Страница 4 из 122
Развалившись на большой кровати номера столичного отеля близ Патриарших прудов, я наконец включила свой телефон. Впредь, на него будут поступать звонки только от моего шефа и риелтора. Для всех остальных он будет недоступен.
На новеньком экране звонкими оповещениями посыпались пропущенные от надоевшего Артура. Семь звонков — рекорд для наших последних месяцев отношений. С легкой руки отправила его в черный список контактов. Нет тебя больше в моей жизни.
Следом полетела Регина со своими сетующими нравоучениями. Она все еще взывала к моей совести и памяти о двадцати годах дружбы. Смешная лицемерная дура. Другого не скажешь. О какой дружбе ты думала, трахаясь с моим парнем? Где же была твоя двадцатилетняя дружба, когда я стояла у открытой могилы своей любимой матери? Где была твоя дружеская рука?
Я гулко выдохнула, отпуская жалостливые ноты. Жалость разрушает. Долой страдания. Долой злость на фальшь и несправедливость. Мне еще не раз придется обжечься. Впереди целая жизнь.
Я протянула руку и выставила камеру фронтального обзора, щелкнула пальцем и запечатлела себя с легкой улыбкой на голубом покрывале. Волосы веером раскидались по атласному настилу аки солнышко. Легким движением руки в "Инстаграм" полетела первая фотка за три последних месяца с надписью “Привет, Москва! Здравствуй, начало новой жизни”.
С чувством выполненного долга поднялась, приняла душ с дороги и отправилась бродить по улицам суетливой столицы.
Меня ждали три невероятных дня, чтобы напомнить себе о том, как прекрасен этот город.
***
Люди спешат куда-то, на лицах вырисовывается хмурая напряженность, а я вальяжно разбиваю массу, прокладывая себе путь к величественной красной площади. Послеполуденное солнце печет неимоверно, когда я с восторгом замираю у Спасской башни. Толпа китайских туристов дерут глотки, а я медитативно наслаждаюсь масштабом строения. Шум города остается где-то в другой реальности, легкий ветерок остужает кожу. Запахи перемен витают в воздухе. Динамичная Москва наполняет вдохновением.
Неспешно прогуливаюсь по внутренней территории. Очередь в мавзолей, как всегда, бьет рекорды. Никогда не понимала людей, желающих потратить несколько часов, чтобы попялиться на забальзамированный труп умершего человека. Ни разу там не была. И вряд ли буду.
Кормлю уток на Патриарших прудах и задумчиво ковыляю до метро, с желанием прогуляться по вечернему Арбату.
Солнце катится за горизонт, разбрасывая рыжие краски на чистом небе. Мои русые волосы нежно теребит приятный ветерок, путая их в пуговицах куртки. Благостная улыбка расползается на моем лице. Мирно и спокойно. Никуда спешить не надо. Рай для побитого сердца.
Толпы людей обтекают меня, заливистый смех наводняет старый Арбат. Буйство красок насилует внимание.
Добрый "Старбакс" дарит вкусный теплый латте с корицей и апельсиновой стружкой. Овощной салат с уткой утоляет голод. Я с довольной улыбкой пялюсь на гуляющий народ в большие окна любимого кафе, согревая руки в дымной чашке кофе. Очередная фотография летит в соц сеть с хештегом #всетольконачинается#.
Первый пост, опубликованный по прилету, изобилует комментариями, я с грустью отмечаю активизировавшихся подруг.
“Что ты делаешь в Москве?”
“Что значит, здравствуй начало новой жизнь?”
“Ты в отпуск? Когда вернешься?”
Горькая усмешка прорезает уста. Вот значит как надо привлекать внимание и напоминать о себе. Смешно. И грустно.
Катя что-то строчит в директе. Я пролистываю вниз, не желая вступать в разговор. Строчка с иконкой одноклассницы мерцает среди добрых пожеланий бывших коллег легкой дороги в путешествии.
Я открываю сообщение, вспоминая давно забытую девчонку. В школе мы тесно дружили. Но после окончания она улетела в столицу покорять МГУ. Диалоги сошлись на нет, ограничиваясь лишь лайками в инста-сети. Расстояние всегда разделяет. В прямом и переносном смысле. Елена Ростовская была третьей подругой в нашем трио с Региной Шульц. Только после отлета Елены в Москву к нам с Региной присоединились Оля и Катя. И нас стало четверо.
С тех пор много воды утекло. Елена Ростовская ни разу не приезжала в свой родной город.
“Ты в Москве?” — пишет она.
“Да” — неторопливо отвечаю, замечая её статус онлайн.
“Какие планы? Надолго? Давай пообедаем завтра? Столько лет не виделись.”
С удовольствием соглашаюсь на эту встречу. Ностальгия накатывает, хоть и связывает её нежеланный объект. Ведь придется поведать о Регине Шульц. Клещами будет вытягивать. Бойкая девчонка по имени Елена способна разговорить мертвеца. Мне еще долго не хватало её авантюрного характера. Безбашенные приключения не раз вспоминались мной в первые годы учебы в университете. Регина была не такой. Приходилось сталкивать её с дивана, чтобы увлечь в какое-нибудь приключение. Занудство и леность приходилось пресекать жестким словом. И хмурыми взглядами Оли с Катей.
***
— Девушка, ваши глаза открыли во мне талант поэта, — Крепкий блондин с хулиганской прической бесцеремонно усаживается ко мне за столик напротив. Внешность приятная, но белоснежные виниры вызывают тошноту. То ли сам парень, как представитель мужской половины, вызывает спазм в горле. Сложно сказать, что именно отталкивает от общения с ним. Наверное, все вместе.
— И чего же в них поэтичного? — Слабо поддерживаю разговор, ища пути к отступлению.
— Они как теплая водная гладь, притягивают своей глубиной и потрясающим оттенком, — Парень подается вперед, складывая руки на стол и прикасаясь к моим пальцам. Белая футболка с известным логотипом натягивается на крепких плечах.
Ненавижу такой самоуверенный подкат. Отдергиваю руку, хмуро пронзая карие глаза.
— А в порыве гнева ваши глаза похожи на буйство бескрайнего океана, — Продолжает он. — Вы покорили меня. Давайте познакомимся.
— Как вас зовут? — Нехотя спрашиваю я. Надо тактично отделаться от нежданного воздыхателя. Хотя наглые искры во взгляде вряд ли задержат его надолго в этих рядах. Знаем, проходили. Мальчики, живущие одним днем для удовольствий и развлечений, не скрывая своих кобелиных задатков.
— Станислав, а вас? — Вальяжно приподнимает правую ухоженную бровь.
— Станислав, — Аккуратно начинаю свою операцию по избавлению. — Я девушка не свободная, поэтому не смогу вам ответить взаимностью.
Вру безбожно, но а что поделать?
— Разве это проблема? — Хитро улыбается в ответ.
Вот зараза. Хоть бы постеснялся. Ни каких принципов и границ дозволенного. Не удивлена.
— Для меня — да. Не поражена ядовитым вирусом аморальности современного общества.
— Почему же ядовитым? Очень даже полезным, — Так-с, задача усложняется. Парень непробиваем и начинает бесить.
— Станислав, мне это не интересно. Не тратьте зря время. У меня самолет через три часа, вынуждена вас оставить, — поспешно собираю вещи со стола.
— Куда летите? — Не сдается парень.
— Домой.
— Из какого города?
— Хабаровск, — бросаю первый вспомнившийся город. Главное, что далекий от сюда. Желания навещать меня там точно не возникнет. Надо было Петропавловск-Камчатский назвать.