Про Сёмку

- Пошли, сын, - бросил ему папа, - твои занятия в этой школе закончились.

- Погодите! – воскликнула Лидия Ивановна. – Нельзя же так! Может, дождёмся выпуска?

- Чего дождёмся? – печально усмехнулся Николай Иванович. – Когда они поубивают друг друга?

- Почему поубивают? – удивлённо спросила молодая учительница.

- Пойдём! – мужчина взял сына за руку и повёл, как малыша, по коридору, на выход.

В машине, которую Николай Иванович водил сам, даже после жуткой аварии, отец вздохнул и сказал только одно:

- Ну ты натворил дел! – Мальчик промолчал, хотя вопросов у него скопилось много. Он не понимал, что связывает его отца с Сёмкой, не понимал, за что выгоняют из школы его друзей, не понимал, почему на него разозлились девчонки, они же до этого тоже презирали Сёмку Каца за его потрёпанный вид. Даже что-то выговаривали, чтобы был аккуратнее, а тут – раз! И Никита стал их врагом!

Когда приехали домой, Николай Иванович велел сыну переодеться и прийти в гостиную.

- Вы сегодня рано, Николай Иванович! – встретила хозяина дома горничная. – Готовить обед?

- Обедать будем, как прежде, в два часа, - ответил хозяин и отпустил горничную заниматься своими делами. Зашёл в гостиную и сел на диван. Взял было пульт от телевизора, но положил назад, не до того.

Вошёл Никита, одетый в домашние шорты и футболку, встал напротив отца, понимая, что сейчас будет разбор полётов.

- Я тут подумал, - вздохнул Николай Иванович, с укором глядя на сына, - что после смерти мамы за тобой некому присматривать, - Никита сверкнул глазами, стиснул челюсти, чтобы не нагрубить отцу.

- Да, ты уверен, что я виноват в её смерти, - кивнул отец мальчика, - и ты прав. Я никогда не говорил, почему не успел в больницу. А молчал, потому что ты ещё больше бы меня возненавидел, - Никита с удивлением посмотрел на отца. Да, он злился на него, считал виновным в смерти мамы, не понимал, почему он не успел отдать свою редкую кровь маме, что такое могло его задержать?! Внеплановое заседание совета директоров? Папа нередко оправдывался этим, когда не мог побыть с сыном.

Поэтому, после смерти мамы, не в силах мстить отцу, он мстил беззащитным пацанам, особенно ненавидел Сёмку. За то, что такой бесхребетный, за то, что не сопротивляется, когда бьют. А когда опозорил его перед знакомыми девчонками и пацанами, возле кинотеатра, куда Никита тайком от всех приехал посмотреть любимый детский фильм, появилось желание забить щенка насмерть. А тут ещё, возвращаясь домой, встретил знакомых парней, с кем иногда водил знакомство, носил им деньги на выпивку и сигареты.

Это они объяснили мальчишке, как можно унизить пацана, чтобы избить до смерти, но было бы стыдно жаловаться и показывать там синяки, как обозвать. Никита не понимал значения слов, но парни сказали, что это самое жестокое ругательство для таких, как Кац, и он всё поймёт.

Парни утешили мальчишку, похлопали по плечу и ушли развлекаться за его деньги, а Никита понял, как отомстить ненавистному вонючке, посмевшему на него поднять хвост.

Вспомнив всё, Никита сжал кулачки, глядя в пол.

- Хорошо, - кивнул Николай Иванович, - я расскажу. Мне пришлось задержаться, и надолго, потому что я на светофоре насмерть сбил родителей этого мальчика, которого ты так не по-мужски избил…, - Никита поднял взгляд, хлопал длинными ресницами, никак не мог сообразить, что ему говорит отец.

- Пойми, если бы я уехал, с места преступления, я бы и маме не помог, и меня бы догнали и сразу посадили, надолго, - объяснял ему папа, - могли и так присудить немало лет, пришлось родственникам их сына много чего пообещать, чтобы они дали правильные показания, договориться с опекой…

- А почему тогда?.., - начал Никита.

- Почему их сын в таком виде? – усмехнулся его отец. – Это я выясню. Сам не пойму, что происходит. Не пойму, Никита, зачем ты связался именно с ним? – Никита пожал плечами, опасаясь назвать причину. – Теперь он думает, что ты травишь его по моему наущению.

- Ерунда какая! – вырвалось у Никиты, хотя понял, что на самом деле травил бы пацана, если бы папа указал на него, как виновника смерти своей мамы. Каким-то образом ведь Сёмка виноват. Хотя бы тем, что был сыном тех людей, из-за которых папа опоздал в больницу.

- Теперь о тебе, - тяжело уронил отец, - я решил, нельзя тебя оставлять без надзора. Да, учишься ты неплохо, но поведение твоё просто ужасно. Поэтому поедешь в военное училище.

- Что? – не сразу понял Никита.

- Единственно, что ты можешь, это выбрать, Суворовское или Нахимовское училище.

- Папа! – губы мальчика задрожали. – Я не хочу! – и Никита заплакал. Николай Иванович не выдержал, обнял сына и посадил рядом с собой, увидев вдруг, какой он ещё маленький. А теперь, мало того, что ребёнок лишился мамы, он своей рукой лишает его отца. Ведь, когда Никита окончит училище, сын уже будет взрослым, отец уже не нужен будет, как друг и пример для подражания, в училище другие примеры для подражания.

Но менять решение Николай Иванович не привык, тем более, разговоров с сыном уже было много, наказаний мало, и тот поверил в свою безнаказанность. А тут ещё такой случай! Даже не случай, скандал! Не ведая, что говорит, Никита оскорбил чувства двух дочек очень важных людей, с которыми у Николая Ивановича намечались выгодные контракты.

Конечно, многие его приятели прикрывали своих детей – мажориков, за любые проступки, но Николай Иванович их не уважал, знал, что эти дети хорошими людьми не вырастут, не будут наследниками своих отцов, только потребителями, которым все должны.

- Успокойся, сынок, - ласково бормотал отец, поглаживая плачущего сына по спине, - завтра сходишь в последний раз в школу, принесёшь девочкам извинения, ладно? – Никита охотно кивнул, потому что испытывал симпатию к соседке.

- И мы с тобой сейчас что-нибудь подберём из твоей одежды для Семёна…, - Никита вдруг замер.

- Что? – подумав, что ослышался, спросил мальчик.

- Переодеть его надо, смотри, в чём он ходит!

- А я тут причём? – округлил глаза мальчик. – Купи ему форму, да и всё!

- Я хочу, чтобы между вами не было даже ссоры, не то, что войны!

- Войны? – переспросил Никита. – Во-первых, я не стану его одевать, во-вторых, он не возьмёт у меня ничего, тем более, мою одежду! Папа, ты что?!

- А надо, чтобы взял и надел именно твою одежду, - настойчиво сказал отец. – Что такое одежда? Это твоя вторая кожа. Если он согласится одеться в твою кожу, что это значит?

- Что? – упавшим голосом спросил Никита.

— Это значит, что вы будете побратимами! Это, как ритуал! Будто ты его обнимаешь, и он не отталкивает тебя!

- Зачем мне такой побратим? – окрысился сын. – Я его ненавижу!

- А он тебя. Я уверен, Семён Кац дал себе слово убить меня. А теперь, когда ты с ним совершил такую подлость, и тебя. Понимаешь? – Никита задумался. Когда умерла мама, он на самом деле винил в её смерти отца, и желал ему самого плохого. А у Сёмки папа Никиты убил родителей прямо у него на глазах. Сам Никита, наверное, даже откладывать не стал бы решение, постарался как можно скорее отомстить убийце.