Страница 698 из 714
Глава 19. На волоске от смерти
Первые полминуты все вроде бы шло хорошо.
Даже создавалось впечатление, будто бы боевики отказались от нашего преследования.
Однако, это не так. Глупо было надеяться на то, что нас оставят в покое, особенно после моей дерзкой выходки с захватом в плен агента ЦРУ…
Теперь у меня был ценный свидетель и не абы кто, а действующий американский агент, причем из офицерского состава. Перестраховался и связал ему руки обрывком веревки что нашел в кузове — вроде бы крепко. Все же лучше, чем ничего. Это не тот противник, сообразительность и находчивость которого стоит ставить под сомнение.
Вообще, мне повезло нейтрализовать его максимально быстро, ловко и коварно сыграв на доверии после «мирных» переговоров. Фактор неожиданности и моя подготовка оказались решающими. Любой нюанс и я даже не знаю, как все могло бы развернуться… Я-то в своих навыках и умениях не сомневался, но пойди что не так и живого щита у меня бы сейчас не было…
Наверняка агентов ЦРУ для Афгана или той же Сирии готовили хорошо. Он тоже молод — около тридцати лет. В хорошей физической форме… К тому же, их тут вон сколько!
Ну да, это с возрастным Вильямсом в тесном физическом контакте все прошло успешно, даже почти без проблем. А в законсервированном советском бункере, совершивший грубую ошибку агент Морган, просто получил пулю на опережение.
Убедившись, что хвоста за нами пока нет, я посмотрел на Тома — тот скрючившись лежал на полу кузова, с разбитым лицом. Руки были связаны за спиной, сам он вяло шевелился в такт качки автомобиля. Вряд ли он будет послушным пленником…
Мы вырвались. Однако уже через минуту я заметил, что наша машина шла как-то странно. Ее вело на правую сторону, кочки по правой стороне ощущались то слишком мягко, то очень жёстко. Поломка? Пробитая пулей шина?
Перевесившись через борт, в полумраке я заметил, что правое заднее колесо если и не пробито, то хорошо подспушено точно.
— Зараза! — с досадой процедил я, вспомнив про богиню удачи. — Фортуна — все?! Любовь прошла, завяли помидоры?
Само собой останавливаться и качать колесо посреди открытого пространства мы не станем — это глупо. Менять — тем более. Ситуация не та. Оторвемся, еще можно рискнуть.
Похлопав ладонью по крыше кабины, я привлек внимание Окунева.
— Чего?
— Антон, у нас заднее правое спущено. Что там с топливом?
— Э-э… Почти половина бака, — старлей частично высунул голову наружу. — Не беда, так дотянем! Разговаривать приходилось переходя на крик. — До ближайшего блокпоста километров двадцать. Наверное. Макс, я не знаю куда точно ехать… Тут хрен теперь разберёшь!
— К сирийцам точно нельзя! — покачав головой, возразил я.
— Почему?
— Неизвестно, кто из их полевых командиров был замешан в этом дерьме! Нужно сразу к нам в гарнизон…
И это верно. Раз кто-то из сирийских военачальников был замешан в этой мутной схеме с передачей оружия, это уже потенциально опасно. Союзная армия, не такая уж и союзная. Узнав, что мы там были и в курсе подставы, нас легко могут ликвидировать. Как ненужных свидетелей. А нашу смерть, к примеру, спихнуть на боевиков. К сожалению, в любых войнах среди своих и союзников всегда есть кроты и крысы. Так было, так есть и так будет.
Конечно, полковник Калинин тоже будет совсем не рад тому факту, что может вскрыться эта мутная схема с перевозкой ракет неизвестного производства. Замешан он в этом или нет — не знаю, пока сложно что-то предполагать. Слишком мало информации. Даже если наш военный советник в этом и замешан, первым делом после нашего появления, он попытается выяснить, что нам известно. И тут все будет зависеть от того, что именно и как мы ему расскажем… Нужно только договориться, чтобы показания не расходились. Разумеется, вываливать свои подозрения я тоже не буду — это неразумно. Проще сыграть на том, что мы просто везунчики — отбились от врага, ещё и языка привезли. Плохо, что ли?
Если вдуматься, то и ехать нам больше некуда — о нахождении других советских гарнизонов в этой части САР мне почти ничего не было известно. Карту я видел, но она слишком грубая. Лишь в самом Дамаске размещалось наше консульство, но как там сейчас обстоят дела — вопрос неоднозначный. Ну и ещё на ближайшем военном аэродроме имелась наша служба… Впрочем, там нас точно никто не ждет!
В любом случае, сначала нужно поскорее покинуть этот опасный квадрат.
Бросив взгляд в сторону тех далеких руин, где все ещё горел наш КамАз, я заметил выезжающую технику… Одну за другой, три единицы. Сука… Это все, что было в их распоряжении.
— Окунев, жми! Жми на газ! — заорал я.
Да, у боевиков и их американских кураторов из ЦРУ ещё оставался второй внедорожник и два отбитых у нас ГАЗ-66, которые прекрасно могли гонять по сирийскому бездорожью. Где-то даже лучше пикапов. А учитывая, что на полуспущенном колесе, в плохом свете, на незнакомой местности, без ориентиров, полноценно разогнаться мы не могли., Да и несложно просчитать, что скоро нас догонят.
Антон испуганно обернулся, вдавил педаль газа.
Внедорожник погнал чуть быстрее. Пришлось держаться за борта — от усилившейся трясучки, меня чуть приступ мигрени не схватил.
— Я не знаю, куда ехать! — воскликнул Окунев, растерявшись. — Ни одного ориентира знакомого не вижу! Темнота, степь да холмы!
— Прямо, а там посмотрим! — я махнул рукой. Относительно ровная степь с небольшими группами холмами позволяла гнать вперед без опасения влететь в какую-нибудь скрытую яму или канаву. Риск существовал, но его игнорировали.
Решительно вытащив из стоящего в кузове оружейного ящика пулемет Калашникова с уже пристегнутым к нему коробом, я быстро его осмотрел.
По весу почти сразу определил, что лента там далеко не полная. Из двухсот патронов если четверть есть и то хорошо. А пятьдесят патронов, не густо… Особенно с прожорливостью Калашникова…
Помимо этого в кузове имелся ещё один оружейный ящик для транспортировки автоматов, но он оказался пустым.
Ситуация! У нас не было ни гранат, ни какого-либо другого стрелкового оружия… Оборонятся нечем! Да, у меня были снаряженные магазины от автомата, но толку от них? Выковырять можно, но в пулеметную ленту не подойдут!
Из внутреннего содержимого кузова, была только неполная канистра с топливом, какие-то инструменты и, да запасное колесо. Перспектива, так себе. Окунев выйдя на прямой и ровный участок, уверенно прибавил в скорости. Иногда он объезжал попадающиеся по пути ямы, камни и заросли колючих кустарников, отчего скорость вновь падала. Сыпучий грунт тоже не шел на пользу.
А преследователи приближались.
Первым гнал внедорожник. У этого в кузове был установлен крупнокалиберный ДШК — одна хорошая прицельная очередь и наш пикап превратится в рваное решето. Я честно рассчитывал на то, что по нам не станут стрелять пока есть живой заложник. Уверенности не было.
Наверняка у американцев есть отдельные указания на тот случай, если отбить своего командира живым не получится.
Важная информация, что у него есть, вполне может пролить свет на многие моменты, что задумали в ЦРУ относительно действующего правительства Сирийской Арабской Республики. А для США это плохо…
Не смогут вызволить своего агента, то наверняка его уничтожат вместе с нами. Это сделать несложно. Методы и средства есть.
За внедорожником, с небольшим отставанием мчали и обе «Шишиги». У тех в кузовах вооружения не было, но достаточно посадить внутрь двух-трех автоматчиков и они вполне смогут вести преследующий огонь. И они там были. Кажется, по двое, или по трое. Эффективность такого маневра безусловно низкая, но зато психологический эффект хороший. Однако стрелять сзади они пока не станут. Том им живым нужен.