Страница 21 из 122
— Просто это нереальное предлож…
— Молчи, говорю, — Напирает, тяжело вздыхая. — Ты бы не предоставила мне свою квартиру в России, если у тебя была такая возможность?
— Предоставила бы, — Копирую его вздох, но сомнения выедают изнутри.
— Так в чем тогда разница? У меня есть возможность — я помогаю. Перестань видеть во всем подвох, мне еще в Мексике хотелось тебя треснуть за это.
— Ну вот такая я, — Понуро отвечаю.
— Учись доверять людям. А то твои подозрения вызывают обиды.
— Прости, — И всхлипнула. Ведь пальцем в больное место тыкнул.
Мы ещё долго разговаривали с Майком. Он полоскал мне мозг, а я кивала как китайский болванчик. Под натиском его аргументов почти согласилась. Но для себя обещала подумать. А точнее вместо трехсот долларов в месяц, я решила переводить Эмилии пятьсот. Так мне ощущалось спокойнее. Не люблю быть нахлебником. Ну и конечно же не сказала об этом другу, надо будет образовать коалицию с его тетушкой и создать свою личную тайну. Так проще всем.
Глава 12
Восемь вечера, легкий ветерок и волнующий шум прибоя. Трепет и ощущения безграничного счастья. Именно так я чувствую себя, стоя на открытой деревянной террасе волшебного ресторанчика. Аккуратные мягкие диванчики, обитые деревом, замысловатые декоративные фонари в полный рост и яркие лучи заходящего солнца — вот, что чарует своей простотой и пленительной красотой.
Я была очень удивлена выбору ребят. Праздновать Новый Год в этой части острова я бы не догадалась.
Мы разместились в очень красивом и уютном баре-ресторане на пляже Банг Рак — отдаленном, почти уединенном месте рядом с Большим Буддой. Здесь мало увеселительных заведений, в основном тихие барчики и небольшие кафешки. Наше выбранное место оказалось двухэтажным, с террасой на верхнем этаже. Данный ресторанчик туристы называют баром закатов. Вид фантастический. Ты почти висишь над голубым морем, на просторах которого томятся небольшие лодочки и белоснежные катера. Никаких криков и суеты, место для размеренного и душевного отдыха в компании родных и друзей.
Празднование Нового года я представляла на каком-нибудь пляже Чавенг, где музыка и людской гул громом стоят на весь район. А тут такой кайф. Приятно удивилась.
Мои австралийцы объяснили, что у них дома не принято встречать новый виток земли с бурным размахом. В основном справляют в кругу семьи в тихих местах. Некоторые вообще не отмечают. Ну, почти как у нас.
Когда солнце прячется за горизонтом, нам включают иллюминацию, и я на мгновение проваливаюсь в детские чувства восторга. Фасад мерцает, елочка в зале переливается. Администрация кафе хорошо подготовилась, яркие гирлянды и фонари создают волнительный настрой и предчувствие новых перемен. Трепет разливается по груди и вытаскивает наружу маленького ребенка.
Несмотря на недавнее знакомство с ребятами, я ощущаю себя в своей тарелке, мне уютно рядом с ними, и кажется, они тоже меня приняли.
Основной банкет проходит в помещении на втором этаже, на первом — кипит работа. На самой террасе сделали фуршетную зону, с которой нам обещали открыть вид на бомбический салют. Сердечко предвкушающе забилось.
Невзирая на праздничность вечера, мы с ребятами облачились в обыденную одежду. Парни выбрали джинсовые шорты и светлые футболки-поло, а мы с девчонками надели простые платья по фигуре и отдали предпочтения обычным римлянкам на ногах.
Я выбрала хлопковое платье на бретельках цвета темной фуксии, миди-длина которого не сковывает движений. Удобная черная обувь завершает образ. Распущенные длинные волосы скрывают мои открытые плечи, а легкий макияж делает образ гармоничным. В общем, просто, но со вкусом. А главное неброско.
Вопреки всем принципам проведения торжественных мероприятий — в зале относительно тихо, музыка играет фоном и не напрягает. Гости разбиты по своим группкам, поглощены едой и друг другом. Здесь очень комфортно.
Я накидала себе в тарелку овощей и закуски из морепродуктов, на основное блюдо заказала барракуду — особь небольшого размера, мясо которой отличается интересным вкусом. Одна из моих любимых рыб в Таиланде.
Ребята заказывают бутылку игристого вина, а я незаметно у бара прошу сделать мне безалкогольный мохито, который собираюсь тянуть весь вечер. Пить не хочется от слова совсем, намерена встретить Новый год трезво и осмысленно.
— И ты не выпьешь с нами шипучки? — Харпер пытается сделать опечаленное лицо. — А как же международное объединение?
— Что ты пристал к ней? — Эрин толкает своего парня в бок и с сочувствием смотрит на меня.
О моем алкогольном табу на эту ночь, а может и на многие впереди, знает только она. В последнее время меня заметно отворачивает от многих привычных людских развлечений, которые я называю “убийцами дофамина”. Даже на химическую еду смотрю с несвойственным отвращением, ведь раньше сырные палочки в кляре из знаменитого бистро были моей любимой закуской. А теперь от них сводит язык и подташнивает. На дым кальяна — аналогичная реакция. Считаю данные метаморфозы “побочным” эффектом отшельничества. Видать, чудеса ментального очищения влияют на общее состояние ума и переоценку образа жизни, а вместе с ними и ценностей. Вкусы сильно меняются, меня тянет к простой пищи без канцерогенов, жира, соли и сахара. Рыба, морепродукты, овощи, фрукты — вот чего требуют клетки моего организма. Тайские фрукты — отдельный разговор — неописуемый восторг. Я очень буду скучать по дуриану, по лучшему вкусу, который мне удавалось ощущать на языке. И все там нормально с запахом, если не давать фрукту преть.
— Я боюсь его пить, — Честно признаюсь ребятам. От игристого вина мне всегда становилось плохо, эти пузырики запускали в желудке целую бурю и норовили его разорвать. — Потом пол вечера буду мучатся от болевых спазмов и тошноты. Мохито побережней обращается с мои желудком. — С улыбкой добавляю, утаивая, что алкоголя там ни грамма.
— Понял, — Бойко отвечает Харпер, закидывая руки в капитулирующем знаке, и оставляет все попытки втянуть меня в “газовый разврат”.
К десяти вечера на импровизированную сцену в конце зала выходят музыканты во главе с высокой вокалисткой, чьи кудрявая шапочка волос и темный цвет кожи вызывают образы из американских джазовых фильмов. Ярко-красное платье в пайетках до пола рябит в глазах, контраст с кожей не даёт оторваться. Я улыбаюсь, когда она заводит первые ноты Jingle Bells в натуральном миноре. Очень интересная передача, Фрэнк Синатра был бы рад такому исполнению.
Я направляю камеру фронтального обзора на себя с ребятами, на заднем плане цепляя экзотическую певицу, и мы дружно начинаем подпевать. Нам конечно далеко до способностей блестящей вокалистки, зато смеемся от души.
На перерыве отправляю видео в "Инстаграм", поздравляя своих подписчиков с наступающим, и не забываю рассказать об этом замечательно атмосферном месте. Не представляете, как приятно получать обратные поздравления со всех уголков света. Поздравления сыпятся на испанском, итальянском, чешском, арабская вязь затесалась, и на корейском мне кто-то настрочил, остальные языки я могу распознать только благодаря переводчику "Инсты". И так волнительно читать эти строки, мурашки бегут по рукам, а в глазах застывают слезы. Со мной целый мир, нечего печалиться.
К одиннадцати мы с ребятами отъелись, откинулись на спинки наших мягких кресел и лениво ведём дискуссию относительно отдыха в Мексике. Как оказалось, ребята там тоже были, но посетили только восточную часть страны. Парни очень живо рассказывают о мексиканской мафии, которую я, слава Богу, не встретила. Расскажи Харпер об этом пол года назад, есть вероятность, что я туда бы не поехала. Но как говориться, если о чем-то не слышал, то есть шанс и не увидеть.