Ярость инопланетного дикаря

Пахнет фруктовым соком, и я не удивлюсь, если в нем окажется немного алкоголя. Это как раз то, что нужно.

Я проглатываю его и наливаю себе еще, пока Даракс возится со своими сумками. Одна из них особенно интригует меня. Она больше и круглее, и в ней, кажется, что-то крупное и тяжелое. Он обращается с ней очень осторожно и аккуратно заглядывает внутрь, прежде чем повесить сумку обратно на ветку.

Даракс двигается быстрыми, отработанными движениями, и за десять минут сооружает большую палатку и разводит костер. На этот раз он зажигает его сам, что к лучшему. Солнце садится, и не думаю, что мои очки способны сейчас развести огонь.

Пока пещерный человек работает, я смотрю на него и не могу не восхититься его движениями и очевидной силой. Здесь он в своей стихии, уверенный и быстрый. Я замечаю, что он делает то же самое, что делали Джекзен и Арокс: оглядывается через короткие промежутки времени, просто чтобы проверить, нет ли опасности в этих смертельно опасных джунглях. Это как-то успокаивает меня. Дараксу не нужен динозавр, чтобы чувствовать себя уверенно, как слабому парню, который крут только за рулем своего внедорожника. Нет, этот парень готов к любой опасности в этих джунглях.

Но он очень серьезен. Два других пещерных человека, которых я встречала, вели себя как земляне и делали обычные вещи — болтали, шутили и даже напевали беззвучно. Но Даракс не делает ничего из этого.

Я делаю глубокий вдох и расслабляюсь, зная, что в безопасности. Наблюдение за пещерным человеком отвлекает меня от грустных мыслей, которые недавно расстроили меня, и я задаюсь вопросом, не было ли это с самого начала замыслом Даракса.

Я делаю еще глоток и вытираю рот тыльной стороной ладони. Нет, он не может знать, о чем я думала. У Даракса никогда не было семьи. На этой планете только мужчины, а дети появляются от странных растений, называемых Дарующими жизнь, и у них нет братьев, сестер или матерей. Только биологический отец, который обычно не имеет прочных отношений с мальчиком, в значительной степени являющимся его клоном.

Разбив лагерь, Даракс наконец садится, ныряет в сумку и протягивает мне листок с различной едой.

На этот раз я слегка улыбаюсь ему, когда беру еду.

— Спасибо тебе.

Его желтые глаза вспыхивают, но серьезное выражение лица не меняется. Почему-то это меня успокаивает. Этот парень сам по себе, замкнутый и сдержанный. Он не будет распевать песни и танцевать только потому, что ему улыбается цыпочка. Но все же я хотела бы пробить эту скорлупу.

Мы жуем, и теперь я чувствую, как по телу распространяется знакомый гул. Да, его фруктовый сок определенно содержит алкоголь. Я знаю несколько девушек на Буне, которые хотели бы попробовать этот напиток.

Как обычно, алкоголь заставляет меня болтать.

— Откуда Даракс?

Он поднимает руку и показывает через реку.

— Четыре дня в том направлении.

— Это далеко. Племя есть?

Он отворачивается.

— Дех.

Ах. В этом «нет» было что-то болезненное. Возможно..

— Даракс — изгой?

В конце концов, и Джекзен, и Арокс были изгнаны из своих племен, когда выбрали себе пару, а не племя.

— Дэх!

Его глаза вспыхивают гневом, и я рефлекторно подтягиваю ноги ближе к себе. Видимо, предположение, что кто-то является изгоем, может рассматриваться как оскорбление. В конце концов, пещерные люди считают это одной из худших вещей, которые могут с ними случиться, и это, вероятно, является серьезным позором. Черт бы побрал эту выпивку!

— Хорошо, хорошо. Я поняла. Извини.

Даракс не поймет слов, но мой извиняющийся тон не нуждается в переводе.

Он откусывает еще кусочек хлебной лепешки и снова отворачивается.

— Нет никакого племени.

Ах. Ну, думаю, не стоит продолжать этот допрос прямо сейчас. Для него это очень щекотливая тема, а я должна злиться, что он меня похитил. Я пока не хочу переходить на личности.

И все же я хочу узнать о нем побольше. Должно же быть что-то за этим каменным лицом.

Никакого племени.

— Куда ты ведешь Хайди?

Он смотрит в огонь и не отвечает.

Разве у него нет плана? Или он думает, что может вечно скитаться по этой планете на своем динозавре со мной в роли его наивной поклонницы? Конечно, он имеет некоторую привлекательность, как бессменный Ирвинг (прим. Кайри Эндрю Ирвинг — австралийский и американский профессиональный баскетболист, выступающий за команду НБА «Бруклин Нетс») Но, похоже, это будет довольно трудная жизнь, несмотря на классную езду.

Я решаю зайти с другой стороны.

— Даракс отведет Хайди к Буне и ее друзьям. Так же Даракс может стать частью племени. Очень хорошее племя, есть женщины и еда. Можешь делать мечи.

Я понятия не имею, как будет «кузница» на пещерном языке, но Арокс и Джекзен любят делать железное оружие и инструменты, поэтому могу предположить, что это привлекательно для любого пещерного человека.

Но, видимо, не для Даракса.

— У Даракса нет племени.

— Хайди думает, что Даракс не хочет племя.

Он только пожимает плечами. Но я еще не закончила.

— У Даракса нет племени. Куда Даракс заберет Хайди?

Глава 9

Даракс

Хайди смотрит на меня своими темными глазами, которые кажутся таинственными за сверкающими камнями, и выглядит такой женственной и потрясающей.. Это меня ошеломляет. Она убирает прядь шелковистых волос за ухо движением, которое кажется мне душераздирающе женственным и очаровательным.

И я не знаю, что ответить на её очевидный и невинный вопрос.

Я не знаю, куда везу ее. Полагаю, я доставлю её в то место, куда приведет меня моя миссия. Но я точно знаю две вещи: я должен выполнить свою миссию и мне невыносима мысль о разлуке с Хайди.

Мне трудно примирить эти две мысли. Миссия — моя единственная цель. Но чем больше времени я провожу с этим чудесным существом, тем больнее мне представить свою разлуку с ней. Хайди меняет мой мир, просто находясь рядом со мной. Солнце кажется теплее, цвета ярче, ночной воздух более ароматным, а запах джунглей более мягким и менее ядовитым. Даже Герк кажется более спокойным и податливым, когда она едет на нем со мной.

Я смотрю на звезды, избегая ее насмешливого взгляда. Женщина так красива, что больно долго смотреть на нее. И её вид создает сильное давление в моих чреслах.

— Откуда взялась Хайди?

Если она может задавать вопросы, то и я могу.

— От.. — она показывает вверх.

— С неба?

— Да, со.. — она тычет пальцем вверх, словно указывая на что-то конкретное.

— Со звезд?

Меня это не удивляет.

Она выпячивает подбородок.

— Да. Со звезд. Далекая звезда.

Логично, что она прилетела со звезд. Мифические существа приходят оттуда, как жестокий плуд, конечно. Я помню, как шаман Саиэкс пытался рассказать нам о тех временах, когда у нас забрали женщин, и о том, что они когда-нибудь вернутся. Я никогда не придавал этому большого значения и не вижу причин делать это сейчас. Хайди — женщина, это очевидно. Но также очевидно, что она не одна из наших женщин, которые были забраны. Если бы это было так, она бы говорила на нашем языке. Она бы больше походила на меня. Думаю, у наших женщин были полосы, но у нее их явно нет.

Но я всё-таки решаю просто спросить ее.

— Ты женщина с Ксрен, которая вернулась?

— Дех. Хайди родом с другой звезды. Земля. Не Ксрен.

Я пробую на вкус это слово. Земля.

— Земля, — повторяет она. — Похищена плудом.

Я сосредотачиваюсь на ней.

— Ты была похищена из твоего мира плудом?