Наёмный убийца

Глава 7

7.

Нашу подготовительную группу поместили в карантин. Это мудрёное слово я потом узнала, а тогда нас, грязных, визжащих от ужаса и ярости голых девчонок пытались поймать и помыть, остричь спутанные лохмы длинных волос.

Мы кусались и отбивались руками и ногами, но против обученных девчонок старших курсов у нас не было шансов. Они смеялись над нами, когда ловили и мыли щётками. Потом по двое брили наши головы. Очень ловкие были девчонки, и не злые.

Когда вселили в казарму, с застеленными чистым бельём койками, мы ночью все постели стащили с кроватей и устроили уютные логова под кроватями и по углам.

Кто-то терпел до последнего, у кого-то было недержание, скоро наше помещение стало похожим на помойку. Пахло так же.

Я даже не представляю сейчас, как можно было воспитать из животных людей.

Однако это произошло, уговорами, кнутом и пряником.

Научили говорить, читать и писать, приучили к гигиене. Но это уже после того, как начались изматывающие тренировки. После целого дня беготни и драк уже не хотелось ночью самовольничать, приучались к дисциплине понемногу.

Начали по очереди дежурить по казарме, требовать от остальных придерживаться порядка.

Наряду с этим начали обучать драться по науке, боевым приёмам, стрельбе и ножевому бою.

Мы привыкли к дисциплине, весёлым учениям, где мы прятались друг от друга или наоборот, искали. Встретившись, дрались до победного конца, но не до смерти.

Мне неплохо давался ножевой бой, научилась метко и быстро метать ножи и сюрикены, из всех видов оружия тоже стреляла неплохо.

И вот, после двух лет учёбы, когда я дрыхла без задних ног после целого дня беготни по дремучему лесу, куда нас скинули на парашютах, кто-то разбудил меня.

Мало кто помнил своё настоящее имя, нам присваивали оперативные псевдонимы.

- Алекс, вставай! – меня будила Наташа. Ничего не понимая, я поднялась и пошла за девочкой, подсвечивающей дорогу потайным фонариком.

Странно, но помещение в подвале, куда меня привели, мне было незнакомым.

Здесь собрались человек пятнадцать девочек, в одних пижамах. Трое из них были старшекурсницами.

- Девочки! – начала одна из старшекурсниц, - мы давно наблюдаем за вами, и поняли, что вы те, кому можно доверять, на кого можем положиться в трудную минуту. Чтобы вы знали, среди воспитанниц давно уже существует тайное общество, вступая в которое, мы клянёмся не предавать своих товарищей.

Бывает, что нам будут заказывать друг друга, но это честный поединок, типа дуэли, а вот если ты выманил из укрытия своего товарища хитростью и подставил, заманил в ловушку или ещё каким бесчестным способом, то провинившийся немедленно должен покончить с собой. Кто принимает решение вступить в наше общество, подходите сюда.

Я не сомневалась ни секунды. Подлость и трусость была противна мне. Это с врагом все средства хороши, с товарищами по цеху мы должны быть честными.

Девочки, проводящие обряд, разогревали на пламени горелки маленький предмет и ставили клеймо нам на руки.

Было очень больно, долго жгло запястье, но никто не пикнул.

И вот, оказывается, подобный ритуал проводили и мальчишки.

Надеюсь, на моём лице не дрогнул ни один мускул, но теперь осторожничать с Кевином уже не имело смысла. Поставить под сомнение веру в Тайное общество мальчишек и девчонок? Это слишком. А если Кевин на самом деле предаст, об этом рано или поздно будет известно, и я тогда ему не завидую, лучше самому пустить себе пулю в лоб или в другую часть тела.

- Позвольте вас проводить? – протянул мне руку Кевин. Я, с улыбкой, согласилась.

Мы вышли из кафе, обошли здание и Кевин привёл меня к мотоциклу, искусно припаркованному в тени деревьев. Протянул мне шлем, сам тоже надел и завёл двигатель. Мы заняли свои места и аккуратно поехали по ночным улицам нашего района.

Привёз он меня на окраину, к обнесённому забором зданию, приготовленному под снос. Мой спутник слез с мотоцикла, отодвинул в сторону пару широких досок и пригласил меня внутрь, потом мы закатили во двор мотоцикл, который Кевин спрятал в хозяйственную постройку. Затем, открыв решётчатую дверь у входа в подвал, взял меня за руку и повёл по тёмному коридору. Привёл в какую-то комнату, где включил неяркий свет.

- Вот так и живём, - обвёл рукой он помещение. Комната была сухой и опрятной, на стене, над диваном, висел даже ковёр, на полу настелен линолеум, возле дивана стоял журнальный столик, и под ногами у дивана тоже лежал пушистый коврик.

У боковой стены кухонный стол, маленькая плитка, маленький холодильник и микроволновка.

- Устраивайся, Джина, - снял он куртку, - и ничего не бойся, здесь всё экранировано.

- А если за мной следят? – поинтересовалась я. - И вдруг сигнал пропал?

- Мало ли, под линией ЛЭП ничего не слышно, в некоторых домах с железной крышей, ещё где. Над нами, как раз, проходит высоковольтная линия. Чаю хочешь?

- Хочу, - согласилась я, присаживаясь на диван. Удобно, не проваливаешься, как на некоторых диванах – ловушках. С этого дивана легко встать, упасть на пол, перекатиться… Я уже представила всё это, и Кевин коротко посмеялся.

- Не забудь перевернуть столик! – сказал он, - Столешница бронирована!

Я чуть-чуть покраснела.

- А может, вина? – вдруг спросил Кевин. Я посмотрела на него и согласилась. Парень очень симпатичный, тем более, можно сказать, брат. Чего мне опасаться?

Кевин достал бутылку вина и два бокала, сел рядом со мной. Стульев не было, отметила я про себя.

Откупорив бутылку, парень разлил вино по бокалам.

- За встречу? – предложил он. Я кивнула, и мы выпили. Вино оказалось довольно приятным на вкус.

Поговорив о всяких пустяках, перешли к делу. Я спросила, почему он решил отказаться от задания.

- Когда увидел, что ты девушка, решил отложить реализацию, - сказал Кевин.

- Девушек не убиваешь? Принцип?

- Можно и так сказать, красивых девушек, в первую очередь.

- Ты же знаешь, красота – страшное оружие! Мне уже приходилось убивать красотой.

- Знаю, - вздохнул Кевин, - просто решил проверить, наша ты, или нет.

- И что теперь собираешься делать? – спросила я, повертев бокал в руке. – Здесь ты не сможешь меня убить, а потом?

- Никаких «потом» не будет. Меня тоже ликвидируют, когда я с тобой расправлюсь.

- Но почему? Мы плохо работаем? – удивилась я.

- Не знаю, Джина, может, наоборот, хорошо, может, мы что-то узнали лишнее, может, потому что попали под подозрение у полицейских…

- Но мы не можем никого выдать! – перебила я его. - Мы всегда получаем задания шифровкой, сообщения уничтожаются! Даже нельзя узнать, откуда эта пицца, если с самого начала не следить за мной.

- Но мне назвали адрес и приметы! – разволновался Кевин. - И, когда я нашёл бабушку с внуками, они были мертвы, а пицца не тронута!

- Не тронута? – удивилась я. - Газ? А коробка?

- Коробки не было. Пицца лежала на блюде. И походила на домашнюю.

Я хмыкнула. Умельцы, однако!

- Всё равно ничего не понимаю, - пожала я плечами, - можно было привлечь любого разносчика пиццы, объяснить ему, где забрать коробку и отвезти по адресу. Зачем было всё так усложнять? Давай ещё выпьем!

- Давай! – согласился Кевин, наполняя бокалы. Мы отпили несколько глотков.