Виолетта

- Блин, очередная романтичная ...особа, - с ноткой недовольства сказал он. - И откуда вы только беретесь, а? все просто, та сказка, будто мы ищем большие чувства и нереальную любовь хрень. Натуральная. У меня была возможность жить ни в чем себе не отказывая, так какого черта я буду в чем-то ограничиваться?

- И не надоедало?

- Ничуть, Лет, это жизнь, которую ты выбираешь сам. Просто сам, хочешь каждую ночь новая девочка, не хочешь, можно неделями никого не снимать.

- А ты вообще чем-то занимался? Я просто не представляю, как это так жить, - призналась она.

- Нормально, даже скажем с удовольствием. Была у меня работа, та же что и сейчас. Фирму родичи создали давно, я еще учился. Когда захотел, вник в дела и стал сам заниматься ею, когда надоедало, всегда можно было все бросить и поехать оторваться. Со мной больше разной работы и геморроя, но и без меня никто не помрет, все идет по накатанной и жить даже проще. Работа это не главное, у меня был свой круг общения, те кто меня понимал и разделял взгляды. а потом все пошло под откос... - мрачно закончил он.

- Не расскажешь?

- Не интересовалась?

- Неа, не потому что не любопытно, а не поверишь, не совпало. Когда у меня возникает такое желание нет времени или возможности, а когда есть возможность - нет желания. Вот если не передумаю, приеду сама поищу... что смеешься?

- Ты, наверное, единственная кто постоянно меня смешит, - признался он смеясь. - Ладно, это не так весело. Родители нашли мне ... блин невесту. Наши семьи давно сотрудничали и это был логичный шаг. Она из нашего круга, более - менее знакомая, нормальная. А потом эта сука приехала на очередную стрелку на круге... приехала под дурью. Никто не думал, что она нарик, нарик с серьезным стажем и реальными проблемами. Чего ее переклинило, сейчас не скажет никто. Она ехала на Хаммере и вместо того чтобы затормозить ударила по газам. Она въехала в нас... мы стояли около мотиков. Кое кто в защите, а кто-то просто так... эта б... одним мгновением убила пятерых. Одним мгновением....

- Ты...

- Меня отбросило и придавило упавшими мотиками, мне повело, а ... мелкой нет.

- Мелкой?

- Сестре. Оле. Она моложе меня на четыре года... была. До этого момента я сам порой отдыхал с травкой, потом после больниц понял наркотики реальное зло. Когда без них нельзя, а с ними просто никак. Нет эйфории, а просто отупение.

- Ты долго восстанавливался?

- В больнице почти полгода, потом на реабилитации еще столько же и вот уже год дома... прихожу в норму...- невесело закончил он.

- Как думаешь, в какую сторону ты изменился?

- Умеешь ты спросить, - иронично отозвался он. - Не знаю. Беззаботность закончилась, а что пришло ей на смену сказать не могу.

- Ничего рано или поздно оно проявится, - заверила Лета.

- Думаю да. Знаешь это странно, когда вот так резко мир меняется.

- Это всегда странно, но когда мир меняется постепенно, мы этого просто не замечаем, - чуть грустно заметила она.

- Может ты и права.

- Еще глупость спрошу - а что ты будешь делать дальше? Через пять лет условно или через десять?

- Не знаю, хочешь откровенно? Я не знаю, что будут через год, но меня пугает мысль и будущем через двадцать лет. Неужели ничего не изменится и все будет точно так же?

- Точно так же не будет по любому, но да, измениться может не многое, - согласилась Лета. - Сама об этом думала.

- И? Как? Женщинам в этом плане проще - семья там, дети, нет этого чувства зависания...

- Погружения в трясину? - уточнила Лета. - Есть. И семья помогает не всегда. У меня есть двоюродная сестра, родственница по отцу, она на восемь лет меня старше. И замуж вышла как положено в двадцать пять. И все было нормально, да и до сих пор как бы со стороны ничего. Муж адекватный, двое детей в школе, своя квартира в Москве. Но она реально одинока, с мужем они чужие люди и даже дети ничего не меняют. Это даже не как соседи по коммуналке, а по лестничной клетке. Ты здороваешься, знаешь в целом их жизнь, ну кто где работает, как зовут детей и примерно сколько им лет. Но реально это чужой тебе человек. Ничего что я про себя и про себя?

- Нет, рассказывай, интересно. Сплетни наше все! - усмехнулся он.

- Точно. Так вот, Олеся постоянно была рядом в детстве, росли вместе, они жили в соседнем доме. И как правило кто-то из взрослых присматривал за всеми. Она была активной, веселой, душа компании. Я ей всегда завидовала и злилась. Могу поддерживать общение, если хочу или нужно, но жизненой необходимости в этом для меня нет. Одиночество не просто норма, а почти идеальное состояние... ты чего?

- Это говорит человек разговаривающий минимум по часу каждый день, - вставил он со смешком.

- Ага. Это говорит человек, до безумия боящийся водить и предпочитающий другую крайность.

- Прям настолько страшно? - удивился Глеб.

- Вот может не настолько, но близко. Поэтому и срабатывает разговорчивость. В норме я флегматик - одиночка. По мне заметно?

- Нет, но сейчас ты не за рулем, - отметил он неожиданно.

- Так сейчас мы ведем интересный разговор, - парировала Лета. - Могу не мешать и помолчать. Мне будет одинаково комфортно.

- Понял. Верю. Так что с сестрой?

- После свадьбы она начала меняться. Не сразу, но постепенно это стало заметно. Плюс разница в возрасте, я в восемнадцать на окружающих смотрела весьма своеобразно. Мама сразу сказала, что Олесе плохо замужем. Но сестра была довольна, рассказывала о покупках, планах на отдых, потом дети появились. Ну, обычная семья. Я поняла насколько там плохо, когда мне исполнился тридцатник. Началось самокопание, типа молодость прошла и все такое прочее, и ассоциативно я вышла на Олеську. Дескать, вот общительный человек и вот как она живет...

- И?

- И живет. Точнее существует. Из общительной веселой компанейской девчонки выросла тетка. Не забитая жизнью и мужем, а стерва столичная класс обыкновенная. Была такая юмореска. В меру ухоженная, в меру пренебрежительная, в меру наглая, в меру умная. Скажу честно, когда такой стану я это будет естественно, но она? Нет. И у нее не было ничего плохого в жизни. Точнее может что-то происходило на личном фронте, не знаю, но ничего общеизвестного как твоя авария или как роман с женатым мужчиной, у меня подруга так вляпалась - такого нет. Просто медленно и повседневно она перешла в подобное состояние. Я как-то попробовала с ней на эту тему поговорить, дескать раз не счастлива разведись, вы можете это позволить. У них две квартиры и одна сдается, то есть не будете делить последние квадратные метры. Дети уже взрослые и видят, как вы живете. Вас ничего не держит. Как она меня отчитывала, я даже передать этого не могу. Словно мне снова десять, и я полезла смотреть порнуху, честное слово. Дескать куда я лезу, у нее отличная жизнь, которая ее полностью устраивает. Да она перестала быть глупой и наивной дурочкой, ставящей превыше себя других людей. И вообще она счастлива, а я ничего в этом не понимаю и завидую ей будучи одинокой.

- самозащита, - хмыкнул Глеб. - Страшно поднять голову и понять в какой дерьме ты сидишь. Проще сделать вид, будто все нормально и так было задумано изначально.

- Да, я это понимаю, и догадываюсь, что изменения шли не то что один день, а даже ни один год, но вот результат пугающий.

- Тебя пугающий?

- И меня в том числе.

- Это мнение со стороны, - заметил Глеб отстранённо.

- Да. Вполне вероятно, что я не права и на самом деле все обстоит иначе, - не стала спорить Лета. - Просто чувство трясины возникает независимо от пола и кажется возраста. Знаешь, это будет звучать смешно, к тому же я нахожусь здесь недолго, но тут у меня пока трясины не возникло. В Москве в этом плане проще, все время в движении, все время куда-то бежишь, нет возможности остановиться и задуматься.