крыльямагуса6

Разминка дала нужную порцию бодрости, и после завтрака я уже был готов свернуть горы.

— Что у нас сегодня в расписании? — спросил я Дена.

Вместо него ответил Тимофей:

— Ерунда всякая.

— Например?

— Например «Артефакты».

Я бы мог возразить, что это не ерунда, если бы не знал, что под этим звучным названием скрывается всего лишь обучение пользования распространенными артефактами. Никто не собирался нас учить их делать. Впрочем, я и не рассчитывал на серьезные знания, когда сюда стремился, мне нужны были связи.

— Еще алгебра, литература, основы права, немецкий язык и физкультура. Физкультура, кстати, ежедневно, — отрапортовал Денис. — Будут из нас делать атлетов.

Полина рассмеялась, а зря, потому что на физкультуре нас приветствовал старый знакомый, Дмитрий Семенович, который не иначе как мистическим образом переместился из нашей старой школы в эту. Честно говоря, меня это сильно удивило, поскольку я был уверен, что в элитной школе и учителя должны быть элитными. А тут такой сюрприз, и не сказать чтобы приятный. Мне прям почудилось присутствие Рощупкина, которому опять потребуется от меня превращение его в мага. Я даже непроизвольно огляделся, но лишних знакомых лиц не заметил, и то радость.

Мельников, который присутствовал на всех наших занятиях, представил нам и этого учителя:

— Дмитрий Семенович Петров в нашей школе раньше не преподавал. Был выбран из множества кандидатов по причине того, что ему раньше приходилось обучать магов и даже ездить с ними на соревнования.

Прозвучало это солидно, но Полина тихонько хихикнула, да и я с трудом удержался от смеха, сообразив, что маги, с которыми он занимался, — это мы с ней.

— Елисеев, Ермолина, — оскорбленно рявкнул физрук, — смотрю, серьезности у вас ни на грош не прибавилось. Ничего, семена уже посеяны, должны дать всходы. Правильный маг — физически хорошо развитый маг. Я правильно говорю, Михаил Макарович?

— Совершенно, Дмитрий Семенович, — ответил куратор, глядя на физрука с некоторым подозрением.

Похоже, услышал он наши с Полиной смешки и сделал выводы не в пользу физрука. И ведь нельзя сказать, что тот приврал, чтобы получить работу подоходнее: мы с Полиной действительно были магами и действительно участвовали в соревнованиях, на которые возил нас Дмитрий Семенович.

И тут у меня в голове словно щелкнуло: вчера физрука не было, даже директор говорил что-то такое об отсутствии одного из преподавателей, но количество человек совпадало со списочным. А это значит, что на территории школы есть посторонний.

— Дмитрий Семенович, — поднял я руку, — мне срочно нужно выйти на пять минут.

— Прям срочно, Елисеев? Прям до конца урока подождать не может?

— Не может, Дмитрий Семенович. Вопрос безопасности.

Пререкаться с ним не стал, решил, что достаточно того, что поставил в известность. Физрук так не посчитал и что-то грозно рявкнул мне вслед, когда я выскакивал из зала. Убедившись, что ни он, ни куратор за мной не вышли, я достал телефон. Ефремов ответил тут же, и я торопливо вывалил на него свои предположения.

— Где ты вчера был, Елисеев, — проворчал он вместо слов благодарности.

— Кто-то сбежал? — догадался я.

— Да, ночью защитная сеть на выход среагировала, — неохотно подтвердил Ефремов.

— То есть вчера весь день в школе находилось неустановленное лицо с преступными намерениями? Дмитрий Максимович, а вам не кажется, что для школы, которая считается элитной, здесь слишком много бардака?

— Елисеев, поверь мне, в других еще хуже. — При этих словах передо мной встало как живое скривившееся лицо моего собеседника. — Вообще, Елисеев, где подростки — там бардак.

— То есть это был кто-то из школьников?

— Да нет же, судя по остаточным следам — взрослый, — расщедрился на информацию Ефремов. — К вам в блок лезть не пытался, кстати?

— Точно нет. Я вчера полностью защиту сделал и даже стазисные ловушки установил на таких визитеров.

— Тогда жаль, что не пытался, — вздохнул Ефремов. — На камерах никто не отразился. Только и известно, что кто-то вышел. Даже время точное известно и место выхода, а на камерах пустота.

— Я на выходных сделаю артефактные для замены, — решил я. — Конечно, не хотелось бы вам делать такие дорогие подарки, но это безопасность моих людей, в первую очередь.

— Ярослав, а давай так, — явно обрадовался генерал. — Мы прямо сейчас ставим те, что ты делал для нас, а новые ты отдаешь нам. Не дело, что до выходных школа будет защищена меньше, чем могла бы.

Я подумал, что Ефремов мог пожертвовать своими артефактными камерами и раньше, до моего предложения. Впрочем, я не исключал, что это могло не прийти ему в голову, так что я решил обойтись даже без намеков на его жлобство.

— Я бы и общую систему защитных заклинаний усилил, но ведь не дадите?

Я говорил так, как будто мне требовалось согласие, а на деле для себя уже решил, что вплету в защитный контур школы пару заклинаний. Подключись вчера я к той же школьной оповещалке, у меня появился бы шанс поймать установщика камер в нашем блоке.

— Я бы, может, и согласился, — ответил Ефремов. — Но «Крылья» на это не пойдут. Они считают свою систему совершенной и безопасной для школьников. Так что официально я разрешения на это не получу, а значит и тебе не могу дать.

Слово «официально» он выделил столь старательно, что и самый тупой бы догадался: неофициально он мне согласие не просто дает, он практически настаивает, чтобы я внес нужные изменения. Но, разумеется, так, чтобы никто ничего не заметил. А это значило, что действовать нужно до установки артефактных камер. Воздействовать я на них смогу, но это дополнительная трата энергии.

— Ну-ну, безопасной, — хмыкнул я. — Входи кто хочешь, проноси что хочешь. Школе точно нужно что-то менять в системе безопасности.

— Ты не совсем прав, Елисеев. Артефакт бы так не пронесли. Там всех на входе обыскивают и изымают лишнее.

— Лучше бы лишних изымали, — буркнул я, почему-то вспомнив про Сысоева.

Даже Лазарев, который при моем виде скрипел зубами, так не беспокоил, как этот неадекват, явно задумавший какую-то гадость. Каждый раз, когда мы с ним встречались, на его губах расплывалась гаденькая улыбочка, как будто он уже добился желаемого результата или как будто все шло по запланированному им пути.

— Поверь, Ярослав, все подростки, что находятся в «Крыльях», находятся там по праву, и убрать кого-то мы без громкого скандала не сможем, — понял меня Ефремов. — Потому что пока этот кто-то ничего не сделает, руки у нас связаны.

— А когда он что-нибудь сделает, возможно будет уже поздно, — намекнул я. — Наркоманы могут быть совершенно непредсказуемыми.

— На этот случай у нас есть ты, — оптимистично сказал Ефремов. — Так сказать, секретное волховское оружие, хе-хе. Мой тебе совет, будь поосторожней. В чем-то ты прав. Вокруг Сысоевых сейчас нездоровое шевеление, захватывающее в том числе Тихона, но он же не совсем дурак, чтобы подставляться?

Судя по тону, Ефремов сам не верил в то, что говорит.

— Конечно, Дмитрий Максимович, — согласился я, — он не совсем дурак, чтобы подставляться, он собирается подставить меня или даже всех моих.

Интерес Сысоева, проявленный к Полине, указывал как раз на то, что мной ограничиваться не собираются, подставят всех по полной программе.