Страница 45 из 45
— Колись, где косметику берёшь? — спросила вдруг Валя.
— В магазине.
— В каком?
— В поселковом. Неделю назад специально ездила. Да мы же с тобой вместе вечером катались, — спохватилась Рита.
— Ну да, вместе катались. Маски на лицо какие делаешь?
— Как все, так и я. Из огурца свежего, да из клубники. Сейчас малина поспеет, и из неё буду делать. А что?
— Да ничего. У тебя сегодня дивный цвет лица. Оно так и светится.
— Как это светится? — Рита подошла почти вплотную к зеркалу.
— От счастья светится.
— Я ничего не вижу.
— И не увидишь. Это только со стороны заметно.
— В бухгалтерии сказали, что я изменилась.
— То-то же! И там заметили. Может, ты подверглась какому-нибудь облучению?
— В профилакторий на процедуры ходила.
— Не то, совсем не то. Сексом давно занималась?
— Один раз, с Юркой, — смутилась Риточка.
— Ну ты цветочек-бутончик. Тебе сколько лет? Ах да, столько же, как и мне.
— Да мне не с кем. У меня даже жениха нет, — принялась вдруг оправдываться Риточка.
— А Ванька Майский?
— Мы просто друзья.
— Ох ты, горе моё луковое! Он вроде за тобой ухаживал. Ведь так?
— Всё так. Я решила подождать.
— Чего подождать?
— Ты сама говорила, что вдруг жена с детьми объявятся, — пролепетала Риточка почти шёпотом.
— Так ведь не объявились! И в комсомол его приняли и на учёбу осенью отправляют. Бери его тёпленького и пользуйся.
— Как это, брать тёпленького?
— Ну знак ему подай, подмигни что ли. Пусть он знает, что парень тебе нравится. Ведь нравится?
— Я так не умею.
— А с Юркой ты как снюхалась?
— Так он всё сам… Юрка проявил инициативу, а я только поддержала.
— Ну ладно. Проехали, — у Вали созрел план действия. Она решила подойти к Ваньке Майскому и самой, так сказать, навести мосты. Но Валя не успела. Этот день оказался богат на события.
Риточка вышла от Валентины немного ошарашенная. Она поверила наконец в свою уникальность и теперь думала, что предпринять со своей красотой. Вечером вышла на балкон. Мир не изменился. Это она немного похорошела. Ну не подурнела же! Темнота мягко окутала девушку. Было тепло и легко дышалось. Всё, как обычно. Сердце защемило от тоски по несбывшемуся. Почему-то вспомнился Ванька Майский. И тут, словно по мановению волшебной палочки, перед Риточкой возник сам Ванька.
— «Я пришёл».
— Я ждала тебя.
— «Я знаю», — тут парень обнял девушку. Она не отстранилась. Не хотела отстраняться. Ванька не сдержался и поцеловал Риту в нежную шейку. Лёгкий укус. Девушка затрепетала от нахлынувших на неё чувств. Её руки потянулись к голове Ваньки и сняли с него кепочку. Она нежно погладила ладошкой голову. Давно хотела это сделать. А там оказалась совсем не лысина, а ёжик из жёстких только-только пробивающихся волос. Как молоденькая весенняя травка. Ванькины губы оставили в покое юную шейку и потянулись к её невинным губкам. Она интстинктивно подставила свои губы под поцелуй. Он и накрыл её губы своими. Потом неожиданно припал своим чувственным ртом к её верхней губе. Риточка снова дёрнулась, как от удара током. Её всю обдало морозом и жаром одновременно. Ванька прижимал к себе девушку всё сильнее и сильнее. Её тело безвольно повисло у него на руках. Свершилось, вот она вся в его власти. И тут парень отпустил девицу и исчез. Риточка сползла по кирпичной стенке на бетонный пол балкона.
Девушка не поняла, как долго просидела так на бетонном холодном полу. Просто сидела и глядела на сияющие в небе звёзды. О чём думала? О чём мечтала? Да ни о чём. Губы саднило. Шея чесалась в месте укуса. Там снова образовался волдырь. И почему с Ванькой всё так не просто? Предложение руки и сердца он не делает. А она ведь ему чуть не отдалась прямо здесь на балконе. Может, видел кто? Не может быть, темно кругом. Фонарь далеко, а свет в комнате был выключен. Риточке не было стыдно. Ёё настигло разочарование. Хотелось не только поцелуев, а нечто большего, настоящего и навсегда.
Утро не принесло ничего новенького. Только губы немного припухли. «От одного поцелуя!» — подивилась Риточка. Совсем парень целоваться не умеет.
На чаепитие как всегда притопала Татьяна Ивановна и буквально взорвала бухгалтерию новостью:
— Ванька Майский заговорил!
— Как заговорил? — выдавила из себя с сипением Валентина и тоже Ивановна.
— Когда заговорил? — прохрипела Станиславовна.
— Ванька… — начала было Риточка и осеклась. Он разговаривал только с ней и непонятно каким образом. Губы его при этом процессе не шевелились. И вот теперь заговорил, как и все и со всеми.
— Ванька в столовой попросил борщ! — затарахтела, как трактор агрономша.
— Как попросил? — это уже Валентина Ивановна охнула.
— Голосом попросил. Так повариха от неожиданности половник на пол уронила. Голос такой хриплый, механический
— Ну теперь он нам всё расскажет, — обрадовалась Валентина Ивановна.
— Так парень же ничего не помнит, — остудила пыл присутствующих Станиславовна.
— Ну вспомнит когда-нибудь! Ещё один жених на деревне появился, — Татьяна Ивановна со значением посмотрела на Риточку. Риточка залилась непрошеным румянцем. Ей Ванька и без того всегда нравился, а тут такие прозрачные намёки. Прямо душу рвёт на части. Ещё вчерашний поцелуй не остыл на губах. Губы просили повторения. И не только губы. Хотелось всего и сразу. Хотелось обожания, любви и ласки. Но только с одним условием — после свадьбы. Только после свадьбы. Никаких вольностей она больше не допустит. Она девушка порядочная. Да и с родителями не мешало бы Ваньку познакомить. Рита считала себя настоящей комсомолкой. На первом месте — работа, а потом уже и тылы — семья. У них будет комсомольская семья. Может, и свадьбу комсомольскую организовать? А это мысль. Правда комсомольская свадьба предполагает полное отсутствие алкоголя, а это немножко скучно. Надо будет данный вопрос ещё обмозговать. Весь день Риточка пребывала в эйфорическом состоянии. А вечером после работы ждала кавалера в гости. Долго ждала. Даже принарядилась по этому поводу. Не пришёл.
Риточка переоделась в ночнушку и тут только вспомнила, что не закрыла на ночь балконную дверь. Она подошла к балкону, а там Ванька собственной персоной. Парень стоял и глупо улыбался.
— Я хочу с тобой жить вместе долго и счастливо, — голос у него вправду был немного металлический.
— Ты мне что, предложение делаешь?
— А что для этого нужно сделать?
— Подать заявление в Сельский Совет о заключении брака.
— Прямо сейчас?
— Нет, не сейчас. Давай утром, когда Сельсовет откроют.
— Давай утром, — прокаркал Ванька и тут же подхватил Риточку на руки и понёс в комнату. Существо, уже почти человек, неудержимо стремилось к самке. Ванька осторожно уложил свою ношу на постель. Ему показалась лишней одежда. Парень стащил с Риточку ночнушку, сам выскользнул из одеяний. Последними, как полагается, покинули свой пост блюстители целомудрия — женские трусики малюсенькие и очень кружевные. Существо, а по сути человек, Ванька Майский обхватил цепко и вместе с тем ласково Риточку конечностями. Губы сами собой притянулись к ароматной шейке. Не выдержал напряжения почти человеческий самец, слизнул каплю девичьей кровушки. Процесс становления нового человекообразного существа заметно ускорился. Шевельнулась ещё одна непарная конечность. Она находилась где-то между двух других конечностей. Детородный орган в этот момент оказался полностью сформировавшимся и потянулся к собрату — детородному органу самки. В кудрявой головушке Риточки молнией ударила мысль: «И снова до свадьбы…»