Страница 261 из 400
— Я пыталась прочитать, что там написано, но ничего не поняла, — призналась она.
Голос прозвучал нейтрально, словно хозяйку не интересовала тайны черной тетради. Что явно не так, притворяться воительница не умела.
— Угу-м, — промычал неопределенно я, желая вернуться к чтению. Но рыжая валькирия оказалась настойчивой.
— На каком языке это написано? — поинтересовалась она.
Мы ехали стремя в стремя, лошади шли неспешно, экономя силы. Слева начал подниматься пологий склон, плавно уходя на вершину холма, справа простиралась равнина с поблекшей травой после осенних заморозок.
— Это не язык в полном понимании этого слова, — сухо ответил я, показывая, что не хочу разговаривать и вообще, не нужно отвлекать пустой болтовней. Но похоже воительница вознамерилась получить ответ на свой вопрос, даже если для этого придется до последнего доставать мага.
— Не язык? Какой-то особый вид тайной письменности? — спросила Тара.
Из моей груди вырвался незаметный вздох. Некоторые женщины бывают невероятно упрямы, давая в этом фору многим мужчинам. Чего ей уперлось обязательно это узнать?
— Такой способ писать использовали раньше в Коллегии, — пояснил я, в тайне надеясь, что упрямая баба отстанет. Но не тут-то было.
— Старой Империи? — быстро утончила Охотница. Имея в виду, что нынешняя Коллегия лишь жалкая тень настоящей.
— Да, Коллегия имперских магов, — терпеливо подтвердил я и повернул голову, наполовину скрытую капюшоном в сторону рыжей в доспехах — мол это все, теперь отвалишь, дашь спокойно почитать?
Но нет, у нее еще имелись вопросы.
— И что там написано? О чем с таким увлечением ты читаешь уже несколько часов? — спросила рыжая.
На секунду возникло искушение воскликнуть что-то вроде: «да, твою мать, женщина, сражайся мечом, пускай стрелы, метай во врагов топорик, словом займись своими привычными делами, но не лезь в сферы, которые тебя не касаются».
Но сдержанность адепта мар-шааг подавила порыв.
— Ничего особенного, в большинстве заметки на полях. Это не похоже на дневник с описанием жизни общины уродцев, если ты об этом. В основном изложение магических практик, приведших к созданию проклятья чащи, — я ответил размеренным тоном, демонстрируя знаменитую выдержку последователей древнего искусства пути духа.
— То есть, там про магию? — рыжая не успокаивалась.
Она и правда начала раздражать. Зачем лезет, если понимает, что не сможет этим воспользоваться? И только через секунду до меня дошло.
— Боишься, что использую знания во вред? — по моим губам скользнула насмешливая улыбка. Учитывая наброшенный на голову капюшон, скрывающий верхнюю часть лица, выглядело немного зловеще. Тара нахмурилась.
— А ты хочешь? — вопросом на вопрос ответила она.
Я открыто хмыкнул.
— Тут скорее вопрос не в желании, а в возможности. Чтобы сотворить нечто подобное, как в Урочище, понадобится очень много времени. Возможно века. Так что нет. я не собираюсь тратить годы на это, — вполне искренне ответил я.
Она помолчала, создалось впечатление, что это конец, и можно вернуться к записям в черной тетради, но валькирия опять разрушила молчание:
— Так значит это правда? Колдун жил в чаще много веков? — последовал пронзительный взгляд в мою сторону: — Со времен падения Старой Империи?
Скрытая подоплека вопроса легко угадывалась. Мол, если он из той полузабытой эпохи, то значит и ты тоже как-то с ним связан, ведь он тебя узнал. Она отлично умела улавливать подобные нюансы, связывая между собой. Остальные наемники уже позабыли, что мертвый маг узнал меня, назвав мятежником, им хватило найденного добра, а что там, как и с чем связано их больше не волновало.
Но рыжая воительница дело иное, похоже она вознамерилась докопаться до истины. Это было опасно, потому что откровенничать я не собирался. Надо бы ее осадить, но сделать это мягко, не провоцируя конфликт.
— Слышала такую пословицу: во многих знаниях многие печали? — спросил я.
Надо отдать ей должное, она сразу уловила подтекст.
— Хочешь сказать, это не мое собачье дело? — рыжая поджала губы.
Я неопределенно пожал плечами, твердо решив, больше ничего говорить на эту тему. В конце концов мы почти случайные спутники, сегодня вместе, завтра разбежимся в разные стороны. Незачем знать друг о друге сверх необходимого.
— Если помнишь, я с уважением отнеся к тому, что ты не захотела говорить о причинах вашей спешки к побережью, — напомнил я и мягко посоветовал: — Оставь тайны мертвых магов другим магам. Так будет правильно.
Тара ничего не ответила, сжала губы в тонкую линию и ударила пятками коня. Тот прибавил ходу, рысью обгоняя неспешно двигающуюся колону всадников. Глен бросил на меня злой взгляд и умчался вслед за предводительницей.
Какие обидчивые.
Я вернулся к чтению, неспешно покачиваясь в седле. Но продолжить изучение записей хозяина Мертвого Урочища не получилось. Как и предсказывали, разыгралась непогода, пошел снег. Сначала в виде пушистых крупных хлопьев, вызывающих воспоминание о рождестве, затем в форме снегопада. Пока наконец не началась настоящая метель. Видимость резко снизилась, остались видны лишь едущие впереди силуэты наемников, справа и слева все затянула белесая хмарь.
Тетрадь пришлось убирать за пазуху, натягивать поглубже капюшон и кутаться в плащ, спасаясь от колючего злого ветра и бьющего в лицо снега.
Вскоре снег повалил гуще, облепляя белым покровом лошадей и людей. Всадники пригнулись, понукая коней идти дальше. Медленно, но упрямо, отряд продвигался в полутьме разыгравшейся метели. Еще через какое-то время принесли весть вернувшиеся разведчики, нашлось убежище, где можно переждать снегопад, грозивший перерасти в настоящий буран.
Пещера на склоне одного из холмов оказалась достаточно вместительна, чтобы внутри легко расположились не только два десятка не самых маленьких мужиков, но даже хватило место лошадям. А главное внутри было сухо, и ветер не доставал.
Опытные наемники прихватили из жилья каннибалов вязанки с дровами, и через несколько минут у входа полыхал вполне приличный костер. Сизый дым уходил наружу, разгоняя по пещере тепло.
Тара держалась на расстоянии, командовала бойцами, распределяя дежурство, назначая кашеваров и часовых. Из мешков с припасами появились продукты и два вместительных котла, в которых предстояло приготовить горячий ужин. Благо, что недостатка воды теперь нет, можно использовать растопленный снег, получится хорошая наваристая похлебка.
Я не участвовала в общей суете, нашел место посуше, расположился, подложив вместо спинки свой мешок с едой и вещами, перед этим расседлав смирную крестьянскую лошадку, показавшую неплохую выносливость даже на фоне привыкших к длительным переходам коням наемников.
На меня косились, но с разговорами не лезли. Я вновь получил возможность погрузиться в увлекательное чтения описания магических схем и расчетов, применяемых погибшим колдуном для создания своего колоссального творения. Его принципы взаимодействия с тонким миром поражали изяществом исполнения и одновременно эффективностью в использовании доступной энергии. Но самое удивительное, он сделал все это в одиночку, это выдавало неординарный ум. Пусть и не скованный моральными условностями в части других сторон жизни.
Снаружи продолжала буйствовать буря, снегопад совсем разошелся. Внутри словно в противовес было тепло и сухо. Отряд расслабился, вскоре по пещере поплыли аппетитны запахи булькающего в котелках варева.