Страница 42 из 77
В тот же момент Уильямс, опирающаяся в стену обеими ладонями, убрала одну руку, чтобы оказать хоть какое-то сопротивление, однако тут же почувствовала, что Шепард слишком силен и она с трудом может сдерживать его давление одной рукой. Тщетно попытавшись юркнуть под собственную рубашку, девушка вернула руку на место, понимая, что если еще раз сделает что-то подобное, то не удержится и рискует поцеловать стену лицом – до того сильно прижимал её сзади СПЕКТР.
Шепард же, получив доступ к верхней части тела девушки, принялся исследовать его с жадностью дорвавшегося до пищи голодающего варрена. Он почти с наслаждением ощутил, как слегка дрожит тело Эшли, когда положил руку ей на живот. Аккуратный маленький пупок Джон почти не трогал – лишь провел по нему пальчиком, чтобы дать девушке понять, что даже такая беззащитная часть тела сейчас находится в полной власти капитана. Затем, стараясь как можно быстрее добраться до своей цели на теле девушки, Джон повел руку выше и вскоре натолкнулся на плотный спортивный лиф. Шепард подумал, не ворваться ли под него сразу, но передумал, хоть и с трудом сдержав начавшую захлестывать тело и разум похоть. Рука Шепарда обхватила правую грудь Эшли через лиф, и от ощущения большой, тяжелой, но при этом упругой груди девушки, которая находилась полностью в его руках, капитан ощутил, как его член стал стремительно набирать силу.
Эшли не могла не чувствовать, как вместо ладони капитана в её зад теперь упирается то, что сильно оттягивало штаны Джона. С каждым новым прикосновением Шепарда к скрытой за тканью нижнего белья груди Эшли детородный орган мужчины наливался кровью, и прошло всего несколько секунд, прежде чем в одежде офицеру Альянса стало находиться неудобно и даже болезненно. К счастью, у него имелась вторая рука, которая будто все это время ждала своего часа. Шепард держал её на кобуре пистолета и не пускал в дело, потому что в опасной близости от нее находилось сгенерированное Тали защитное поле. Однако сейчас Шепарду было все равно. Он коснулся поля, ощутив несильный удар током, но даже не поморщился. Рука, сильно изогнувшись, рванулась к штанам, но по пути остановилась. Шепард решил еще раз насладиться сексуальной попкой своей подчиненной, на этот раз уделив внимание её левой ягодице.
Капитан принялся мять и сжимать упругий зад Эшли, сильно желая отвесить этой привлекательной заднице увесистый шлепок – эта попка была слишком хороша, чтобы не насладиться ощущением полной власти над ней. Однако шлепнуть Эшли не выходило – слишком плотно стояли друг к другу люди. Зато теперь Джон имел возможность наслаждаться как грудью красавицы, так и её попкой, и от ощущения почти полного контроля над телом брюнетки капитан сходил с ума. Он не до конца осознавал риск, к которому могли привезти его действия, и, по правде говоря, не желал даже думать о нем. Сейчас Шепард больше прислушивался к собственному удовольствию, которое получал, лапая упругий зад Уильямс и играясь с её сиськами. То правая, то левая грудь оказывались в ладони Шепарда, и он даже старался нащупать через спортивный лиф сосочки, но либо девушка не была достаточно возбуждена для того, чтобы капитан мог ощущать твердость её сосков, либо ткань нижнего белья оказалась слишком плотной.
— Шепард… — капитану показалось, или в этот раз его фамилия звучала тише? Это было странно, потому что где-то в глубине души он, наоборот, готов был к тому, что рано или поздно сержант повысит голос. Она, конечно, вряд ли дойдет до крика, не станет привлекать внимание окружающих, тем более большую часть из которых составляют инопланетяне. Но в том, что рано или поздно она рявкнет на слишком много себе позволяющего капитана, Джон не сомневался. И от того сильнее удивился, когда вместо гневного возгласа с губок сержанта сорвался едва различимый в окружающем шуме звук его фамилии.
Джон открыл было рот, чтобы ответить, но понял, что сказать ему нечего. За него говорили руки. Руки, которые сейчас властвовали на теле Эшли, и если левая рука Шепарда просто наслаждалась изгибами ягодиц и бедер девушки, то правая вела себя намного вызывающе. Повинуясь бесстрашной похоти своего хозяина, рука отправилась в дальнейшее путешествие и юркнула под спортивный лиф Уильямс. Обнаженная грудь Эшли оказалась в полной власти Джона, и тот, обхватив грудь красавицы своей большой ладонью, мог поклясться, что почувствовал, как твердеют от его прикосновений сосочки. От ощущения голой кожи груди девушки, Шепард захотел прижаться к Эшли своим пахом так сильно, чтобы та почувствовала, насколько тверд запертый в плену брюк член капитана. Он мог прошептать беззащитной и обездвиженной красавице на ухо, как сильно та его возбуждает, но Джон решил, что гораздо лучше дать девушке почувствовать это своим телом.
Прижавшись к упругой заднице Эшли, Шепард сосредоточился на том, чтобы его огромный, мучающийся в плену детородный орган оказался точно в ложбинке между полушариями девушки. Мужчина сходил с ума от желания снять с красавицы штаны и дать ей ощутить железную твердость его члена каждой дырочкой. Шепард сосредоточился на собственных ощущениях, продолжая поступательные движения пахом. Его член через плотную, раздражающую своей прочностью ткань штанов терся о попку Уильямс, пока руки капитана игрались с её грудью. Джон сжимал её соблазнительные полушария, пальцами игрался с сосочками, ощущал отличную от остальной груди кожу ареолов и пытался представить их форму, цвет и даже вкус. Джона съедала досада от того, что он так и не получил тогда в трюме возможность припасть к аппетитным сиськам Эшли ртом, и от этой обиды капитан еще больше внимания уделял тактильным ощущениям, которые получал от ласки женской груди. Ему не показалось – в ответ на его грубые прикосновения, сосочки девушки стали твердеть. От капитана не укрылось, как порозовела и покрылась мурашками шея Эшли, и участилось её дыхание.
Джон продолжал мучить красавицу и дальше забавляться с её грудью. Сначала он, словно играя на крайне эротичном музыкальном инструменте, осторожно провел ладонью поперек сосков, наслаждаясь их каменной твердостью. Затем принялся гладить по какой-то несправедливой причине недоступные его рту сладкие и сочные вишенки женской груди отдельно каждым пальцем, наслаждаясь прикосновением своей жесткой кожи к нежной и отзывчивой части тела сержанта. Шепард позволил соску правой груди Уильямс ощутить форму всей его ладони, перекатывая крошечные ягодки обнаженной груди по периметру каждого пальца. Капитан не торопился, понимая, насколько осторожным следует быть, прикасаясь к столь эрогенной зоне женского тела. Словно решив окончательно получить контроль над прекрасным телом Эшли, большая ладонь Шепарда обхватила сразу два полушария красотки, подушечками указательного пальца и мизинца одновременно нажимая на оба сосочка словно на кнопки управления женским телом. А когда, не рассчитав силу из-за переполнявшего его возбуждения, Джон слишком сильно сжал левый сосок красавицы пальцами, с удивлением и удовольствие ощутил, как попка сержанта Уильямс вдруг подалась ему навстречу.
— Наконец-то! – неожиданно воскликнула Тали, и Шепард, забывший о существовании кого-либо в мире, кроме него и его малоподвижной пассии, перевел на кварианку удивленный взгляд. Возглас девушки полностью соответствовал тем мыслям, что пронеслись в голове Джона, когда Эшли подалась назад. Но он упорно не понимал, какие инопланетные технологии позволили кварианке прочитать его мысли. Выражение лица капитана выражало, очевидно, такое непонимание происходящего, что Тали решила самостоятельно уточнить:
— У меня получилось, кабина сейчас поедет. Правда придется ехать без остановок до нижнего этажа. С этим инструментроном я как пыжак без хвоста и со связанными лапками…