После тьмы

Лидия поколебалась, но нездоровое любопытство взяло верх:

— Когда ты сказал Тамаре, что планируешь уйти в отставку?

— За несколько дней до вечеринки, посвященной нашей помолвке. Поскольку она не вернула мне кольцо сразу, я думал, что она поняла и поддержала мое решение.

— Возможно, она считала, что сможет уговорить тебя передумать.

— Мы несколько раз говорили на эту тему, — признался Эммет. — Я не передумал.

Он осторожно заехал на стоянку перед жилым комплексом Лидии.

— За шесть лет, потраченных на реорганизацию гильдии Резонанса, Тамара была моим единственным крупным просчетом.

— Да ладно.

Он остановил машину и выключил двигатель. Какое-то время он просто молча сидел за рулем. У Лидии появилось ощущение, что он напряженно о чем-то размышлял.

— Думаешь, я с самого начала должен был понять, что ей нравилась именно идея выйти замуж за главу гильдии, а не за меня лично? — безучастно спросил он.

— Эй, не расстраивайся, — взявшись за ручку, Лидия открыла дверь. — Я была не умнее в отношении Райана. Я интересовала его до тех пор, пока продвигалась вверх по карьерной лестнице на кафедре пара-археологии и могла писать статьи, публикуемые под нашими именами.

— Ты писала статьи? — спросил Эммет.

— Райан — хороший ПА, но он не так хорош, как я, — пояснила она. — После моего «потерянного уикенда» стало ясно, что я больше не подхожу ему как соавтор, по крайней мере, в ближайшее время. Но все сложилось как нельзя лучше. Благодаря нашей последней совместной работе он получил повышение. И сейчас его имя как главы кафедры стоит под каждой статьей, публикуемой его подчиненными. Они проводят все исследования, а он пожинает лавры. Очень ловко, да?

Она вышла из машины, крепко прижимая к себе сумочку. Эммет выбрался с водительского места, захлопнул и запер дверцу машины, затем обошел автомобиль и присоединился к ней. Вместе они направились к лестнице.

— Я мог бы просветить тебя относительно Райана Келсо, если бы был рядом, когда вы с ним встречались, — заметил Эммет.

— Я могла бы сказать тебе, что Тамара практичная, честолюбивая женщина, которая никому не позволит стоять у нее на пути. Она стремится к власти. Власть притягивает ее.

Он дерезонировал защитную дверь.

— Ты это поняла, проведя один вечер в ее обществе?

Она откашлялась и постаралась сказать менторским тоном:

— Используя пара-психологическую терминологию, она, без сомнения, связывает секс с властью и наоборот.

— Другими словами, когда я ушел с поста главы гильдии, я больше не казался ей сексуально привлекательным. Так?

Лидия сжала в руках сумочку, и они пошли вверх по лестнице.

— Власть всегда притягивает, но она достигается двумя разными способами: благодаря личным качествам, силе воли или с помощью внешних атрибутов.

— Внешних атрибутов?

— Ну.. офис, должность, общественное положение и тому подобное. Некоторых людей притягивает только такой вид власти. Полагаю, Тамара относится к таким людям.

— Возможно, ты права, — сказал Эммет, поднимаясь по лестнице рядом с ней. — Я знаю, что она определенно потеряла ко мне интерес после того, как узнала, что я собираюсь стать бизнес-консультантом.

— Век живи, век учись, — сказала Лидия.

— Ну так как, наш контракт все еще действителен?

— Да, — сказала Лидия. — Наш контракт все еще действителен.

Они молча добрались до пятого этажа и пошли по коридору в сторону двери ее квартиры. Лидия посмотрела на сумочку, которую прижимала к груди:

— Я должна найти для этого безопасное место, пока не решу, что с ней делать.

— Почему бы тебе завтра утром не поместить ее в ячейку в настоящем банковском хранилище?

— Хорошая идея. Но я не могу оставить ее там навсегда. Это невероятная находка, Эммет. Ее необходимо как следует изучить.

Он хитро и понимающе усмехнулся:

— Эй, у меня идея. Ты можешь отдать эту бутылочку из грёзалита в университет и позволить Райану Келсо и его сотрудникам написать о нем в «Журнале пара-археологии».

— Только через мой труп, — пробормотала она, но потом, подумав о Честере, поморщилась. — Полагаю, в данных обстоятельствах это не очень удачная метафора.

Он перестал улыбаться.

— Думаю, да.

— Сегодня я не могу ясно думать о том, что делать с находкой. По-моему, этим вечером я получила слишком много высокорезонирующей информации. Мои нервы не привыкли к такому возбуждению.

— Возбуждению?

— Да, ну ты же понимаешь, возбуждение. Этот артефакт, ужин с главой гильдии Каденса, открытие, что мой первый же клиент является бывшим главой гильдии Резонанса. Знаешь, это не проходит даром.

— Ясно, — сказал он. — Возбуждение.

— В эти дни я в основном веду спокойную жизнь. О, иногда я наталкиваюсь на трупы. Да еще эти эпизодические моменты веселья, когда случайные призраки прожигают дыры в стене моей спальни. Вот, пожалуй, и все.

— Ну да, совершенно спокойная жизнь, — согласился он, вставляя ключ в замок.

Лидия бросила на него проницательный взгляд.

— Кстати, чуть не забыла спросить: ты узнал у Уайатта что-нибудь полезное о своем племяннике?

— Может быть.

— И это все, что ты можешь сказать? Может быть?

— Он дал мне возможную зацепку, — небрежно сказал Эммет, открывая дверь. — Завтра я ее проверю.

Лидия вошла в прихожую.

— И что же босс Уайатт попросил в обмен на эту так называемую зацепку?

— Тебе когда-нибудь говорили, что ты очень цинична?

— Я просто хорошо представляю, как работает политика гильдии.

Он молча посмотрел на нее.

— По крайней мере, я знаю, как они работают здесь, в Каденсе, — поправилась она. — Мерсер Уайатт никому ничего не делает по доброте душевной.

Эммет пожал плечами и нагнулся, чтобы поднять Мохнатика, который кружил вокруг его ног.

— Мы заключили сделку.

Лидия замерла.

— Какую сделку?

— Она не имеет к тебе никакого отношения, — спокойно ответил он. — Это дела гильдии.

— Черт возьми, не смей отделываться от меня, говоря, что это просто «дела гильдии». Я твой консультант в этом деле, помнишь? Я имею право знать, что происходит.

— Моя договоренность с Уайаттом не касается предмета нашего контракта.

— Я в это не поверю ни на минуту.

— Это твои проблемы. — Он прошел на кухню и открыл банку с крендельками. — Потому что это все, что я скажу.

Она открыла рот, чтобы продолжить спор, но ее внимание привлекла мигающая лампочка автоответчика.

Она пересекла комнату и нажала на кнопку:

«Это Бартоломью Грили из «Старинных вещей Грили». Я звоню относительно предмета, который мы обсуждали во время твоего визита в мой магазин. Я получил информацию о его нынешнем местонахождении. Мне сообщили, что купивший его коллекционер готов продать его по подходящей цене. Я буду рад выступить в качестве посредника между вами и получить награду за находку, о которой ты говорила. Давай встретимся в моем магазине завтра утром. Я рано откроюсь, и мы все обсудим. Скажем, около десяти?»

Лидия ощутила радость победы.

— Похоже, я нашла твою шкатулку, Эммет.

Эммет глянул на автоответчик, потом пристально посмотрел на нее.

— Если это правда, то ты ведь выполнила свои обязательства, да? Это упрощает задачу. Завтра мы заберем шкатулку, и я выпишу тебе чек. Наш контракт юридически прекратит действие, и ты будешь свободна от него.

Ее ощущение победы в одно мгновение испарилось. Эммет был прав. Как только кабинет редкостей окажется у него, их контракт будет выполнен. И она ничего не может с этим поделать.