крыльямагуса3

— Это чистая смерть, — успокоил его я. — Тело не заразно вообще никаким боком.

— Точно? — недоверчиво спросил он. — Ну и вонища.

— Трупная. Не только от нее

Серый с видом мученика, которого вот-вот вырвет, поднялся и заглянул в коридор, дальше двигаться не стал.

— Я за то, чтобы здесь вообще все сжечь, — неожиданно сказал он.

— Вообще все — нерационально.

— Зато безопасно и… Пойдем отсюда, а то меня сейчас вывернет.

— Могу научить прекрасному фильтру.

— Не здесь и не сейчас.

Он метнулся вниз по лестнице и застыл у охранной преграды. Вид имел достаточно бледный, чтобы я поторопился. Экскурсия явно не удалась. За преграду Серый выскочил с прытью, которую можно ожидать только от юнца, спешащего к любовнице. Те, кто постарше, уже знают, что торопливость — помеха не только в этом деле, но и во многих других.

Оказавшись снаружи, Серый решительно потянул меня на выход, бросив ошарашенной Ирине:

— Мы приедем завтра примерно в это же время.

— А банки? — пискнула она. — Я принесла банки.

— Оставьте их у лестницы.

Он выскочил на улицу и принялся шумно дышать, выталкивая застрявшие в легких миазмы.

— Да, этот особняк — то еще приобретение! Там точно безопасно?

— Пока комнаты не вскрыты — абсолютно. Но и потом, скорее всего, тоже будет безопасно. Проклятие сработало, убило того, на кого было направлено и рассеялось.

— Проклятие? Ты сейчас про что?

— Проклятия — разновидность заклинаний, — пояснил я. — Мы до них пока не дошли. Но дойдем. Удобная и полезная штука.

Всю обратную дорогу Серый меня расспрашивал и о том, чем проклятия отличаются от обычных заклинаний, и о том, почему я думаю, что это именно оно, и о том, когда мы будем изучать. Пришлось обстоятельно объяснять по первым двум вопросам, а на последний я ответил, что не раньше третьей ступени. Это у меня легко получается, потому что я их уже умел делать до попадания сюда, а так там требовалась концентрация, доступная только с третьей ступени.

— А я уже губу раскатал, — хохотнул Серый. — Такие возможности.

— Там и ограничений до фига, — напомнил я. — Либо касание, либо что-то от проклинаемой особы. И не всякое воздействие возможно.

Мы уже доехали до моего дома, но из машины я пока не выходил: если уж разговор зашел, то нужно внести ясность хотя бы по верхам.

— Как вспомню, что сомневался, идти к тебе в ученики, — внезапно сказал Серый, — сразу понимаю, каким болваном был. Ведь без тебя этого бы всего не было.

— Не скромничай, ты тоже руку приложил.

— С моей стороны больше организационные моменты, а с твоей магия. Высококлассная магия. Я даже не думал, что такая бывает. А и знал бы — был бы уверен, что мне недоступна.

— Это еще не высококлассная, — обрадовал я его. — Это среднеремесленный уровень, даже ближе к нижней планке. Вот когда дойдешь до высококлассной, поймешь разницу.

Оставил я его задумчиво размышляющего о перспективах, которые пока у него даже в голове не укладывались.

Планировал я немного позаниматься, и не только магией — назрела необходимость изучить законы, касающиеся магического сообщества, иначе так и буду влипать в неприятности. Но все мои планы пошли прахом, как только я поднялся на второй этаж и обнаружил, что у нас гости. Мужчина лет шестидесяти, напрочь седой, казался смутно знакомым, хотя я точно его раньше не видел.

— А вот и Ярослав, — натужно-радостно сказала мама.

Олег тоже был здесь, выглядел несколько напряженным и даже при моем появлении не расслабился.

— Добрый вечер, — продемонстрировал я хорошее воспитание и вопросительно посмотрел на маму: не могу ли я сразу смыться.

Но смыться не получилось.

— Да он совсем взрослый, — пробасил гость. — Надо же.

— Ярослав, это твой дедушка, — смущенно сказала мама. — Мы тебе звонили, но у тебя телефон отключен.

— Дедушка? — я притворился, что ничего не понимаю.

Хотя все уже понял: мама до сих пор хранила семейные фотографии. Ни мне, ни моему предшественнику они особо интересны не были, но краем глаза что-то все равно цеплялось, поэтому лицо гостя и показалось знакомым. Телефон я действительно отключал перед началом работы в особняке, да так и не включил, заговорился с Серым. Жаль, так бы хотя бы оказался готов к неприятной встрече. То, что эта встреча неприятная, я понял сразу как увидел гостя.

— Дед Андрей, — радостно подтвердил гость. — Отец твоей мамки.

И чему радуется, непонятно. Выставили родители дочь сразу после моего рождения, когда поняли, что золотой дождь с Лазаревых не посыплется, а лишний рот кормить надо. Даже два. А если оба рта убрать, получается вообще значительная экономия. У них же еще был старший сын, у которого тоже имелись дети, но которого за дверь не выставишь так просто, как безответную дочь. А то и вообще выставляли по его наущению, мама не рассказывала, деликатно обходила этот момент.

— Дед Андрей? Это который о нас заботился все эти годы, не пропуская ни одного праздника? — уточнил я у мамы. — Как же помню, помню. Телефон не он мне подарил?

Олег одобрительно хмыкнул, гость ему тоже не нравился, но выступать против жены он не захотел.

— Шутник ты, как я погляжу, — отметил ничуть не смутившийся новоявленный дедушка. — Вы и без моей помощи не бедствуете. Еще как не бедствуете.

Он обвел рукой гостиную, которая действительно выглядела богато.

— Нам это все досталось по случаю, почти даром, — пояснил я. — Квартира после мага, со странностями.

И дал команду духу немного пугнуть гостя. Не так, чтобы жизненная сила потекла, но так, чтобы ему захотелось уйти как можно скорее. Дух подлетел и зашелестел нежеланному родственнику в ухо угрозы. Но тот лишь рукой махнул, словно отгоняя назойливую муху. Для этого способа изгнания он оказался слишком толстокожим.

— А к Мальцевым тебя попутным ветром занесло? — радостно заулыбался он. — Мы сегодня все утро фотографии изучали. Ты на них прекрасно вышел. С Дианой Мальцевой у тебя как?

— Никак, — резко ответил я. — Собственно, кто вы такой, чтобы я перед вами отчитывался?

Нет, я уже понял, что один-единственный поход на день рождения принес с собой массу проблем. Но теперь выяснилось, что к ним добавилась еще одна.

— Ярослав, — ахнула мама. — Как тебе не стыдно?

— Мне не стыдно. Они нас выставили, как паршивых котят, предоставили выживать самостоятельно, а теперь, когда у нас все наладилось, в твоем отце внезапно проснулись родственные чувства. Да денег они просто от нас хотят.

Олег кивнул, соглашаясь со мной. Поддерживал он маму под руку, но та на это не обращала особого внимания, расстроенная разыгрывающейся ссорой.

— А хоть бы и так, — пробасил гость. — У вас денег много, поделитесь — не убудет, а нам все легче станет. И братьям своим поможешь.

— Двоюродным? — уточнил я. — Оба меня старше, так что это они должны помогать мне, а не я им.

— Семья — это семья, — гнул свою линию новый дедушка. — В семье все должны друг другу помогать. Они — тебе, ты — им.

— То есть вы нас все это время семьей не считали, а теперь внезапно оказалось, что мы одна семья?

Дух, раздраженный тем, что на него не обращают внимания, прошел сквозь гостя, тот побелел и схватился за сердце. Вот и пойми сейчас: то ли реакция на духа, то ли представление устраивает. Духу я оттранслировал неодобрение и приказал держаться подальше.