Рикошет

Господи, Кокс, вероятно, должен был бы убить Берка и Корли, если бы они наткнулись на то же дерьмо, что и в мотеле «Палмс».

— Сказал, что что-то всплыло. — По правде говоря, Кокс поставил перед ним ультиматум — или он остается в стороне, или рискует тем, что однажды по дороге домой с работы ночью его кое-кто подберет и выбросит в реку Детройт с пирса. Настойчивый ублюдок все еще был убежден, что Ахиллес X и киллер Око за Око были связаны, и Коксу не нужно было, чтобы любопытный агент совал свои руки в дерьмо и наткнулся на то, что Кокс имел все намерения держать сокрытым. Кроме того, Майкл Каллин и все его политические связи поддержат его угрозу, что означало, что гнилой сукин сын может легко потерять свою уютную работу, на которой мог покуривать травку.

Растущая потребность найти мелкого сосунка, ответственного за убийства — того, кто четко дал понять, что Кокс станет следующим, — поглотила Кокса настолько, что ему было насрать, если даже Каллин не поддержит его. Ему нужно было найти убийцу, пока убийца не нашел его. Еще немного, и Кокс начнет срать динамитными палочками, учитывая то количество таблеток «Нитро», которое он принял. Если это означало, что в процессе нужно вывести из игры любопытного агента ФБР, он это сделает.

Цифры все еще оставались загадкой. С убийством каждого члена из «Мили-7» не нужно быть гением, чтобы понять, что дело имеет что-то общее с «Отбором» и Дьявольской ночью. Но какое отношение это имеет к нему?

Все трое поднялись выше по лестнице, ордер на обыск торчал из заднего кармана Берка.

— Странно, — усмехнулся Берк, а придыхание, с которым он произнес слово, доказало, что у него началась отдышка, пока он поднимался. — Здесь разворачивается главное дело, а этот ублюдок.. что? Уехал к парикмахеру, запись к которому не мог пропустить?

Кокс ударил ногой по двери квартиры, и та распахнулась.

— Я не спрашивал, — с пистолетом наготове Кокс прошел первым. Мышцы напряжены, он приготовился выстрелить в первого ублюдка, который попадется в его поле зрения.

Голоса доносились из соседней комнаты, и замерев, он выпрямился и сконцентрировался на звуке. Похоже на смех, не так ли? Он жестом указал Берку и Корли молчать и тихо направился через комнату к двери спальни. Приглушенные голоса доносились из-за двери, и он ударил и по ней, пистолет направлен на практически пустую комнату, где кроме ноутбука на столе ничего не было.

Быстро осмотрев пустое пространство, Кокс приблизился к темному экрану, на котором видео, по звукам напоминающее новости, было поставлено на повтор. Он вытащил пару перчаток из пальто, быстро натянул их, затем пошевелил мышку. На экране появилась иконка, запрашивающая пароль.

— Что думаете по поводу пароля? — Кокс уставился на клавиши, теряясь в мыслях о том, что ввести первым.

— 30.10? — голос Берка ожил рядом с ним.

Кокс вводил цифры медленно. Осторожно. Иконка исчезла, и на экране появилось два одновременно запущенных на проигрывание видео. Одно показывало новости, а Пулитцеровский призер, журналист Билл Уорден рассказывал об убийстве на Теодор-стрит. Вторым оказалось какое-то снятое дома видео, продолжительностью всего десять секунд, где мальчик и женщина говорили на камеру. В нем она улыбалась, пока шептала что-то на ухо мальчику, а малыш рассмеялся, откинув голову назад, и сказал: «Иди за ними, папочка!»

— Проклятье, — скрестив руки, Берк покачал головой, пока смотрел видео. — Кажется, была убита вся гребаная семья. Я не помню этих, а вы, шеф?

— Нет, — солгал Кокс. — Понятия не имею, кто они такие.

— Я имею. — Опустив руки на бедра, Корли хмыкнул, глазами приклеившись к экрану, а затем посмотрел на Кокса. — Я очень хорошо их помню.

Внутри Кокса закипела ярость. Корли тогда назначили расследовать то дело. Вынюхивающий подонок когда-то пытался покопаться в делах Кокса — действие, после которого Кокса немного понизили в должности. Он уволил бы мелкого самоуверенного уе*ка, если бы парнишка не был копом во втором поколении и сыном высокоуважаемого шефа полиции — предшественника Кокса. Его увольнение подняло бы бунт, и хуже — стало бы причиной визита отдела Внутренних Расследований.

Кокс вкинул голой в сторону, где стоял Корли.

— Напомни мне имя того парня?

— Ник.. Райдер. Это его жена Лена. Мальчик — их сын Джей, — добавил Корли, подливая бензина в пылающее внутри Кокса пламя.

Кусочки пазла сошлись вместе. Райдер. Теодор-стрит. Дьявольская ночь. «Отбор».

Черт, Кокс едва ли мог вспомнить детали, кроме того, что дал зеленый свет Юлию Мелоуну, который ворвался в дом этой семьи, неся с собой хаос. Что конченый хрен заставил их делать, Кокс не знал.

Отморозки могли опуститься до примитивной дикости, или они могли разозлиться из-за того, что их навар с последней сделки с Каллином урезали, где двоих их ребят подстрелили в наркосделке, которая была сорвана.

Смерть семьи могла подорвать политическую репутацию Каллина, став признаком поддержки им агрессивных мер по усмирению уровня преступности в городе. Смерти должны были быть скрыты и заметены под ковер. Это был последний раз, когда Каллин собирал команду для работы, и с тех пор она наконец была распущена, они скрывались от врагов, которых нажили себе за то время.

— Вам помочь, джентльмены?

Хриплый голос за спиной напряг мышцы Кокса, и он повернулся к группе из троих мужчин в белых рубашках и черных штанах. Стоя в дверном проеме все трое казались одинаковыми на лицо.

— У нас есть ордер, — сказал Берк, подступая к мужчинам, словно его не могли в ту же секунду начинить свинцом.

От порыва закатить глаза у него зачесались глазницы. Новички. Прерывая копа, Кокс выступил вперед:

— Мы следовали за подсказкой. Парень, которому принадлежит это место, привел нас сюда.

— Я владею этим сраным местом. — Мужчина потяжелее сделал шаг вперед, потирая руки, словно они зудели от желания затеять драку. Кокс узнал в нем одного из Боянских. — И я, как пить дать, уверен, что не впускал вас сюда.

С рукой на рукояти своего пистолета, Кокс стал, немного расставив ноги.

— Арендатор этой квартиры.

— Эту квартиру никто не арендует, пи*орас. Знак снаружи видел? — Улыбка растянулась по лицу Боянского. Был ли он Леоном, или его печально известным братом Френком, Кокс не знал. Оба мужчины славились плохой репутацией в Вест Сайде Детройта, и большинство копов держались от них подальше.

— Тогда, кто, мать вашу, оставил компьютер? — Берк указал через плечо.

Взгляд Боянского стрельнул в Берка.

— Без понятия.

Кокс кивнул Берку.

— Встретимся внизу.

— Извините.. что? Мы уходим? Нам нужно снять отпечатки. Собрать улики. Это такое же место преступления..

— Закрой свой сраный рот, Берк, — рявкнул ему в ответ Кокс. — Вниз. Сейчас же.

— Какого хера? — губы Берка скривились, когда он прошел мимо, и махнул на Корли, стоящего рядом с Коксом. — Ну, а он?

— Корли останется.

У Корли имелись связи почти с каждым не подчиняющимся закону ублюдком, слоняющимся по улицам, словно он был дудочником, за которым бежали крысы криминального мира. Они уважали его, что обычно действовало Коксу на нервы, но прямо сейчас он сделал исключение.

Берк протолкнулся через группу мужчин, сбегая из квартиры словно обиженный младенец.

— Теперь мы превосходим вас в количестве, — Боянский склонил голову набок и улыбнулся, словно угроза шефу полиции была для него такой же обычной вещью, как смена трусов.

— Мне нужно его имя. — Смелая просьба, но Кокс ступил на путь неправильных решений с тех пор, как его выбрали следующей жертвой.