскоре в небе зажгутся первый звезды и наступит ночь.

Пора.

Губи неслышно уронили слова активации собранной силы. В ту же секунду по начертанным линиям гигантской пентаграммы словно пробежал ветерок. Миг — и энергия проявилась в видимом спектре в форме призрачного огня фиолетового оттенка.

Откликаясь на магию, перед глазами вспыхнул Сумеречный Круг, соединяя незримыми нитями внутренний магический дар и внешний контур. На долю мгновения я ощутил себя частью пентаграммы, дыша с ней в унисон под неслышный для обычного человеческого уха рокот медленно высвобождаемой из подземелья энергии.

— Севе-ерра-аал! — едва слышно обронил я последние аккорды древней словесной формулы, позволяющей соединить внешнее и внутреннее в единое целое.

Перед глазами вспыхнуло миниатюрное солнце фиолетового цвета. Не сразу пришло понимание, что это зажегся во всю мощь Сумеречный Круг. Он пылал подобно рукотворному магическому светилу, выжигая сам себя и одновременно перестраивая по изменившимся лекалам.

Это было неимоверно трудно, удерживать контроль, одновременно словно лепя из отдельных частей Круга необходимое.

Море энергии взволновалось. К этому моменту пентаграмма уже пылала лиловой энергией, видной в сумерках издалека, как светящийся гигантский рисунок. Понятия не имею, о чем в этот момент подумали Берг, Дитрих и Сорен, но первые два наверняка порадовались, что успели удрать от пропитанного древней магией проклятого подземелья.

Я стоял на вершине скалы раскинув руки, капюшон давно улетел назад, восходящие потоки энергии пронзали тело насквозь. В какой-то момент стало больно, но вскоре боль стала сладостной, принося с собой наслаждения. Я не выдержал и закричал.

В сгущающихся сумерках из глазниц и рта вырвалось ярко фиолетовое свечение. Ветер бушующей магии рвал плащ, окутывая вершину скалы. Меня захлестывал восторг, потоки энергии проходили насквозь и уходили выше.

В темное небо ударил пылающий столб фиолетового огня.

Мышцы скрутило судорогой, в голове на миг помутилось, внутри возникло ощущение беспорядочного падения, резко сменившееся стремительным вознесением вверх.

Сумеречный Круг плавился. Символы заклинаний претерпевали очередные изменения. Трансформация походила на непрерывно сменяющий друг друга цикл смены привычных знаков, каждый раз превращающихся во что-то новое.

Я умирал и возрождался множество раз, а энергия все шла и шла, опустошая подземелье. Разумеется, такое огромное количество невозможно было поглотить одним Сумеречным Кругом, и поэтому часть уходила ввысь, рассеиваясь в загоревшихся фиолетовым облаках.

Иллюминация стояла дикая, еще более дикой стал назревающий откат. Я чувствовал, как структура пентаграммы начинает терять целостность, как все большее количество силы уходит в сторону, избежав контроля со моей стороны.

Понадобились неимоверные усилия, чтобы вернуть разуму сосредоточенность и сконцентрироваться на подвергнутых изменению заклятьях. Основной этап завершился, внеся с собой необходимые коррективы, теперь предстояло плавно свернуть процесс, закончив ритуал без срывов.

Устроенное светопреставление наверняка видно издалека, но это ерунда по сравнению с тем, что случится, если выпустить собранную энергию на свободу разорвав внешний контур.

К счастью, я заранее продумал этот момент и начал проводить необходимые манипуляции, используя пентаграмму, как отражающий щит, возвращая высвобожденную силу обратно, но не просто так, а дробя на отдельные ручейки, текущие в обратном направлении под землю.

Естественным проводником послужила скала, и это не могло не повлиять на ее целостность. Земля под ногами дрогнула. В ответ по моему лицу скользнула гримаса раздражения. Черт, слишком рано. Или все-таки нет?

К этому моменту столб фиолетового света померк, сиреневым светилась только нарисованная на земле пентаграмма, но находящаяся в ее центре скала только сейчас начала играть свою главную роль.

Камень крошился, вздрагивал и оседал. Разум казалось лопнет от напряжения, настолько тяжело оказалось удержать бушующую энергию в узде.

Медленно и неохотно скала погружалась в землю, становясь с каждым разом все меньше. Сумерки поблекли, уступив место ночи, облака ушли, вместо них по небу сыпанули яркие звезды. Стало темно и лишь начертанные линии колдовского рисунка горели багрово-лиловым огнем.

Метр за метром скала оседала вниз, я продолжал стоять на вершине, контролируя процесс, следя, чтобы буйство энергии не пошло вразнос. Тело ломило от напряжения, мышцы ныли, в горле поселилась сухость. Сумеречный Круг окончательно поблек, став тенью себя прежнего, следом потускнели символы заклинаний, показывая предельную степень истощения. Но главное произошло — знаки «Тумана» и «Файерболла» изменились, лишь отдаленно напоминая себя прежних. Значит ритуал прошел хорошо и основной цели удалось достичь, не нарушив общую структуру магического облика.

С глухим грохотом скала проделала последние метры опустившись на уровень земли. Теперь о подземелье Ушедших можно забыть, вход замурован намертво.

Несколько долгих секунд я стоял на месте, подставив лицо под холод зимней ночи и лишь после этого открыл глаза и огляделся.

Пентаграмма догорала, расставленные на лучах пьедесталы из обломков кристаллов сплавились в стекловидную массу, ингредиенты испарились, отдав силу бушующей магической силе. Фиолетовое свечение медленно истончалось. В местах, где проходили линии, снег растаял, обнажив каменистую почву. Еще долго этот рисунок будет виден с большой высоты. Но пройдут снегопады, дожди, затем придет весна и рано или поздно непогода скроет следы проведенного ритуала.

Я помедлил, прислушиваясь к себе, ощущая себя по-новому, по лицу скользнула удовлетворенная улыбка, и упругим шагом направился в сторону, где должны были разбить лагерь наемники с Сореном.