Страница 7 из 40
Я бегу зигзагами между стволов инопланетных деревьев и стараюсь не снижать темп, но мое горло сжимается от паники, грусти и чистого ужаса. Впрочем, вскоре мне приходится остановиться — я никогда не была спортивной цыпочкой в университете.
Я оглядываюсь по сторонам. Прямо передо мной бежит вода. Внезапно я поскальзываюсь и начинаю падать вниз, опускаясь на задницу, тем самым слегка понижая скорость, перед тем как упасть. Мне удается затормозить у берега, хотя мои ноги уже находятся в воде. Придя в себя после сумасшедшего спуска и падения, я быстро вытаскиваю ноги обратно на сушу, прежде чем какие-нибудь ужасные водные монстры смогут их откусить. Я не доверяю этой планете.
Я разворачиваюсь и смотрю назад. Да, у не-птеродактелей некоторые проблемы с перелетом сквозь деревья. И тут я вижу несколько белых развивающихся халатов, мелькающих в лесу перед ними.
Я делаю три вздоха и возвращаюсь к бегу. Вдалеке я вижу металлическое мерцание грузового отсека и ускоряюсь еще больше, прыгая через корни и кусты, зная, что я не смогу продержаться долго. Мои легкие болят, а ноги протестуют с каждым шагом.
Затем я слышу еще один крик не-птеродактеля позади себя. Слишком близко. Слышу хлопанье его крыльев, как у летучей мыши, и то, как шелестят листья деревьев, когда он пролетает над ними.
Я быстро оглядываюсь. Клюв широко раскрыт, зубы уродливые и коричневые, а его язык слизистый и серовато-розовый. Да, он преследует меня.
Оборачиваясь обратно и готовясь снова бежать, я замечаю..
Я клянусь, что чувствую, как мое сердце подпрыгнуло до самого горла, когда прямо передо мной вижу еще одного динозавра. Того самого, которого я видела, выглядывая из «консервной банки». Да, это тот самый желтый глаз. Теперь я могу рассмотреть его полностью. У него три ноги и круглое массивное тело с чешуей и перьями то здесь, то там. Существо размером с автобус, и у него короткая толстая шея, увенчанная огромной головой. Теперь я понимаю, почему этот глаз произвел на меня такое впечатление. Он размером с огромную автомобильную шину и единственный у этого существа. Один большой глаз прямо посередине между двух огромных ртов.
Я сжимаюсь и инстинктивно пытаюсь стать меньше. Я прямо между двух динозавров, и, по крайней мере, один из них хочет меня съесть.
Бл*дь. Со мной все кончено. Я опускаюсь на колени и обнимаю себя, ожидая, когда кто-то из них поймает меня и сожрет. Я оцепенела и даже не могу плакать.
У меня нет выхода.
Затем одна мысль вспыхивает у меня в голове: пистолет!
Глава 5
София
Дрожащими руками я беру его в руки, вытащив из своего лабораторного халата.
Но слишком поздно. Я слышу не-птеродактеля прямо позади, а динозавр передо мной медленно движется, чтобы наброситься на меня одним из своих ртов. Я наклоняю свою голову, стараясь стать настолько маленькой, насколько возможно. Я не хочу этого видеть.
Затем раздается громкий глухой стук, будто огромный кит ударяется о землю, упав с вершины небоскреба. Звук сопровождается криком не-птеродактеля, который заставляет меня бросить пистолет и прижать руки к ушам.
Когда я смотрю вверх, то вижу, что шея желтоглазого динозавра вытянулась не меньше, чем на пятьдесят футов, а не-птеродактиль, кувыркаясь в воздухе, бросился прочь, все еще яростно крича. Похоже, динозавр головой ударил не-птеродактиля, так как у него нет других конечностей, которыми он бы мог это сделать.
Шелестом листьев сопровождает бегство не-птеродактиля на всем пути его отступления, но я не осмеливаюсь проверить, действительно ли он улетел. Я просто убегаю, дрожа и плача.
По крайней мере, я теперь знаю, куда бегу, так как вижу недалеко мерцание грузового отсека под солнечными лучами. И, конечно же, дверь закрыта.
Я подбегаю к двери и громко стучу.
— Эй! Откройте! Это я! София!
Дверь открывается, и я бросаюсь внутрь. Затем кто-то снова нажимает на кнопку, и дверь захлопывается.
Я падаю на пол и просто яростно дышу, а затем теряю самообладание и захлебываюсь в слезах от ужаса и гнева.
Я думаю, теперь моя очередь.
С меня достаточно. Я не только сука в этой истории, но, похоже, еще и трус. Я сыграла все плохие роли. Рыдая, я чувствую, как девушки обмениваются взглядами.
Хайди и Аврора сидят рядом и поглаживают меня по рукам, пытаясь успокоить, пока я прихожу в себя.
Я осматриваюсь вокруг, но девочки загораживают мне обзор.
— Сколько спаслись?
Кэролин кладет руку мне на плечо.
— Не так много.
Как она может быть так спокойна? Полагаю, норвежцев сложно поколебать. Я вытягиваю шею, пытаясь заглянуть ей за плечо.
Никого.
Кроме нас девушек-переводчиков из лаборатории в комнате никого нет. Шесть. Олеся была седьмой.
Я пересчитываю еще раз. Кэролин. Аврора. Эмилия. Хайди. Дэлия. И я.
Вот и все. Всех остальных женщин забрали не-птеродактили. Включая женщину, которая нашла груду странных скал, и владельца пистолета, кем бы она ни была.
Я прислоняю голову к стене.
— Дерьмо.
— Да, — соглашается Эмилия. — Эти летающие штуки просто подняли их и.. улетели. Мы думали, что тебя тоже забрали.
— Почти, — и я рассказываю им, что случилось.
Хайди качает головой.
— Эта планета чертовски странная. Огромные деревья и странные груды скал, не-птеродактили и софиазауры.
Я нахмурилась.
— Что?
— Софиазауры, — повторяет она. — Твой динозавр, которого ты обнаружила. И еще ты — единственная, кто его видел. Будет правильно назвать его так nicht wah (прим. нем. «не так ли»), Дэлия?
Дэлия обдумывает это.
— Не совсем. Но я думаю, сойдет и так. Мы можем сделать формальную классификацию позже. Это обычно делается не на поле боя.
Я пожимаю плечами. Это просто название, как и многие другие. Я думаю, что здесь мне не следует ожидать встречи с мимишным созданием, которого назовут в мою честь. Таким образом, громоздкий трехногий уродливый динозавр, который наносит удары своей шеей — это софиазаур. Отлично. Он спас меня от не-птеродактиля.
Но у нас есть более важные вещи, о которых нужно поговорить. Мы застряли на чужой планете со смертоносной дикой природой повсюду.
Мы с девочками прижимаемся и обнимаем друг друга, чтобы успокоиться. Мне, возможно, не следует об этом думать, но я рада тому, что я здесь не одна.
Эмилия задает очевидный вопрос.
— Итак, девчонки. Что, черт возьми, мы собираемся делать?
Мы сидим и разговариваем, но продолжаем ходить по кругу, потому что на самом деле не знаем, что делать. И стараемся не говорить о том, что у каждой из нас на уме: возможно, мы застряли здесь навсегда.
В конце концов, мы не приходим ни к какому решению, кроме одного: нам нужна вода. А так как я знаю, где река, потому что я чуть не упала в нее, мне придется пойти на ее поиски.
— Все в порядке, — говорю я и снова встаю, надеясь, по крайней мере, не быть трусихой в группе. — Но может кто-то составит мне компанию? Одного достаточно.
— Конечно, — Кэролин встает и снимает свой лабораторный халат. — Мы достанем воду. У нас есть что-нибудь, что может послужить в качестве ведра, чтобы донести воду?
Эмилия утверждает, что видела снаружи куст с очень большими воронкообразными листьями.
Я открываю дверь и осторожно выглядываю. Ничего не движется, и свет сейчас более красноватый, чем раньше.
— Вы должны поторопиться, — говорит Аврора. — Похоже, солнце садится.
Я снимаю лабораторный халат, кладу пистолет в карман джинсов и выхожу за пределы «консервной банки».