Страница 24 из 86
Через пару минут бешеной скачки показалось полотно железной дороги. Рисковать я не стал, перебрался через него шагом, при этом, обернувшись назад, успел сделать пару выстрелов и даже раз попасть. Один из преследователей вылетел из седла, как будто ему в грудь попали кувалдой. Осталось шесть неизвестных мне всадников в китайской форме, которые почему-то очень хотели меня убить. И разделяло нас уже меньше ста метров.
Спустившись с насыпи, вновь послал коня в галоп. Чуть отдалившись от полотна железной дороги, направил коня параллельно ей. Не знаю, сколько осталось до Инкоу, но перед ним обязательно должны быть наши посты у железной дороги, а то и путевая казарма Особого Заамурского пограничного округа.
Мой манёвр позволил преследователям сократить расстояние метров на десять, но тут им пришлось перебираться через железнодорожное полотно, чем они воспользовались, открыв огонь по мне. Опять свист пуль, а я, пригнувшись к шее моего коника, молил всех богов, чтобы он не споткнулся и чтобы кусочки свинца миновали меня.
Кто-то сверху мне точно покровительствовал, прошло уже около пяти минут скачек со стрельбой, а я всё ещё был цел, мало того, оторвался от преследователей метров на двести, и впереди уже можно было рассмотреть строения Инкоу. Ещё пять минут – и я буду у своих. Не рискнут же эти китайцы преследовать меня на глазах у русских солдат и пограничников.
Только об этом подумал, как нога моего скакуна, вернее всего, попала в какую-то нору или яму, и я ощутил восхитительное чувство полёта, за которым последовал страх перед падением и обиды от такой несправедливости. Все пули прошли мимо, а тут…
Удар о землю и процесс торможения получился ожидаемо болезненным. Винтовку-то я выпустил из рук, но шашка за спиной, пистолеты по бокам и револьвер за поясом синяков мне наставили дай боже после моих кувырканий. Подхватив выпавший револьвер и засунув его на место, захромал, постанывая при каждом шаге, не зная, какую ногу выбрать для хромоты, к винтовке, которую тут же взял в руки. Мой мерин бился на земле, пытаясь подняться на ноги.
Долго не раздумывая, выстрелил ему в голову, а после поспешил к застывшему средству моего передвижения, передёргивая затвор. Лёг, прикрывшись мёртвой тушей коня, выцелил вырвавшего вперёд преследователя. Мягко потянул спуск, выстрелил. Ещё одним всадником генерала Ли стало меньше.
Следующего на мушку. Выстрел. Мимо! Передёрнуть затвор. Застыл. Выстрел. Ещё минус один. Оставшиеся четверо преследователей парами начали расходиться в стороны, стреляя с седла в мою сторону. Причем довольно метко. Тело убитой лошади вздрогнуло два раза.
Ещё двоих я смог снять из винтовки, с оставшейся парой разбирался уже с помощью револьвера. Последний выстрел из него я сделал одновременно с последним оставшимся живым преследователем. Показавшееся неожиданно большим отверстие ствола перед глазами, хотя оно было метрах в пятнадцати от меня, я, вскидывающий руку, одновременно нажимая на спусковой крючок и приседая, потом яркая вспышка, удар по голове и темнота. Последняя мысль: «Я выстрелил…»