крыльямагуса6

— Мне бы не хотелось давать лишних клятв, — сказал Кирилл.

— Поверьте, Кирилл Андреевич, эта — не лишняя. Но если вы не хотите, можете выйти.

Выходить Кирилл хотел еще меньше, чем давать клятву, поэтому поклялся первым, за ним нужную формулу пробормотали его отец и сын. Ефремов удовлетворенно кивнул и сказал:

— Елисеев, поставь защиту от прослушивания, и приступим.

— А почему с него клятву не взяли? — возмутился Андрей, внезапно вспомнивший, что он меня не любит.

— Потому что Елисеев дал клятву раньше, — не моргнув глазом выдал Ефремов. Защиту я поставил до его слов, поэтому он тут же свернул на интересующую его тему и вытащил сердечко: — Вот скажи мне, Андрей, что это такое?

— Подвеска на брелок, — ответил тот.

— Откуда вы ее взяли? — сразу вмешался в разговор Лазарев-старший.

— Вытащили из ящика письменного стола вашего внука.

— Тому были свидетели? Я ни на что не намекаю, но мне кажется, вы нас собираетесь подставить.

— Да бросьте, Андрей Кириллович, — раздраженно ответил генерал. — Вы себя сами подставили. Точнее, внук ваш постарался. Хотя Елисеев почему-то уверен, что Андрей ни при чем и его подставили. Вот мы сейчас и разберемся, подставили или он самостоятельно влез в это дерьмо по уши.

— Но это всего лишь подвеска на брелок, — испуганно сказал Андрей. — Я ее проверял на магию, там ничего нет.

— В самом деле, — подтвердил Кирилл после короткого сканирования. — Это не магическая штучка. Не вижу причины для столь пристального внимания к подобной ерунде.

— Это портальный маяк, — важно ответил Ефремов. — Настолько высокотехнологичный, что вы этого не можете обнаружить. Но тот, кто давал Андрею этот маяк, прекрасно знал, что дает, и рассчитывал, что Андрей пронесет этот маяк в «Крылья» и тот окажется в комнате Светланы Тумановой.

— Вы несете какую-то нелогичную чушь, — холодно сказал Кирилл. — Меня никто не убедит даже в том, что это маяк, а уж остальные ваши выкладки вообще не выдерживают никакой критики.

— Елисеев, прояви, — скомандовал Ефремов с видом мученика, которому приходится объяснять элементарные вещи идиотам.

Я проявил вложенные заклинания, и Лазаревы убедились, что перед ними действительно маяк.

— Вчера ночью по этому маяку неустановленное лицо или лица проникло в ваш дом, — добил их Ефремов. — Валерия Дмитриевна, скорее всего, услышала, что кто-то есть в комнате сына, и решила проверить. Злоумышленник отправил в нее паралич и ушел порталом.

Старшие Лазаревы переглянулись, младший упорно смотрел в пол и выглядел так, как будто собирался разреветься. Возможно, дошло, что его мать погибла из-за его глупости.

— То есть она упала на стол под параличом? — уточнил Лазарев-старший.

— Именно, — довольно подтвердил Ефремов. — Злоумышленник не планировал ее убивать. Он вообще не собирался привлекать внимания. Наверняка обнаружил, что попал не туда, куда хотел, и собирался уйти. И мы возвращаемся опять к тому, кто дал этот портальный маяк вашему внуку.

— Сысоев, — глухо сказал Андрей.

— Но мы не враждуем с Сысоевыми, — сказал Андрей Кириллович.

— Не враждовали, — поправил его Кирилл. — Потому что вторжение в наш дом и убийство моей жены им с рук не сойдет. Они первыми объявили нам войну.

— Но это не так, — поморщился Андрей. — Я не должен был оставлять подвеску здесь, мы договаривались, что я пронесу ее в школу.

— Почему ты?

— Потому что Сысоева очень тщательно обыскивали, и он боялся… — тут Андрей замолк, сообразив, что приятель его знатно подставил.

— Что маяк обнаружат, — закончил за него Кирилл. — Андрей, в твоем возрасте пора задумываться о последствиях того, что ты делаешь. Если Сысоев был уверен, что у него будут неприятности при попытке пронести какой-то предмет в школу, помогая ему, ты автоматически принимаешь эти неприятности на себя.

— Сысоев говорил, что неприятности будут только у него. — Андрей, не глядя, кивнул в мою сторону.

— И как? — спросил Ефремов. — У кого теперь неприятности? И это мы еще вскрыли заговор в самом начале. На стадии планирования покушения на великую княжну. Представьте, что было бы, если бы оно состоялось.

— Не вижу связи между маяком и покушением, — заметил Кирилл.

— Я бы вам ответил господин Лазарев, что достаточно того, что ее видит Императорская гвардия, — издевательски ответил Ефремов. — Но так и быть, укажу на очевидное. Вот эту подвеску планировали пронести в школу и заменить ею точно такую же на брелоке у Ермолиной, которая проживает в одной комнате с Тумановой. Дальше продолжать?

— Это ваши предположения, — бросил Кирилл. — Возможно, не имеющие ничего общего с действительностью. Дети могли запланировать шутку, пусть злую, но шутку.

Судя по его виду, он не особо верил в то, что говорил, и сейчас пытался выгородить сына по максимуму, чтобы тот не попал под следствие за покушение, к чему все шло.

— Мы проверим, — важно сказал Ефремов. — Как вы думаете, что случилось бы, пронеси ваш сын подвеску в школу?

— Зная Ярослава, я бы предположил, что маяк в любом случае не оказался бы в одной комнате с Тумановой, — неожиданно ответил Кирилл. — А те, кто по нему перешли бы в школу, наверняка застряли бы в ловушках, которыми так любит себя окружать Ярослав.

— Вы сейчас договоритесь до того, что выяснится, что Андрей действовал в команде с Ярославом и пытался помочь арестовать преступников, — недовольно буркнул Ефремов.

— А разве не так? Он принесет подвеску в школу и передаст Сысоеву. Вы сможете арестовать всех, кто перейдет по маяку, а с нашей семьи будут сняты все обвинения. Вы же понимаете, что моего сына использовали втемную? И что в результате пострадала наша семья?