Излом

Несмотря на разрисованное охрой лицо, ее черты были мне до боли знакомы. Они были более грубыми и даже слишком жесткими, но этот разрез глаз… Сестренка!

Внезапно шаманка дернулась, и наш зрительный контакт разорвался. Она резко обернулась и посмотрела в сторону ночного леса. Я проследил за ее взглядом и почувствовал, как по моей коже пробежал холодок. Во рту тут же появился знакомый привкус смерти.

Из тьмы на открытое пространство начали выскакивать уродливые существа, покореженные темной магией. Похожих тварей я уже видел и даже сражался с ними, когда был в теле юного лисолюда.

На пустыре перед пещерой начался хаос. Люди вступили с тварями в бой. Пролилась первая кровь.

Мой носитель попытался подняться, но у него ничего не получилось. Как и у остальных из дюжины. Они могли лишь бессильно наблюдать, как сражаются и погибают их сородичи.

— Твари ночи не ваша забота! — гортанным голосом произнесла шаманка и оглядела лица сидевших вокруг нее людей. — Мы знали, что они придут. Ритуал всегда привлекает их.

В этот раз я понимал ее уже немного лучше, но все равно значение некоторых слов мне приходилось додумывать самостоятельно.

Аура девушки уплотнилась, а письмена на посохе засияли ярче. Несколько уродливых существ попытались напасть на нас, но сквозь магический барьер им пробиться не удалось.

Далее события понеслись с головокружительной быстротой. Золотая мана уплотнилась настолько, что я больше не видел ни того, что происходило на пустыре вокруг костра, ни даже сидящих рядом людей. Энергосистема моего проводника раскалилась до бела. Корявым каналам вот-вот настанет конец, а затем вспыхнет и сам источник.

За мгновение до того, как золотая вспышка поглотила меня, я услышал голос шаманки:

— Вернись живым, Лис.

Жгучий свет сменился спасительной тьмой, и я открыл глаза. Первое, что увидел, серый потолок и массивные деревянные балки моего подвала. Глубоко вдохнув полные легкие воздуха, я поморщился и застонал. Кажется, болела каждая клеточка моего тела.

Быстрый анализ энергосистемы показал, что эксперимент не прошел бесследно. Некоторым каналам досталось, но ничего критического. Золотая мана уже восстанавливала повреждения.

Надо мной склонилось два лица. Обеспокоенное Селины и вечно недовольное Итты.

— Все целы? — прохрипел я.

В горле першило, словно я весь день жевал раскаленный песок.

— Да, не беспокойся, — ответила льюнари. — А ты?

— Вроде цел.

— Ну что? — буркнула Итта. — Оно того стоило? Или опять продолжишь зря переводить ценное добро?

Несмотря на тон и маску недовольства, я ощущал нешуточное беспокойство ниссе. А еще жгучее любопытство.

Я криво улыбнулся.

— Кажется, я нашел третьего носителя.

Ответить мне не успели, в подвал спустилась Вайра. Она и ее сестры находились снаружи и отвечали за некий полог тишины. Чтобы ни один звук не прорвался из подвала.

— Там наверху мальчишка-характерник, — произнесла эфирель, при этом заинтересованно рассматривая подвал и нас. — Он очень напуган. Просит срочно встречи с тобой.