Невест-то много, я одна. Часть вторая

Глава 14

– И снова здравствуйте, – резко открыв глаза, я обнаружила над собой два встревоженных лица. – По какому поводу паника?

– Это вы мне лучше скажите, Эри. По какому поводу обморок?

– Да! – подтвердил Лексинталь. – Ты зачем?

– А что было? – Я предприняла попытку сесть, и мне тут же в четыре руки помогли.

Лежала я на диванчике в гостиной на первом этаже. То есть далеко мы из холла уйти не успели.

– Ты стояла и вдруг – брык! – и шмяк! – Очень понятно объяснил мальчишка. – Я тебя даже поймать не успел.

– И я не успел, – кивнул его отец. – Вы очень быстрая девушка.

– Прямо вот брык и шмяк? – хихикнула я.

– Мы сами в шоке, – развел руками Лекс. – Леди Эстебана всегда как бы «лишается чувств» медленно, чтобы ее успели подхватить. А ты…

– Ну да, – согласилась я. – Куда уж мне до леди Эстебаны.

– А мы целителя позвали, – сообщил мне мой ушастый дружок и притулился рядом, подвинув подол моего платья. – И герцога Антиона.

– А этого-то зачем? – нахмурилась я.

– Не этого, прекрасная леди, – прозвучали шаги неудачно выбравшего момент, чтобы войти, герцога. – Что у вас произошло, Риккардо? Лексинталь, приветствую. Леди Эрика.

– Ваша светлость, – шевельнулась я, не зная, надо ли мне вставать или простят сидячее положение.

Простили, потому что герцог подошел, за плечо потянул Лекса, чтобы тот встал, и подтолкнул в сторонку. Сам присел на его место.

Пока я полулежала, чинно сложив ручки на груди, и изображала из себя покойницу, лорд Десперо выслушал краткую версию событий от своего друга. Более подробную – от ушастого юного очевидца. После чего повернулся ко мне и спросил:

– Что вы чувствовали в тот момент, когда светились и искрили?

– Всего этого – точно не чувствовала. Но я была ужасна зла на леди Эстебану. Она… Нельзя так, короче. И она обижала Лекса. Так тоже нельзя.

– То есть ваша злость была вызвана не тем, что она угрожала вам по́ркой или убийством? – дотошно выспрашивал глава магического надзора, завладев заодно моей рукой и слушая пульс.

– Да что я, никогда угроз, что ли, не слышала? И уж можно подумать, ро́зог не получала.

– А получали?

– Случалось. У меня был очень… хм… непоседливый характер в детстве. В приюте, знаете ли, розги, карцер или пару дней на хлебе и воде – это обычные меры наказания.

– Ужас! – шепотом прокомментировал Лексинталь.

– Да не особо, – пожала я плечами. – В карцере холодно, конечно. Зато можно отоспаться в одиночестве, а не в общей спальне с кучей кроватей и детей.

– Хорошо, с вашим бурным детством мы разобрались. Вернемся к произошедшему сегодня. Риккардо, что по твоей части?

– Всплеск ментальной активности. Не знаю, как было во время беседы с моей матерью. Я был тогда на втором этаже в это время. Но перед обмороком Эрики я почувствовал…

– Мороз по коже. Ага, – снова шепотом перебил Лекс. – И жутью повеяло.

– Не мороз, но… Знаешь, Антион, вот как при активации некромантских заклятий. Мощная энергия смерти.

– Леди Эрика, а вы что скажете?

– Не знаю. Но голова болит, – добавила, подумав.

Тут пришел целитель. Магистр Дукан всех от меня отогнал, принялся сначала сканировать мое тело, затем голову. Потом посетовал, что я себя совсем не берегу, и закапал мне в глаза какие-то жгучие капли. Я даже запищала, так сильно они щипали.

– Ну а как вы хотели, леди, – немного смутился он. – У вас же все сосуды в глазах полопались. Белки совсем красные. И вот, выпейте-ка микстуру, снимет головную боль. Я опасаюсь применять в данный момент лечебные чары. У вас слишком большой выплеск случился.

– Выплеск чего?

– Выплеск?

– Смерти, да?

Хором прозвучали три вопроса от стоящих рядом мужчин.

– Энергии. Магической энергии. Леди совершенствуется, использует свой дар, он увеличивается и меняется. Это же очевидно.

– Дар какой? – попросила я конкретики. – Мне сказали, что я универсал.

– Дар вестницы смерти.

– Ой.

Я замолчала, размышляя. А ведь и правда. Раньше я так активно свои способности не использовала. Наоборот, старалась лишний раз ни к кому не прикасаться, чтобы не видеть грядущего. А сейчас-то каждый день, за редкими исключениями.

И что, оно активизируется и увеличивается?!

– Ой-ой-ой! – протянула я снова.

– Насколько «ой», магистр Дукан? – попросил конкретики маркиз.

– Затрудняюсь сказать, ваше сиятельство. Сами понимаете, дар вестниц смерти – это явление неизученное и непонятное по своей природе. Ведь ими становятся даже те, в ком нет искры магии. А тут…

– То есть может быть очень большой «ой-ой-ой»? – с детской непосредственностью поинтересовался Лексинталь.

– Сейчас, со слов леди, она видит неделю. Правильно? – Мы все кивнули. Даже герцог. И магистр продолжил: – А может увеличиться до… Я не знаю до скольких. Как угодно. От месяца до года.

– Я не хочу! – воскликнула я.

– А может увеличиться не срок, а радиус воздействия. Например, не личный контакт, а… Взгляд?

– Вы меня спрашиваете? – удивилась я.

– Ну, это же вы вестница смерти. А я, простите, леди, ранее не имел чести наблюдать ваших… эм-м… коллег.

– Кошма-а-ар! – выдохнула я, взяла в руки подушку и спрятала в ней лицо.

– Всё образуется, леди, – вздохнул целитель. – Как-то ведь с этим живут другие вестницы. Вам бы с ними пообщаться. Поделиться опытом, так сказать.

– Да где же я их найду? – убрала я от лица подушку. – Мы ведь не рассказываем налево и направо о своих способностях. От нас и так все шарахаются. А уж если…

– Найдем. И проконсультируемся. – Маркиз ди Кассано был предельно лаконичен.

– Я оставлю вам микстуру, леди. Она снимет приступы головной боли, когда они вернутся. И капли для глаз. Еще пару дней закапывайте, надо восстановить сосуды и зрение.

– А со зрением-то что? – уныло поинтересовалась я.

– Не знаю, – честно признался целитель. – Вы же как-то видите грядущую смерть. Вот глаза и перестраиваются под способности души.

Я аж застонала от этого заявления. Мало того что мне приходится жить с зелеными глазами вместо родных голубых. Так теперь еще и эти перестроятся под дар вестницы. С чего вообще такая активность началась?

И тут я села ровно и замерла от пришедшей мысли.

– Марика!!! – процедила я. – Прибью мерзавку!!!

– Кто такая Марика? – задал вопрос герцог Антион. – И при чем тут она?

– Моя сестра. Кузина. И… Так, ни при чем. Она осталась в Приграничье. Ждет моего возвращения.

Раздался отчетливый скрип зубов. Все присутствующие с недоумением обернулись к маркизу ди Кассано, но он сделал вид, будто всем послышалось.

– Но вы не ответили, леди Эрика, почему вдруг вспомнили о своей кузине. Она тоже вестница смерти?

– Нет, только я, – отрешенно ответила я, а сама судорожно размышляла, могла ли мелкая поганка пойти на такое.

Мы же договаривались! Сколько раз она обещала мне, что, невзирая на влюбчивую и легкомысленную натуру, дотерпит.

Неужели?

Нет-нет-нет! Не хочу думать о таком.

– Мне срочно нужно уехать.

– Куда это?! – вскинулся лорд Риккардо.

– Мне необходимо вернуться в Приграничье. К кузине. Домой. Это важно.

– Ваш дом теперь здесь, – сжал он губы.

– Вы не понимаете… – покачала я головой. – Мне действительно нужно. Кажется, у нас с вами намечаются большие проблемы. Очень большие проблемы.

– Какие? – вмешался герцог Антион.

– Это… по нашему договору с его сиятельством. – Я выразительно округлила глаза, глядя на жениха.

– Эрика, ты хочешь нас бросить? – убитым голосом спросил Лекс и опустился на корточки перед диванчиком, чтобы наши лица оказались на одном уровне. – А как же я? Эрика, не оставляй меня. Я к тебе так привязался, ты не можешь взять и покинуть нас.