Свадьбе не бывать!

— Папочка!!! — рев её высочества принцессы Матильды мог посоперничать с самым шумным водопадом королевства. Слезы так и текли по милому, хоть и опухшему, округлому девичьему личику. — Папочка, это ужасно!!!

Ее высочество счастливо сочеталась браком с принцем соседнего государства Родериком всего неделю назад. После веселого времяпрепровождения за свадебным столом и устроенного в честь такого события шикарного бала молодые отбыли на родину принца. Еще вчера звонившая родителям дочь выглядела веселой и довольной жизнью. Что могло приключиться за какие-то сутки?» [3]

После Эристоса вышла Араниса, дриада. Открыв совю книгу, она с чувством начала читать:

- Вечер… Вечер сегодня «радовал» нашу местность отвратительной погодой и практически полной темнотой. Магические шары, освещавшие улицы мягким желтым светом и придававшие округе сказочный вид, сейчас не горели – их магия не выдержала схватки со стихией. Дождь за окном косыми струями щедро поливал истосковавшуюся по нему землю, практически затапливая невинные растения и заставляя животных искать убежище как можно выше. Ветер жутко, словно по покойнику, завывал в верхушках деревьев и безжалостно ломал их хрупкие тонкие ветви. Изредка черное небо освещалось изломанными молниями, а предшествовавший им гром больше походил на предсмертный рык какого-нибудь чересчур опасного хищника. Погода словно стремилась без слов передать все те чувства, что разрывали сейчас мою душу. Хотя почему стремилась?.. Она и передавала: четко, ясно, правильно. Гнев, обида, горечь, ненависть, страх с недавних пор поселились во мне, мешая думать, рассуждать, анализировать. Сейчас я хотела только одного: убивать. Причем убивать бездумно и безжалостно, как и положено настоящей Хозяйке Стихий.

Мать всегда неустанно твердила, что с нашим даром-проклятием спасти этот мир от нас самих может только полный самоконтроль. И я старалась. Видят боги, я действительно каждую минуту старалась держать свои эмоции в узде. До сегодняшнего вечера. Сегодня же… Они заплатят. Все заплатят. Я не остановлюсь ни перед чем. Я разнесу этот город по камешку, я вспомню о дремлющей во мне силе, я…

В руки ткнулась горячая пузатая кружка. Успокоительный отвар: ромашка, календула, какие-то еще травы… Я никогда не могла запомнить их названия. Да и зачем?» [4]

- Спасибо, - улыбнулась я ей. - Кто следующий?

Следующим оказался вампир Ронсор Нагайский, затем — Гарольд Ортонский и Парток, сын Кариса.

Дети выступали дольше, чем планировалось, но в конечном итоге, когда все четырнадцать существ закончили читать книги, я вручила пятерым из них призы: три сборника сказок и две энциклопедии. Последнее стало неожиданностью, так как заранее я об этих призах не объявляла, но наградить только троих не смогла.

Сказки получили две новеньких девочки, до этого в библиотеке не появлявшиеся, и Эристос, как позже оказалось, желавший сделать сюрприз своему младшему брату.

Энциклопедии достались Партоку и Алессандро, одному — книга об оружии, другому — о химических опытах. Судя по заблестевшим глазам парней, в ближайшие недели жителям будет опасно покидать свои дома, слишком уж активно станут экспериментировать парни.

— Остальных конкурсантов прошу не расстраиваться, — мягко улыбнулась я, — впереди нас ожидает еще не один конкурс с отличными призами. А сейчас школьникам пора на занятия.

Народ расходился неохотно, обсуждая полученные книги. Кумушки между собой шептались, причем не стесняясь, что найра библиотекарша что-то чересчур богатые призы выдала, каждая такая книга стоит довольно дорого. Не иначе как разорилась родня найры библиотекарши.

Мне было все равно. Пусть себе болтают. Они и на планировавшееся сегодня заседание клуба любителей чтения собирались заглянуть. И это те дамы, что раньше ни одну книгу в руки не брали. Да уж, страшная вещь — любопытство.

Глава 36

Время до начала клуба любителей чтения пролетело быстро. Я завела несколько карточек, в библиотечном зале появились новые посетители. В остальном же ничего интересного не произошло.

Клуб собрался вовремя. Небольшая комната на этот раз вмещала в себя больше двадцати различных существ. Многие из них сидели молча, слушая рассуждения завсегдатаев клуба или витая в облаках.

Все изменилось, когда дверь отворилась, и на пороге появился Леонард. Как всегда, элегантный, безукоризненно одетый, он беглым взглядом обвел всех присутствующих и поздоровался, видимо, добавив в голос частичку магии:

— Добрый вечер, найры.

И сразу же, без перерыва, добавил будничным тоном:

— Библиотека закрывается. Прошу освободить помещение.

В ответ — поистине немая тишина. Прямо сцена из земной пьесы, поставленная для создания напряжения. Народ повернулся в сторону Леонарда, смотрел на него немигающим взглядом и вряд ли слышал, что именно тот хотел.

Леонард тяжело вздохнул, щелкнул пальцами, и сверху полился дождь. Причем избирательно так полился, исключительно на замерших статуями посетителей библиотеки. Ни меня, ни книги дождь не тронул.

Видимо, капли были холодными, потому что «статуи» взвизгнули и бросились к выходу. Понятия не имею, как они не затоптали Леонарда, особенно если учесть, что на собрании присутствовали и тролльчихи.

— И вам добрый вечер, — поздоровалась я. — Мы почти закончили. Могли бы подождать пару минут.

— Это ты так думаешь, — насмешливо заметил Леонард. — Сомневаюсь, что твои посетители согласятся с тобой. Собирайся. Нас ждет работа.

Изверг.

После закрытия библиотеки мы переместились в знакомую мне комнату.

— В соседнем помещении двое подростков, — сообщил Леонард. — Их допрашивает один из моих сотрудников. Твоя задача: сесть рядом и отмечать по списку вопросов, где какие эмоции выплескиваются.

Я кивнула, принимая задание. Можно даже не вслушиваться в то, что спрашивают. Просто писать рядом то, что почувствую. Легче легкого.

Через несколько минут работа закипела. Гном Аристий задавал вопросы, я отмечала эмоции обоих подростков. Ничего сложного. Тем более что амулет помогал не погружаться в то, что они испытывали. Трудились мы часа три, и домой я вернулась, измученная, уставшая и сонная. Глаза закрывались сами собой. Время было недетское. Поколебавшись, я стянула с себя обувь и верхнюю одежду, дошла до спальни и завалилась в постель, даже не раздеваясь.

Утром меня разбудил грифон. Наглое крикливое создание, которому давно пора открутить голову.

Традиционный утренний моцион, переодевание, завтрак. Можно идти на работу. И я бы туда пошла, если бы в дверь не постучали. Требовательно так постучали. Ну и кого еще принесло в такую рань?

Открыв дверь, я ожидала кого угодно, но только не неожиданного посетителя. Высокий рост, чуть полноватая фигура, карие глаза, темные волосы, прямой нос, тонкие губы… Ну здравствуй, папа. Теперь уже мой, не Вереники. И что ты тут забыл?

Посторонившись, я позволила гостю зайти в прихожую. Дверь захлопнулась.

— Нам нужно поговорить, Вереника, — отец пытался говорить спокойно, но властность и жесткость ощущались в каждом слове.

— Проходи, — я повела рукой в сторону гостиной.

Я примерно догадывалась, зачем он тут отказался. Как же, такой высокопоставленный аристократ, а дочь работает простым библиотекарем в самой глуши. Да еще и живет и одевается не по статусу. А самое главное, до сих пор не замужем. Того и гляди останется старой девой. Непорядок!

Кресло в гостиной было только одно. Но отца это не остановило. Он взмахнул рукой, и на пол встало второе кресло, точно такое же, как и первое. Мы уселись у камина. Потрескивавший в нем огонь всегда успокаивал мои нервы.