Перья столь порочные

Глава 17



Себиан

Наши дни, замок Дипмарш, покои Себиана

Спасибо, что оберегаешь меня.

Эти слова эхом отзывались во мне, и под их звон стало проще не обращать внимания на уколы боли под тяжестью головы Галантии. Она проспала до самого рассвета у меня на изуродованной руке, дышала ровно и глубоко. Сколько времени прошло с тех пор, как я в последний раз держал женщину вот так?

Две ночи.

Может, три.

С той лишь разницей, что ту, леди-как-там-её-звали, я выставил за дверь сразу после того, как утолил свою нужду — и её тоже, потому что я не эгоистичный ублюдок, — как и всех прочих женщин, с которыми спал. Вороны или люди — всё равно, они не оставались у меня в постели. Не совали свои ледяные ступни под мою голень. И уж точно я не позволял я никому пускать слюни мне в подмышку.

Я уставился на тонкую струйку слюны в уголке рта Галантии, не понимая, что думать об этой… вялости в мышцах и костях. Буря стихла несколько часов назад, и примерно тогда же я впервые ощутил, что хочу ссать. Так какого хрена она всё ещё здесь?

Потому что с ней было хорошо.

Такая мягкая и маленькая.

Неоспоримо женственная.

Я провёл своей изуродованной, онемевшей рукой по её пояснице под мехами, ощущая одновременно почти ничего и слишком многое. Богиня, помоги мне, но в моих глазах она была чертовски прекрасна, даже с этой слюной.

Может, это и к лучшему, что я ещё не выставил её. Очевидно, Малир сегодня утром заходил в её покои.

Откуда я знал?

Потому что он сидел прямо рядом с нами.

Я повернул голову в сторону тяжёлого биения его пульса, туда, где он устроился в кресле у окна.

— Долго ты тут сидишь?

— Учитывая, что подкрасться к следопыту должно быть невозможно?.. — Его пальцы машинально теребили серебряный знак, вышитый на груди чёрного камзола, а лицо оставалось пустым, нечитаемым. — Достаточно долго, чтобы удивиться, не вырубился ли ты снова в хлам, раз даже не шелохнулся, когда я вошёл.

Мои челюсти стиснулись от этой реплики — её вполне мог бы выдать Аскер. Словно моё личное время — хоть как-то их дело, при том что я всегда являлся на любое поручение…

— Я уже несколько дней не заходил в таверну, — отрезал я. Библиотека для Галантии, поиск книг, слежка, чтобы она не вляпалась в неприятности на рынке… всё это вырезало куски из моих дней. — Эта тут меня занимает.

Взгляд Малира на долю секунды скользнул к Галантии, прежде чем снова встретился с моим, его челюсти чуть напряглись.

— Да, я заметил.

Когда дыхание Галантии едва заметно изменилось от звука его голоса, я потянулся к кожаному мешочку, привязанному к изголовью кровати, достал белый кристалл соли, сжал его, пока он не рассыпался, и поднёс над её головой, позволяя вырвавшимся теням соткать почти невидимую завесу вокруг её лица, приглушив наши голоса.

— Я пришёл сюда, боясь, что мою игрушку куда-то уволокли, — резко произнёс Малир. — Увидеть женщину в твоей постели в этот час само по себе было странно, так что представь моё удивление, когда я понял, что это она.

В его голосе звучало что-то странное, пугающе близкое к… ревности? Нет, этого не может быть. Не в нашей крови, по крайней мере не из-за какой-то человечки. Да, мы существа моногамные, собственнические, глубоко преданные, но только своей связанной паре. Так что же это было?

Раздражение? Недоумение?

Или он просто пёрнул неудачно?

Я не мог уловить суть, но позволил себе усмешку.

— Удивление? Она может ненавидеть тебя, но под мои меха залезла без особых возражений.

Он закатил глаза.

— Да, мы оба знаем, что с твоим пресловутым… обаянием я не в силах тягаться.

— Даже тот, у кого обаяние сифилитических язв, смотрелся бы на твоём фоне более выигрышно, Малир, — заметил я. — Ты отвратителен с ней при каждой возможности — ранишь и унижаешь. Это толкает её прямо в мои объятия… и в мою постель.

Его челюсти напряглись, но лишь до тех пор, пока на лице не появилась самодовольная искривлённая усмешка.

— По-твоему, кто из нас двоих заставляет её стонать и покрываться влагой на бёдрах до того, как она бросается в объятия? Режет её? Унижает? Политика отвлекала меня в последнее время, так что я ещё не пришёл к какому-то выводу.

— Разве это имеет значение? В конце концов, ты преследуешь ее на моем пути, мокрую и растерянную. Она так изголодалась по вниманию, что даже малейшая крупица доброты с твоей стороны действует на нее сильнее всего. — Почему, я не знал, но начинал думать, что дома она не получала ни того, ни другого. — Но, как ты уже говорил, она не заслуживает удовольствия от тебя. — Я усилил свою ухмылку. — И это прекрасно. В любом случае, у меня это получается лучше. Она может истекать по всей длине моего члена и стонать мое имя, когда кончает на него, в любое время, когда ей это нужно.

Шумно выдохнув, Малир глубже утопился в кресле.

— Надеюсь, ты её не испортил.

— Нет, даже когда её крошечная узкая пиздёнка молила об этом. — И она действительно молила, поднимая бёдра всякий раз, когда мой член слегка касался её отверстия, так готовая, наконец, стать женщиной. — Может, я заставлю её помолить ещё немного, прежде чем отпущу.

— Ну конечно, удовлетворяй свою жажду мести на невесте Домрена, пока можешь. Брисден среагировал быстрее, чем я ожидал. — Он вытянул и скрестил ноги. — Несколько дней назад два экипажа покинули Тайдстоун в сопровождении полного состава солдат. Они движутся на юго-запад вдоль реки. Аскер рассчитывает, что они достигнут Дипмарша через несколько дней, если пороги не снесут мост после этой проклятой бури.

— Так значит, высокородная красавица возвращается домой. — Чёрт, какая жалость. Мне бы не помешало задержать её ещё немного. На самом деле, мне нравилось быть рядом с ней, когда она была вся милая, смущённая и напуганная. Чёрт, она была так напугана прошлой ночью. — Брисден направляется сюда?

— Нет. Он не сделал бы мне этого одолжения, прекрасно понимая, что я убью его даже под белыми знаменами.

— А что если это ловушка? Барат может мобилизовать войска прямо сейчас и быть достаточно глуп, чтобы вести их с севера.

— Столичные войска остаются на месте. Лорн и я обследовали дороги, ведущие из Аммаретта, как раз по этому поводу. Ночевали на утёсах по пути обратно, когда буря застала нас в лесу прошлой ночью. Я только что вернулся.

Это привлекло моё внимание.

— Тогда чей ворон был в покоях Галантии прошлой ночью?

Он нахмурился.

— О чём ты?

— Чей-то аноа пришёл в её покои. Я подумал, что это твой.

Его взгляд скользнул к Галантии, губы сжались, прежде чем он покачал головой.

— Как я уже сказал, я был далеко от Дипмарша.

— Лорн? Её аноа не так навязчива, как наша. Может, она послала её обратно сюда?

Он задумался на мгновение.

— Нет. Она не стала бы так рисковать и посылать его сквозь бурю просто чтобы её напугать.

— Малир, Лорн поймала её на коленях, вылизывая твой чёртов кинжал. Ты был так отвлечён, что даже не заметил её. Нам повезло, что наутро мы не потеряли заложницу.