Страница 20 из 103
Чад хнычет, когда мы укладываем его, его глаза стеклянные. Он начинает бормотать бессмыслицу, и страх за него сжимает мое сердце тисками. Неужели инфекция могла проникнуть в его кровь так быстро? Я вытираю рукавом пот с его лба, но вместо этого лишь размазываю по нему полосы крови.
Спустя целую вечность друид наклоняется над Чадом и осматривает его руку, поворачивая ее то в одну, то в другую сторону. Я не могу не заметить слой воздушного щита, обернутого вокруг рук друида, как перчатки, благодаря чему их кожа не соприкасается.
— Они использовали свою магию гниения, — бормочет он, а затем поднимает глаза на меня. — Это всего лишь легкий случай.
Друид помещает руку Чада в таз и поливает ее красным вином. Он достает мешочки с травами из разных карманов своей широкой коричневой мантии и посыпает их на кожу Чада, а затем начинает напевать на незнакомом мне языке.
Глаза Чада расширяются, когда из пурпурной жидкости, покрывающей его руку, поднимается пар, но с каждым ударом сердца его взгляд становится все яснее. Я сжимаю его здоровую руку, и она расслабляется.
Наконец друид похлопывает его по плечу.
— Магия отменена. На этом все.
Чад вынимает руку из зелья и осматривает ее. На коже остались небольшие вмятины, окруженные красными пятнами, но нарывы исчезли.
— Что, черт возьми, только что произошло? — Кандра откидывается на пятки. — И я имею в виду не только твою руку. Все это. Сражение с фейри?
Кровь приливает к голове, и меня пронизывает странная эйфория.
Мы сражались и победили.
Мы не бежали, не прятались и не боялись. Эти монстры не сожгли наши дома и не слили нашу кровь, чтобы обмазать ею свои тела. Мы не были жертвами, мы победили.
Я никогда в жизни не чувствовала себя такой сильной.
Я смеюсь, звук странный и сдавленный, но куда лучше, чем слезы. Кандра присоединяется ко мне, а Чад смотрит на нас, как на сумасшедших.
— Сейчас я чувствую, что могу покорить мир, — говорю я, несмотря на дрожь по всему телу.
— Это хорошо, — раздается сильный женский голос позади нас. — Потому что, то, что произошло сегодня, — результат столкновения миров. Они не будут разъединяться в течение нескольких месяцев, и появятся другие фейри, одержимые убийствами.
Я поворачиваюсь на месте к жрице Имоджен, которая стоит перед нами, положив руки на бедра и нахмурив брови.
— Нам нужны охотники, чтобы защитить жителей Эплшилда. Любой, у кого хватит смелости, может воспользоваться этой возможностью.
Имоджен поворачивается на каблуках и уходит, проходя мимо ряда раненых, чтобы помочь друидам-целителям. Я хочу догнать эту женщину и трясти ее, пока она не даст мне объяснения своим загадочным словам, но я узнаю серебристый свет, исходящий из ее рук, когда она склоняется над умирающим человеком. Придется подождать.