Страница 211 из 691
«Ты не понял, — Диля забежала вперёд и уселась на дороге, так что мне пришлось даже остановиться. — Тебе, хозяин, они не страшны. Но вот они раз обломают об тебя зубы, второй раз обломают, а что потом? Начнут действовать через твоих близких!»
Да, действительно. Что-то как-то сразу не подумал. Не проснулся ещё толком потому что! Утро хрен знает как началось. То голосисый набег Наги, то дистанционное спасение ацтечки…
Короче.
Раз уж мы уже собрались делать защитный артефакт, то почему бы не сделать сразу несколько? Светику вручу, матери и бабе Шуре. Да, Патриарх наверняка и без меня позаботился о безопасности родных, — особенно после всех тех покушений, — но мер предосторожности мало не бывает. Мало ли что.
И вообще про запас надо сделать несколько. Мало ли!
Родовые мастерские были похожи на промзону здорового человека.
Высокий, аккуратный забор из окрашенного в бордовый профнастила, КПП с трезвым охранником. А на территории — четыре одинаковых чистеньких здания и целый посёлок из домиков для рабочих.
Всё-таки артефакторами не становятся, а рождаются, причём зачастую не в знатных богатых родах и вдалеке от больших городов. Так что таких ребят надо умаслить, чтобы они выбрали тебя в качестве работодателя — предоставить жилье и все условия, как минимум.
И в этом Черновым равных нет.
Потому как в одном из корпусов, — я это с детства знаю точно! — спортзал, бассейн, медпункт, столовая, небольшой кинотеатр и зона отдыха. С баром. Да, в этом баре не наливают в течение рабочего дня, но всё равно… на минуточку! Бар!
Так…
Во втором корпусе, стало быть, склад готовой продукции. А между первым и вторым как раз мой дирижабль притулился. Тоже скучает без дела. Ничего, найду и ему занятие.
И, наконец, третий и четвёртый корпуса — производственные. Туда-то мне и надо. В четвёртый корпус, в спецмастерскую.
Выходной был не только у Патриарха, но у всей Империи, и если в спецмастерскую меня без проблем пустили, то кладовщика пришлось ещё поискать. А потом подождать.
— Простите, Владимир Сидорович, что беспокою в субботу, — сразу извинился я. — Но дело очень срочное!
— Никак Артём Кириллович? — присмотрелся ко мне седой дядька с залысиной на всю голову, который работал кладовщиком, сколько я помню.
И меня он запомнил, наверное, ещё совсем мелким.
— Он самый, — улыбнулся я. — Мне заготовки под браслеты нужны. Найдутся?
— А браслеты какие? — уточнил Сидорович. — Чтобы на броню или для красоты?
— Для красоты, чтобы можно было и Светику подарить, и маме, и бабе Шуре, — обрисовал я задачу.
— Хм! А вот знаешь, есть! Лежат уже не первый год, остаток с какого-то заказа, лишние оказались, значит, — он огладил лысину. — Вспомнить бы только, где…
И через пять минут шабарканья по складу вытащил-таки семь штук одинаковых изящных серебристых браслетиков.
— Белое золото, — прокомментировал находку Сидорович, — специальный сплав с добавлением разломной руды, очень восприимчив для любых манипуляций, можно печати наносить, например.
— А под что их должны были использовать? — полюбопытствовал я.
— А хрен его знает! — ответил старик. — Мне ж разве кто скажет. Так… Вот бланк, что вы, Артём Кириллович, на собственные нужды взяли. А не то с меня при ревизии спросят.
К счастью, договориться с ёжиками оказалось очень легко и просто. Разума в них было не больше, чем в обычном ёжике, и по сути, интересовало их одно — еда. Мороженое с горячим какао я им пообещать не мог, а вот халявную энергию — запросто. Ведь что надо теневой сущности в нашем мире? Они сюда с глубины, как рыбы за кислородом, за энергией всплывают. И там, в разломе, ёжикам было тепло и хорошо. Потом, правда, на приключения потянуло, и закончились эти приключения в Океане душ. А место это не самое приятное. Оно энергией не кормит, оно её наоборот, из душ тянет понемногу. Ну или помногу, вплоть до развоплощения, если мне очень надо. Тюрьма это, короче говоря. Тюрьма и чистилище.
И тут я ёжикам предлагаю сменить тюрьму на курорт. С некоторыми ограничениям в виде пребывания в предмете, но всё же. И всё, что от них требуется в обмен на еду — охранять того, кто их будет кормить.
В общем, мне нужны были семь добровольцев, и ёжики устроили драку, выясняя, кому достанутся счастливые билетики.
Вселение, благодаря магии тьмы, прошло легко и просто. Даже штатно. В отличие от мифрила, этот сплав для проведения магических манипуляций подогревать не надо было.
— Первый пошёл! — скомандовал я, и первый ёжик уютно свернулся в шипастый комочек, закрепляясь в браслете.
После чего нырнул в привычную ему тень. Неглубоко, но большинство одарённых, и даже артефакторов, не заметит. Надо самому быть теневиком, уметь смотреть астральным зрением и уметь заглядывать в суть вещей — тогда истина и откроется. Ну или попытаться напасть на владельца браслета.
Диля, шастая по мастерской, пищала от восторга и просила разрешения бывать здесь почаще. Ариэль сюда сводить, что ли?
По дороге домой я задумался, как мне доставить парочку браслетов — для Габи и её непутёвой подруги.
Так-то ничего сложного. Сложно сделать это быстро. Пока почтовая посылка дойдёт из Коломны в Арапахо, — даже экспресс-посылка, — мою юристку убьют как минимум уже трижды. Так что не вариант.
Сам не полечу. Но! Могу нанять людей и отправить их на дирижабле. Как показала практика, это займёт неделю. Уже лучше, но всё равно медленно.
Следующий вариант — выжать на максимум из дара душелова. Призвать птеродактиля или кого помельче, дать в клюв браслеты и отправить в путь без сна и дозаправки. Вот только очень сомнительно, что у меня получилось бы удерживать связь за тысячи километров. С Дилей вон она теряется на расстоянии всего двух-трёх километров. А значит, птеродактиль тоже не вариант. Только если лететь туда самому на той же Лаве, и потом возвращаться обратно.
«Мне не долететь, — честно призналась Лава, когда я ей обрисовал задачу. — Когда ты меня призываешь, я чувствую себя обычной, живой. Могу попробовать, но если что — я не виновата!»
И тут облом…
Внезапно, когда за поворотом уже замаячила усадьба, я почувствовал нечто необычное. Дрожь, но не физическую. Вибрации шли из глубин Океана. Оттуда, где хранилась частичка Кодекса, его суть. «Я принимаю Кодекс в своё сердце и в свою душу!» — не просто ритуальная фраза. Вступая в Орден ты не только становишься частью Кодекса, но и Кодекс становится частью тебя.
Кодекс хочет дать мне подсказку! — обрадовался я.
Но потом до меня дошло, что дело совсем в другом. То есть, дело вообще не во мне. Кто-то из братьев взывает к Кодексу, и взывает не просто так. Ему нужна помощь, и то, что я чувствую — это как сигнал «всем, кто меня слышит!»
Интересно… Кто-то из Великих Охотников, — а иные вот так к Кодексу воззвать не могут, — обратился за помощью, но у него самого всё в порядке. Не он попал в беду… так… послание содержит образ… Кошка? Кошка???
На миг я даже потерял концентрацию. Кто станет беспокоить Орден из-за кошки? Но потом я разобрал в мешанине образов, что это не просто кошка, это разумная пантера, представитель высшей разумной расы, и помощь нужна целому народу. И некий Сандр просит не за себя, а за целый народ. Просит Орден, потому что сам не может… далеко…
Но далеко откуда? От Ордена? От того мира, где гибнут пантеры? Да, наверное. А вот от меня он, похоже, близко. И если Великий Сандр оказался далеко от миров Кодекса и близко ко мне… и сам помочь не может… Что это означает?