Страница 103 из 127
- Не знаю, я хочу быть с тобой. Ты же не бросишь меня? – пытливо посмотрел он мне в глаза. Я отвёл взгляд. Покинуть это семейство мне надо было как можно скорее. Если Родька теперь просто обожает меня, то его родители явно что-то заподозрили, и если не считают меня мальчиком-убийцей, то его сестрой, точно! Когда адреналин в крови у тёти Марины перестал бурлить, и она смогла логически думать, она стала опасливо поглядывать в мою сторону. Понятно, что сейчас я спас её семью, но не стану ли я для них ещё опаснее тех бандитов? Они под моей защитой, пока мне выгодно, а потом? Оставлю я таких свидетелей? Хорошо, её муж ещё не совсем пришёл в себя, плохо соображает.
Никого не спрашивая, я решил взять карту, пошёл к машине. Родька поплёлся за мной.
- Родик! – окликнула его мама.
- Что? – недовольно отозвался мальчик.
- Подойди сюда!
- Я хочу с Сашей! – капризно отказался сын.
- Иди, я тебе что-то скажу! – Родька недовольно дёрнул плечом.
- Иди, Родя, я пока посмотрю карту, - Родька, не смея мне возразить, ушёл. А я сел на раскладной стульчик, валяющийся возле машины, взял карту и принялся внимательно её изучать. Мне нужен был местный аэропорт, и я его нашёл. К сожалению, местные авиалинии связывали только посёлки и города области, или края, которые обслуживал. Чтобы летать по соседней области, сначала надо было туда уехать. Чёртовы зэки! Так бы доехал до Иркутска, а то и дальше, там уже рядом Бурятия.
Теперь надо покидать это милое семейство.
Нет… До Иркутска надо как-то доехать. На вертолётах здесь летают туда, куда не добраться поездом, или на машине. Увезут за тридевять земель, высадят в тайге, и сиди там, жди обратного рейса.
- Саша! – подошла тётя Марина, уже одетая, - Что будем делать?
- Сейчас соберёмся, и поедем, - проворчал я, складывая карту, - вы довезёте меня до Иркутска?
- Почему до Иркутска? – удивилась тётя Марина, - Ты не поедешь с нами?
Я удивлённо посмотрел на женщину. Что-то не складывалось. Я что, совсем не знаю женщин? А сам прикидываюсь девочкой!
- Мне надо ехать дальше, - осторожно сказал я, - лето не резиновое.
- Родик расстроится, по-моему, он уже влюбился в тебя.
- Тем более. Чем дольше мы будем вместе, тем больнее будет расставаться, по себе знаю, - я встал, начал увязывать свой рюкзак.
- Ты ему ничего не сказал? Про меня? – спросила тётя Марина.
- Нет. Меня пытались насиловать, я знаю, каково это, - невесело ответил я.
- Представляю, что стало с насильником! – попыталась улыбнуться тётя Марина.
- Не представляете, - хмуро сказал я, - давайте собираться.
- А что с этими? – кивнула она в сторону злодеев.
- Ничего никому не говорите, я напишу письмо и отдам первому милиционеру, которого мы встретим. Собирайтесь, пока нас здесь не застали!
Я вынул из кармашка рюкзака планшетку с тетрадкой и конверт. Нарисовал на листке бумаги подробную схему проезда с основной трассы, нацарапал: «Здесь привязаны два злодея», и запечатал в конверт, на котором печатными буквами написал: «Отдать в милицию».
Осмотрев лагерь, и убедившись, что по нашим следам трудно будет связать нас с зэками, разве только по следам машины, я поинтересовался, у тёти Марины, что она делает, если надо погладить одежду. К моему удивлению мне дали чудо техники: маленький утюжок, работающий от прикуривателя автомобиля! Я своим глазам не поверил, пока не увидел, что он сделан в ЧССР.
Сарафанчик был уже не совсем чистым, и я выгладил Лискину кофточку и юбочку.
Одевшись, показался тёте Марине:
- Лицо бы нарисовать…
- Лучше не надо, Сашенька, жарко, потечёт. Лучше надень панамку.
Панамку, между прочим, мне давно выстирали и выгладили. Может быть, со стороны она и выглядела ужасно, зато скрывала половину лица, защищала от солнца. Я ещё надел очки.
Сходив к пленникам, убедился, что они вполне ещё живы, и в сознании.
- Ареивидерчи, синьоры! – сделал я книксен перед ними, сам не поняв, что сказал, и пошёл к машине, стараясь ступать легко и непринуждённо, с прямой спинкой, чтобы ещё больше позлить незадачливых бандитов и насильников...
- Тебе что-то надо постирать, Сашенька? – спросила тётя Марина, которая видела, как я перебираю вещи.
- Надо, но не здесь, - вздохнул я.
- Да, доедем до следующей деревни, там снимем домик, остановимся, приведём себя в порядок.
Я понял, что мне предстоит ещё одно испытание: меня захотят попарить в бане. Теперь надо думать, как помыться в бане одному!
С трудом приведя дядю Костю в чувство, чтобы он смог сидеть за рулём, я запихал Родьку на заднее сиденье и сел рядом. Тётя Марина вела себя на удивление спокойно. Или выместила злобу на обидчике, или держалась перед сыном.
Плохо ли, хорошо, но мы поехали. Папа, сев за руль, увлёкся вождением и перестал нервничать.
Родька опять завладел моей рукой.
Проехав с десяток километров, снова встали в очередь. Я решил, что сейчас самое время сдать разбойников.
- Вы поезжайте потихоньку, сказал я, тёте Марине, а мы с Родькой пойдём вперёд, после КП вас подождём. Прогуляемся! – я вышел, вытащил Родьку за собой, потом взял маленький рюкзачок, и мы пошли по обочине, вдоль вереницы различных машин.
Дойдя до поста, мы постояли, посмотрели, как досматривают машины, потом я окликнул капитана милиции, удивляясь, что они не обращают на нас никакого внимания:
- Дяденька милиционер!
- Идите, ребята, не мешайте! – отмахнулись от нас.
- Нам передали письмо, сказали, для вас, - протянул я конверт.
- Кто передал? – спросил капитан, с недоверием разглядывая конверт.
- Мальчишки какие-то… - дёрнул Родьку за руку, тот кивнул. Стоит тут, сопит! – Ну, мы пошли! – мы, не спеша, отправились дальше. Через сотню метров нашли набольшую полянку, где можно было бы подождать машину. Вряд ли сразу уберут пост, сначала кого-нибудь отправят, проверить информацию.
Сесть было некуда, да и насиделись, в машине. Родька держал меня за руку, ничего не спрашивал, ничего не говорил. Так и стояли, пока не подъехали родители.
Следующая останова у нас была в деревне Федотово. Деревня располагалась недалеко от Ангары, была небольшой, но мы всё-таки нашли избу, где можно было остановиться на сутки, попариться в баньке, попить домашнего квасу.
Время было обеденное, но ехать куда-то далеко дядя Костя явно был не расположен, ему надо было привести раздёрганные нервы в порядок. Поэтому мы решили уговорить хозяйку натопить баньку.
- Первым помоется Родька, - предложил я, - потом я, потом вы вдвоём.
- Почему Родька первым? – спросила тётя Марина.
- Он быстро помоется.
- Вот именно. Совсем не помоется, его мыть надо.
- Мама… - покраснел Родька.
- С отцом помоется, а мы с тобой, - сказала она мне.
- Тётя Марина, вам надо с мужем! – строго сказал я. – Я сама смогу хорошо отмыться. Потом Родька меня перевяжет, если не зажило, а вы будете париться, как раз баня нагреется.
- Ладно, командир, давай сюда своё грязное бельё, стирать буду.
Всё же сделали, по-моему. Распаренные, супруги немного отошли от утреннего шока, папе налили медовухи за обильным обедом, он захмелел, после чего папа с мамой ушли отдыхать в горницу, а мы с Родькой пошли погулять к реке. Вышли на пляж, где купались пацаны.