Страница 72 из 77
Глава 15. Шкипер
Действующие лица: Джон Шепард, Эшли Уильямс
Место действия: «Нормандия»
Шепард шёл по коридору «Нормандии», ощущая на коже прохладный воздух корабля, и невольно снова вспомнил о том, что произошло между ним и Лиарой всего час назад. Этот момент был нежным и чувственным, наполненным эмоциональной близостью, но всё же не дал ему того физического удовлетворения, которого он ожидал. Азари была слишком невинна и неопытна, и Шепард сознательно не стал требовать от неё большего. В конце концов, её эмоциональная открытость оказалась важнее простого физического удовлетворения.
Но раздражающее ощущение недосказанности и неудовлетворённости не покидало его. Это могло сыграть ему на руку — лёгкая злость и напряжение перед боем могли усилить его боевой дух. Однако капитан не мог избавиться от мысли, что холодный расчёт и полная ясность разума сейчас были бы куда предпочтительнее. Впрочем, выбирать уже не приходилось.
Время выхода к орбите ретранслятора на Илос составляло пять минут, и пути назад уже не было. Шепард украл «Нормандию», нарушив приказы Совета и предав Альянс ради этой последней, безумной миссии. Он принял это решение вполне осознанно, и теперь оставалось лишь дойти до конца, каким бы он ни оказался.
Погружённый именно в такие невесёлые мысли, капитан направлялся к лифту, когда неожиданно перед ним с тихим шипением раскрылись двери женской душевой. Из парной дымки, пропитанной ароматом чего-то необычайно притягательного, показалась фигура Эшли.
На ней была небрежно накинутая футболка тёмно-синей униформы Альянса, ткань которой слегка прилипла к влажной коже, подчёркивая её привлекательные изгибы. Тёмные, мокрые волосы свободно спадали на плечи, обрамляя лицо, полное удивления и чего-то ещё, более глубокого. Тонкие, выразительные брови были слегка нахмурены, а губы слегка приоткрыты, будто она только что хотела что-то сказать, но забыла слова при виде капитана. Капли воды медленно стекали по её шее, исчезая под тканью футболки, и Шепард почувствовал, как его дыхание участилось, а сердце забилось быстрее.
Эшли тоже замерла, словно ошеломлённая его появлением. Её тёмные глаза, большие и полные замешательства, встретились с его взглядом и задержались на мгновение. В её взгляде читались одновременно желание и робкая неуверенность. Она молчала, и лишь её дыхание, ставшее более глубоким и прерывистым, выдавало её истинные чувства.
— Шкипер… — выдохнула она тихо, почти шёпотом.
Шепард сглотнул, чувствуя, как кровь прилила к лицу, а тело среагировало гораздо быстрее разума.
— Тебе не обязательно так называть меня, Эшли. Я теперь предатель. Наверное, даже эту униформу носить не должен.
Она медленно приблизилась, почти вплотную. Её взгляд потемнел от желания, смешанного с дерзким вызовом:
— Тогда… — она сделала паузу, и воздух между ними буквально затрещал от напряжения. Её голос опустился до едва слышного шёпота, наполненного таким желанием, что у капитана перехватило дыхание.
— Тогда снимите её, шкипер.
В следующую секунду её рука сжала ворот его униформы, и, прежде чем он успел ответить, Эшли втянула его за собой во влажное тепло душевой комнаты.
Двери за спиной закрылись с тихим шипением, и Шепард погрузился в облако горячего пара. В воздухе еще витал аромат мокрой кожи, перемешанный с медовым запахом шампуня. От тела Эшли исходило живое, ласковое тепло, и она стояла так близко, что капитан ощущал её разгоряченное дыхание на своей коже — особенно, когда она притянула его ещё ближе, не отрывая глубокого взгляда темно-карих глаз. В них пылал огонь — желание и вызов, от которых сердце Шепарда забилось чаще. Разум мужчины судорожно пытался найти в происходящем хоть каплю здравого смысла, твердя, что сейчас совсем не место и не время для этого. Но Шепард сомневался, что вообще способен — или хочет — противостоять Эшли.
— Эшли, я не думаю, что это лучшая идея. У нас есть миссия, которую нужно выполнить, и... — он все же попытался возразить, но его слова застряли в горле, когда она прижалась ртом к его шее.
Прикосновение её чувственных губ оказалось электризующим, по спине Шепарда пробежали мурашки, и тело мигом отреагировало на ласки. Возбуждение, которое так и не смогла погасить Лиара, мгновенно пробудилось в нижней части мужского тела. Пальцы Эшли гладили кожу его головы, притягивая капитана ближе, и он мог различить невероятную страсть в её дыхании, когда она прошептала ему на ухо:
— Мне плевать, капитан. Я хочу тебя.
В следующий момент она прижалась к нему, Шепард ощущал изгиб её фигуры через ткань футболки, под которой, очевидно, не было нижнего белья. Шепард вдруг понял, как сильно скучал по этому ощущению близости, по этой искренней, откровенной физической связи. Запах её кожи, вкус губ, когда Эшли снова и снова целовала его, её дыхание у самого уха — всё это поглотило его, заглушив остатки сомнений. Он больше не думал о предстоящей битве или о том, какие последствия может повлечь за собой этот момент близости. Сейчас имело значение только одно: пламя, вспыхнувшее между ними, прикосновение тел, молчаливое, но ясное осознание того, что, возможно, это их последний шанс почувствовать себя живыми.
— Я так долго этого хотела, шкипер, — прошептала Уильямс, и её голос задрожал от сдерживаемого желания. — Я столько раз представляла нас вместе... Я думала о твоих прикосновениях, твоем вкусе... Твоем теле.
Её чувственные, настойчивые губы вновь скользнули по его шее. Жар её дыхания дрожал на коже, и Шепард вдруг понял, что никогда прежде желание не охватывало его так стремительно. А мысль о том, как долго он этого ждал, как долго Эшли дразнила его своим развратным поведением, но при этом не позволяла овладеть собой, закружила голову мужчине, размывая остатки самоконтроля. Шепард раскрыл рот, чтобы произнести хоть слово, когда пальцы Эшли коснулись застёжек его формы. Шепард застыл; сердце забилось гулко и часто, пока её руки медленно, с преднамеренной мягкой решимостью разнимали пуговицу за пуговицей.
— Эшли, подожди, — успел прошептать он, пытаясь ухватиться за остаток здравого смысла.
Она не слушала. Одним решительным движением Эшли стянула рубашку с его плеч; каждое её прикосновение было нетерпеливым, требовательным, будто давно сдерживаемое пламя её желания наконец-то нашло выход. Шепард ощутил её губы на своей груди, почувствовал её язык, очерчивающий горячую дорожку вдоль ключицы, и понял: остановить её он не может. И не хочет.
Теперь уже он притянул её к себе и ответил поцелуем — жадным, пылким, властным. Сладкий вкус её губ кружил голову, разливая в венах огонь возбуждения. Желание вспыхнуло внутри столь ярко, что остановиться сейчас Шепард не смог бы, даже если бы сам Сарен вошел в дверь. Капитан чувствовал дрожь раскалённого тела сержанта, прижатого к нему, и знал: Эшли возбуждена ничуть не меньше, чем он сам.
Когда его пальцы коснулись края её футболки, Шепард понял, насколько тонка грань между желанием и безумием. Они рисковали всем — своей карьерой, жизнью и судьбой галактики — ради этого мгновения давно подавляемого удовольствия. И все же он не мог остановиться, когда Эшли посмотрела на него. В её глазах он увидел лишь страсть и безрассудную самоотдачу.
Он снял с нее футболку, обнажив подтянутое тело, покрытое капельками воды. На мгновение он замер, любуясь совершенством её фигуры, смуглой кожей, блестящей от воды, и темными мокрыми волосами, прилипшими к ее изгибам. Фигура Эшли поражала гармонией: подтянутая и сильная, она сочетала мягкие женственные изгибы с натренированной статью солдата. Её грудь, круглая и упругая, поднималась в такт быстрому дыханию, а соски, твердые от возбуждения, словно просили капитана поласкать их. Талия была узкой, а бедра широкими, и Шепард невольно залюбовался девушкой, которую второй раз в жизни видел обнаженной. Её фигура была воплощением как женственности, так и силы, и это сочетание Шепард находил невероятно возбуждающим. Он, разумеется, знал, что Эшли находится в отличной физической форме — в конце концов, она была солдатом Альянса — но не подозревал, что она может быть такой сексуальной.