Страница 58 из 93
Щека ускорился и побежал по дуге, чтобы зайти убегающей собаке с правого фланга, а я тоже прибавил газу, чтобы она чуяла запах опасной погони…
— Всё, отбой! — сказал я в баофенг. — Она скрылась в лесу!
Смотрю на пришедшее ранее уведомление.
+71 очко опыта
Мелочь, а приятно.
— Вот блин! — расстроенным тоном ответил мне Щека. — Эх, сука, псина! Ладно! Иду к тебе!
Вместе мы вернулись к остальным. Проф уже занимался сливанием крови из трофеев — подвесил все пять туш на телефонный столб.
Часть мяса, из-за неаккуратных выстрелов, безнадёжно испорчена, но что-то мы со всего этого поимеем.
— Надо требуху извлечь, — произнёс Щека.
— Сначала свяжись с майором и скажи, что одна тварь ушла, — покачал головой Проф.
— А, сейчас, — кивнул Щека и достал радиостанцию.
Тут недалеко, на Фрунзе, стоит военный ретранслятор — я на карте в кабинете Заякина видел. Надо узнать, как это всё работает, а то никогда не интересовался.
— Острог, Эшелон-3 на связи — одна псина выжила, остальные в расходе, — сообщил Щека майору.
— Эшелон-3, Острог, да, зафиксировали, — ответил Заякин. — Возвращайтесь на исходную.
— А вот теперь требуха, — сказал Проф и начал распарывать первую псину.
Работа неприятная, но нужная, поэтому занимаемся ею все вместе.
Фура чуть не сблевала, когда разрезала «свою» собаку, но сдержалась и завершила дело до конца.
Через десять минут на земле остались лежать собачьи внутренности, а всё остальное было замотано в полиэтилен и погружено на крышу минивэна.
— Руки воняют… — сказала морщащаяся от брезгливости Фура.
— Так пахнут деньги, ха-ха-ха! — рассмеялся Щека и демонстративно понюхал свои руки, небрежно вытертые ветошью.
— Буэ… — чуть не сблевала Фура. — Фу… Мудак…
Доезжаем до автовокзала и ставим машину на парковке.
Гражданские и военные, присутствующие на парковке, заинтересованно уставились на наш груз.
Выходим из машины, Фура закуривает сигарету «Полёт» без фильтра — тяжёлые времена…
— Продаёте? — подошёл к нам упитанного сложения седой и бородатый мужик лет пятидесяти.
По виду — какой-то кавказец.
— Смотря чем платят, — ответил ему Проф. — Что есть?
— Сигареты есть, — сказал кавказец. — Вы же этих только что прибили? Вы стреляли, да?
— Мы, — кивнул Проф. — Да, это очень свежие псы.
— Собачатину продаёте? — подошёл парень лет 20–25, одетый в просторные шорты и грязную футболку оверсайз.
— Смотря за что, — сказал Проф. — Принимаем патроны 7,62×39 миллиметров, золото, тушёнку или даже сигареты, но не хуже «Бонда» красного.
— Да кто ж будет тушёнку на собачатину менять⁈ — удивился парень.
— Обмен мяса на тушёнку — три к одному по массе, — сообщил ему Проф.
— О-о-о… — удивился парень. — А надолго здесь?
— Не знаем, — пожал плечами Проф.
— Я вернусь скоро! — пообещал парень и запрыгнул на велосипед, лежащий у ближайших кустов.
— «Бонд» красный — нету, — сказал кавказец. — Есть «Кент» четвёртый. Два блока за килограмм мяса — пойдёт?
— Не пойдёт, — не принял цену Проф.
— Три блока? — спросил кавказец, но не увидел реакции. — Четыре?
— Пойдёт, — кивнул Проф. — Фура, доставай весы.
Мы знали, что так будет, поэтому подготовились. Майор Заякин, как и ожидал Проф, ничего против торговли мясом не имеет — он даже попросил, чтобы мы вошли в положение города и не драли с людей три шкуры.
Собачатина, кстати, вопреки первоначальным опасениям, оказалась вполне приемлемой — мутанты, как выяснилось, первым делом избавились от нахлебников в себе, то есть, каким-то образом форсировали иммунитет. Никакие паразиты и микробы, потенциально способные «отъесть» дефицитных калорий, в собачьих организмах больше не задерживаются — это вопрос энергоэффективности, поэтому логично, что собаки-мутанты «качают» себе иммунитет.
Нас это, кстати, тоже коснулось — если у кого-то раньше были хронические болезни, как, например, ревматизм у Профа, то сейчас их просто нет. Проф, например, применил очень дорогостоящую форсированную регенерацию в первые же дни, чтобы начисто устранить давно мучивший его ревматизм.
Смею предположить, что у животных тоже был выбор, но не буквами и цифрами, а как-то иначе. И только самые тупые из них не избавились от внутренних нахлебников сразу же, на месте. Но тупые сейчас не выживают…
— Сколько мяса хочешь? — спросил Проф.
— У меня есть двадцать два блока, — ответил кавказец. — Но ещё есть золото — сколько хочешь золота за килограмм мяса?
— Ну… — Проф сделал вид, что задумался. — Семь грамм?
— Грабёж, — покачал головой кавказец.
— Пять? — предположил Проф, но тоже не увидел реакции. — Три?
— Вот, — улыбнулся кавказец. — У меня есть девять грамм золота.
— Получается, восемь с половиной килограмм мяса, но округлим до девяти, как для оптового клиента, — кивнул Проф. — Щека, рубай.
Бывший дотер кивнул и вооружился мясницким ножом.
— Сейчас всё привезу, — сказал кавказец и удалился в сторону машин.
Он подъехал на своей Шниве и показал «деньги» — я пересчитал и проверил каждый блок, а затем проверил золото.
— Всё ок, — сообщил я Профу.
— Забирай, — разрешил тот кавказцу.
Щека взвесил пакеты с мясом на глазах у покупателя и тот удовлетворённо кивнул.
— Я напишу своим знакомым — они подъедут и купят у вас мясо, — сказал кавказец.
Он сел в свою Шниву и уехал в сторону города.
Тут приехал тот парень на велике, но не один, а в компании троих людей и не на велике, а на потрёпанной Хонде Сивик.
— Хорошее мясо? — спросила женщина лет сорока.
— Свежее — почти только что их грохнули, — заверил её Щека.
— У нас есть двадцать банок тушёнки, — сказала женщина. — Правда, что меняете по весу 3 к 1?
— Конечно, — улыбнулся Проф.
Щеке пришлось поработать мясником — торговля началась, люди подъезжали и меняли безусловные ценности, блоки сигарет, и условные ценности, золото, на свежую мутантскую собачатину.
— Опа-на! — удивился я. — Дядь Сурен!
Бывший владелец магазина в моём доме недоуменно вгляделся в моё лицо, а затем очень удивился.
— Костя? — спросил он.
— Не узнал, что ли⁈ — заулыбался я.
— Я думал, что ты не выжил, — произнёс он.
— А я думал, что это ты не выжил, потому что я видел твой вынесенный продмаг и лужу крови перед ним, — усмехнулся я. — Хорошо, что всё сложилось не так, как мы думали.
— Да, хорошо, — улыбнулся дядя Сурен.
Он сильно похудел с момента нашей последней встречи. Раньше у него было небольшое пивное пузико, но его больше нет. Щеки впали, под глазами мешки, а взгляд уставший — потрепало его, как вижу.
— В тот раз меня пытались ограбить, но я застрелил мародёра, — сообщил он. — А потом понял, что мне такого не простят и переехал к брату.
— Это что, твой хороший знакомый? — поинтересовался Проф.
— Да какой хороший? — усмехнулся я. — Он мне три банки просроченной кильки и один пакет риса за шесть тысяч рублей продал! Я потом дристал дальше, чем видел! Наверное, сильно в минус по калориям ушёл! За шесть тысяч рублей, блядь!